Шекспир. Генрих VIII (16)

 Писец

 Провозгласи: "Екатерина, королева Англии, предстань перед судом!"

 Глашатай

 Екатерина, королева Англии, предстань перед судом!

 Королева не отвечает; она встает с кресла, проходит мимо судей, подходит к
 королю и преклоняет перед ним колени, затем говорит.

 Королева Екатерина

 Сэр, я о правосудье умоляю:
 И я прошу вас пожалеть меня.
 Я так несчастна, я чужая здесь,
 Я родилась не во владеньях ваших,
 Здесь суд небеспристрастен для меня,
 И нет друзей надежных. Государь,
 Скажите, чем же вас я оскорбила,
 Чем вызвала я ваше недовольство?
 За что теперь, отвергнутая вами,
 И ваших милостей я лишена?
 Свидетель небо, что была всегда я
 Вам верной и смиренною женой,
 Во всем покорствующей вашей воле,
 И, в вечном страхе вызвать в вас досаду,
 Я взгляду вашему повиновалась,
 Ловя в нем зорко радость иль печаль.
 Когда перечила я вашей воле
 Или своей не делала ее?
 Каких друзей я ваших не стремилась
 Любить, хоть знала - мне они враги.
 Кто из моих друзей, вас прогневивший,
 Моим любимцем дальше оставался?
 Заметьте, вмиг я удаляла их.
 Сэр, вспомните, что двадцать лет была
 Я вам во всем покорною женой,
 И много родила я вам детей.
 Да, если можете вы доказать,
 Что я за эти годы погрешила
 Иль против чести, или брачных уз,
 Любви, или супружеского долга,
 Иль против вас, в котором все священно,
 То - боже мой! - отвергните меня.
 Пусть самое ничтожное презренье
 Передо мною замыкает дверь.
 Пусть это будет самый строгий суд.
 Ведь ваш отец, король, умом был славен
 И осмотрительностью отличался.
 Отец мой Фердинанд, король Испанский,
 Считался самым мудрым государем
 Из всех на протяженье многих лет.
 И оба несомненно привлекли
 Из разных стран советников умнейших,
 Они вопрос подробно обсудили,
 Наш брак законным признан ими был.
 И посему смиренно умоляю
 Мне дать отсрочку, чтобы написать
 В Испанию к друзьям бы я успела,
 Они мне посоветуют, как быть.
 А если уж нельзя - то, бога ради,
 Пусть будет, как угодно вам.

 Вулси

 Но здесь
 Собрались только те, кто вами избран:
 Отцы святейшие, миледи, люди
 Ученые и честности редчайшей.
 Да, это лучшее, что есть в стране,
 Они явились на защиту вашу.
 Поэтому считаю неуместной
 Я вашу просьбу об отсрочке дела
 Как ради вас самих, так и затем,
 Чтоб хаос чувств утишить в короле.

 Кампейус

 Лорд-кардинал все здраво изложил.
 А потому, миледи, заседанье
 Вполне уместно будет нам продолжить
 И выслушать все доводы сторон.

 Королева Екатерина

 Лорд-кардинал, я обращаюсь к вам!

 Вулси

 Что вам угодно от меня, миледи?

 Королева Екатерина

 Сэр, я вот-вот расплачусь, но я помню,
 Что королева я иль королевой
 Себя считала долго. Но бесспорно,
 Что мой отец король, и капли слез
 Я мигом в искры пламени раздую.

 Вулси

 Я дам совет вам: будьте терпеливой.

 Королева Екатерина

 Я буду, если только вы смиритесь.
 Нет, раньше, или бог меня накажет.
 Я веские имею основанья
 Вас полагать своим врагом. Отвод
 Я заявляю - вы мне не судья!
 Вы вздули угли между мной и мужем,
 Пусть гасит их господняя роса.
 Поэтому я снова говорю,
 Что всей душой, всем сердцем отвергаю
 Вас как судью, и повторю еще,
 Что вы - мой самый злобный враг на свете,
 И другом правды вас я не считаю.

 Вулси

 Действительно, вы вышли из себя,
 Вы, кто всегда склонялась к милосердью.
 Всегда вы отличались кротким нравом
 И редкостным для женщины умом.
 Меня вы обижаете, миледи,
 Но против вас я злобы не таю.
 Я справедливости хочу для всех -
 На все, что мною свершено уже
 Иль далее последует, имею
 Я полномочья консистории,
 Всей римской консистории! От вас
 Я слышу обвинение, что угли
 Я тут раздул, - я отрицаю это!
 Но здесь король, и если б он узнал,
 Что я отрекся от своих поступков,
 Он сразу ложь мою бы заклеймил,
 Как вы сейчас мою клеймите правду.
 Он знает, что не ваше обвиненье,
 А оскорбленье - мне источник мук.
 Лишь он меня способен излечить
 Тем, что избавит вас от этих мыслей.
 Но до того как он заговорит,
 Я вас молю смиренно, королева,
 От ваших слов и мыслей отказаться.

 Королева Екатерина

 Милорд, милорд, я женщина простая,
 Куда мне с вашей хитростью бороться?
 Вы с виду кротки и в речах смиренны,
 И даже сан свой облекли притворно
 Смирением и кротостью, но в сердце
 Вы затаили наглость, желчь и спесь.
 По милости монарха и Фортуны
 Вы вверх поднялись с низших ступеней,
 И власть теперь поддерживает вас,
 И, как лакеи, служат вам слова,
 Любое приказанье исполняя.
 Должна сказать, что вас влечет тщеславье
 Вперед сильней, чем ваш священный долг.
 Я повторяю: вы мне не судья!
 Здесь, перед всеми, к папе я взываю,
 Его святейшеству все изложу,
 Пусть судит он!

 (Отдав поклон королю, собирается уйти.)