Шекспир. Буря (9)

 Себастьян

 Это было прелестное бракосочетание, и нам необыкновенно повезло на
обратном пути.

 Адриан

 Еще никогда царицей Туниса не было подобное совершенство.

 Гонзало

 Никогда со времен матроны Дидоны.

 Антонио

 Матроны Дидоны? Язва ему в глотку, при чем тут эта Дидона? Матрона
Дидона!

 Себастьян

 Не стоит так горячиться. Хорошо, он еще не добавил, что при ней был
Эней.

 Адриан

 Вы сказали - матрона Дидона? Постойте-ка, ведь она была царицей
Карфагена, а не Туниса.

 Гонзало

 Синьор, нынешний Тунис это и есть Карфаген.

 Адриан

 Карфаген?

 Гонзало

 Да, Карфаген, смею вас уверить.

 Антонио

 Он своей болтовней способен творить чудеса.

 Себастьян

 Поднимать из праха дома и крепостные стены.

 Антонио

 Какое еще несбыточное дело окажется для него легче легкого?

 Себастьян

 Наверно, он положит этот остров себе в карман и отвезет сыну в подарок
вместо яблока.

 Антонио

 А зернышки посеет в море, и из них вырастет целая куча островов.

 Гонзало

 Что?

 Антонио

 Ничего. На здоровье.

 Гонзало

 Государь, мы говорили о том, что наше платье выглядит таким же новым,
как во время бракосочетания вашей дочери, царицы Туниса.

 Антонио

 И самой редкостной царицы, которая была там когда-либо.

 Себастьян

 Не забудь присовокупить - со времен матроны Дидоны!

 Антонио

 Да, матроны Дидоны. О матрона Дидона!

 Гонзало

 Не правда ли, ваше величество, мой камзол выглядит как с иголочки?

 Антонио

 Вернее, с рыболовного крючка.

 Гонзало

 Как в день бракосочетания вашей дочери?

 Алонзо

 Вы уши мне наполнили словами,
 Противными рассудку моему.
 Увы, зачем я этот брак затеял?
 При возвращенье потерял я сына;
 А дочь так от Неаполя далеко,
 Что свидеться мне с ней не суждено.
 Мой Фердинанд, мой царственный наследник!
 Добычею каких морских чудовищ
 Ты стал?

 Франсиско

 Быть может, государь, он жив.
 Я видел, как боролся он с волнами,
 Как грудью он встречал напор валов
 И побеждал их бешеную ярость.
 Он, голову отважную вздымая
 Над пенистыми гребнями, их с силой
 И с ловкостью руками рассекал
 И приближался к берегу. А скалы,
 Подточенные морем, перед принцем,
 Как будто бы стремясь ему помочь,
 Склонялись ниже. Я не сомневаюсь,
 Что спасся он.

 Алонзо

 Нет, нет, мой сын погиб!

 Себастьян

 Что ж, государь, себя благодарите
 За горькую потерю. Вы Европе
 Не захотели дочь свою оставить,
 Вы африканцу отдали ее.
 И скрылась дочь навек из ваших глаз,
 Которым остается только плакать.

 Алонзо

 Прошу тебя, молчи!

 Себастьян

 Мы на коленях
 Вас умоляли изменить решенье.
 Бедняжка, чистая душа, страдала:
 Покорность в ней боролась с отвращеньем.
 Что ж вышло из того? Погиб ваш сын;
 В Неаполе осталось и в Милане
 Намного больше безутешных вдов,
 Чем жен, которым мы вернем супругов.
 И в этом виноваты только вы.

 Алонзо

 Я и утратил больше, чем другие.

 Гонзало

 Синьор, как ни похвальна прямота,
 Сейчас она груба и неуместна.
 Накладывать на рану должно пластырь,
 А вы лишь растравляете ее.

 Себастьян

 И очень хорошо!

 Антонио

 Как истый врач.

 Гонзало

 О государь, отчаиваться рано!
 Вы пасмурны, и вот нам всем темно.

 Себастьян

 Как - всем темно?

 Антонио

 О да, весьма темно.