Данте Алигьери. Божественная комедия (38)

73 Тогда Дракон решил нанесть увечье
 Пониже в ноги; но грозою глаз
 Десятник их пресек противоречье.

 76 Они смирились и на этот раз,
 А тот смотрел, как плоть его разрыта;
 И спутник мой спросил его тотчас:

 79 "Кто это был, кому нашлась защита,
 Когда, на горе, ты остался тут?"
 И он ответил: "Это брат Гомита,

 82 Что из Галлуры, всякой лжи сосуд,
 Схватив злодеев своего владыки,
 Он сделал так, что те хвалу поют.

 85 Всех отпустил за деньги, скрыв улики,
 Как говорит; корысти не тая,
 Мздоимец был не малый, но великий.

 88 Он и Микеле Цанке здесь друзья;
 Тот - логодорец; вечно каждый хвалит
 Былые дни сардинского житья.

 91 Ой, посмотрите, как он зубы скалит!
 Я продолжал бы, да того гляди -
 Он мне крюком всю спину измочалит".

 94 Начальник, увидав, что впереди
 Стал Забияка, изготовясь к бою,
 Сказал: "Ты, злая птица, отойди!"

 97 "Угодно вам увидеть пред собою, -
 Так оробевший речь повел опять, -
 Тосканцев и ломбардцев, - я устрою.

 100 Но Загребалам дальше нужно стать,
 Чтоб нашим знать, что их никто не ранит;
 А я, один тут сидя, вам достать

 103 Хоть семерых берусь; их сразу взманит,
 Чуть свистну, - как у нас заведено,
 Лишь только кто-нибудь наружу глянет".

 106 Собака вскинул морду и, чудно
 Мотая головой, сказал: "Вот штуку
 Ловкач затеял, чтоб нырнуть на дно!"

 109 И тот, набивший на коварствах руку,
 Ему ответил: "Подлинно ловкач,
 Когда своим же отягчаю муку!"

 112 Тут Косокрыл, который был горяч,
 Сказал, не в лад другим: "Скакнешь в пучину, -
 Тебе вдогонку я пущусь не вскачь,

 115 А просто крылья над смолой раскину.
 Мы спустимся с бугра и станем там;
 Посмотрим, нашу ль проведешь дружину!"

 118 Внемли, читатель, новым чудесам:
 В ту сторону все повернули шеи,
 И первым тот, кто больше был упрям.

 121 Наваррец выбрал время, половчее
 Уперся в землю пятками и вмиг
 Сигнул и ускользнул от их затеи.

 124 И тотчас в каждом горький стыд возник;
 Всех больше злился главный заправило;
 Он прыгнул, крикнув: "Я тебя настиг!"

 127 Но понапрасну: крыльям трудно было
 Поспеть за страхом; тот ко дну пошел,
 И, вскинув грудь, бес кверху взмыл уныло.

 130 Так селезень ныряет наукол,
 Чтобы в воде от сокола укрыться,
 А тот летит обратно, хмур и зол.

 133 Старик, все так же продолжая злиться,
 Летел вослед, желая всей душой,
 Чтоб плут исчез и повод был схватиться.

 136 Едва мздоимец скрылся с головой,
 Он на собрата тотчас двинул ногти,
 И дьяволы сцепились над смолой.

 139 Но тот не хуже, чтоб нацелить когти,
 Был ястреб-перемыт, и их тела
 Вмиг очутились в раскаленном дегте.

 142 Их сразу жгучесть пекла разняла;
 Но вызволиться было невозможно,
 Настолько прочно влипли их крыла.

 145 Тут Борода, как все, томясь тревожно,
 Велел, чтоб четверо, забрав багры,
 Перелетели ров; все безотложно

 148 И там и тут спустились на бугры;
 Они к увязшим протянули крючья,
 А те уже спеклись внутри коры;

 151 И мы ушли в разгар их злополучья.


ПЕСНЬ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

 1 Безмолвны, одиноки и без свиты,
 Мы шли путем, неведомым для нас,
 Друг другу вслед, как братья минориты.

 4 Недавний бой припомянув не раз,
 Я баснь Эзопа вспомнил поневоле,
 Про мышь и про лягушку старый сказ.

 7 "Сейчас" и "тотчас" сходствуют не боле,
 Чем тот и этот случай, если им
 Уделено вниманье в равной доле.

 10 И так как мысль дает исток другим,
 Одно другим сменилось размышленье,
 И страх мой стал вдвойне неодолим.