Данте Алигьери. Божественная комедия (26)

 67 И молвил мне, с уже спокойным ликом:
 "Он был один из тех семи царей,
 Что осаждали Фивы; в буйстве диком,

 70 Гнушался богом - и не стал смирней;
 Как я ему сказал, он по заслугам
 Украшен славой дерзостных речей.

 73 Теперь идем, как прежде, друг за другом;
 Но не касайся жгучего песка,
 А обходи, держась опушки, кругом".

 76 В безмолвье мы дошли до ручейка,
 Спешащего из леса быстрым током,
 Чья алость мне и до сих пор жутка.

 79 Как Буликаме убегает стоком,
 В котором воду грешницы берут,
 Так нистекал и он в песке глубоком.

 82 Закраины, что по бокам идут,
 И дно его, и склоны - камнем стали;
 Я понял, что дорога наша - тут.

 85 "Среди всего, что мы с тобой видали
 С тех самых пор, как перешли порог,
 Открытый всем входящим, ты едва ли

 88 Чудеснее что-либо встретить мог,
 Чем эта речка, силой испаренья
 Смиряющая всякий огонек".

 91 Так молвил вождь; взыскуя поученья,
 Я попросил, чтоб, голоду вослед,
 Он мне и пищу дал для утоленья.

 94 "В средине моря, - молвил он в ответ, -
 Есть ветхий край, носящий имя Крита,
 Под чьим владыкой был безгрешен свет.

 97 Меж прочих гор там Ида знаменита;
 Когда-то влагой и листвой блестя,
 Теперь она пустынна и забыта.

 100 Ей Рея вверила свое дитя,
 Ища ему приюта и опеки
 И плачущего шумом защитя.

 103 В горе стоит великий старец некий;
 Он к Дамиате обращен спиной
 И к Риму, как к зерцалу, поднял веки.

 106 Он золотой сияет головой,
 А грудь и руки - серебро литое,
 И дальше - медь, дотуда, где раздвои;

 109 Затем - железо донизу простое,
 Но глиняная правая плюсна,
 И он на ней почил, как на устое.

 112 Вся плоть, от шеи вниз, рассечена,
 И капли слез сквозь трещины струятся,
 И дно пещеры гложет их волна.

 115 В подземной глубине из них родятся
 И Ахерон, и Стикс, и Флегетон;
 Потом они сквозь этот сток стремятся,

 118 Чтоб там, внизу, последний минув склон,
 Создать Коцит; но умолчу про это;
 Ты вскоре сам увидишь тот затон".

 121 Я молвил: "Если из земного света
 Досюда эта речка дотекла,
 Зачем она от нас таилась где-то?"

 124 И он: "Вся эта впадина кругла;
 Хотя и шел ты многими тропами
 Все влево, опускаясь в глубь жерла,

 127 Но полный круг еще не пройден нами;
 И если случай новое принес,
 То не дивись смущенными очами".

 130 "А Лета где? - вновь задал я вопрос. -
 Где Флегетон? Ее ты не отметил,
 А тот, ты говоришь, возник из слез".

 133 "Ты правильно спросил, - мой вождь ответил.
 Но в клокотаньи этих алых вод
 Одну разгадку ты воочью встретил.

 136 Придешь и к Лете, но она течет
 Там, где душа восходит к омовенью,
 Когда вина избытая спадет".

 139 Потом сказал: "Теперь мы с этой сенью
 Простимся; следуй мне и след храни:
 Тропа идет вдоль русла, по теченью,

 142 Где влажный воздух гасит все огни".


ПЕСНЬ ПЯТНАДЦАТАЯ

 1 Вот мы идем вдоль каменного края;
 А над ручьем обильный пар встает,
 От пламени плотину избавляя.

 4 Как у фламандцев выстроен оплот
 Меж Бруджей и Гвидзантом, чтоб заране
 Предотвратить напор могучих вод,

 7 И как вдоль Бренты строят падуане,
 Чтоб замок и посад был защищен,
 Пока не дышит зной на Кьярентане,