* * * Глухая полночь медленный кладет покров. Зима ревущим снегом гасит фонари. Вчера высокий, статный, белый подходил к окну, И ты зажгла лицо, мечтой распалена. Один, я жду, я жду, я жду - тебя, тебя. У черных стен - твой профиль, стан и смех. И я живу, живу, живу - сомненьем о тебе. Приди, приди, приди - душа истомлена. Горящий факел к снегу, к небу вознесла Моя душа, - тобой, тобой, тобой распалена. Я трижды звал - и трижды подходил к окну Высокий, статный, белый - и смеялся мне. Один - я жду, я жду - тебя, тебя - одну. 18 апреля 1903 * * * Я умер. Я пал от раны. И друзья накрыли щитом. Может быть, пройдут караваны. И вожатый растопчет конем. Так лежу три дня без движенья. И взываю к песку: "Задуши!.." Но тело хранит от истленья Красноватый уголь души. На четвертый день я восстану, Подыму раскаленный щит, Растравлю песком свою рану И приду к Отшельнице в скит. Из груди, сожженной песками, Из плаща, в пыли и крови, Негодуя, вырвется пламя Безначальной, живой любви. 19 мая 1903 * * * Ты из шопота слов родилась, В вечереющий сад забралась И осыпала в_и_шневый цвет, Прозвенел твой весенний привет. С той поры, что ни ночь, что ни день, Надо мной твоя легкая тень, Запах белых цветов средь садов, Шелест легких шагов у прудов, И тревожной бессонницы прочь Не прогонишь в прозрачную ночь. Май 1903 * * * Неправда, неправда, я в бурю влюблен, Я люблю тебя, ветер, несущий листы, И в час мой последний, в час похорон, Я встану из гроба и буду, как ты! Я боюсь не тебя, о, дитя, ураган! Не тебя, мой старый ребенок, зима! Я боюсь неожиданно колющих ран... Так может изранить - лишь Она... лишь Сама... Сама - и Душой непостижно кротка, И прекрасным Лицом несравненно бела... Но она убьет и тебя, старина, - И никто не узнает, что буря была... 10 июня 1903. Bad Nauheim * * * К. М. С. Сердито волновались нивы. Собака выла. Ветер дул. Ее восторг самолюбивый Я в этот вечер обманул... Угрюмо шепчется болото. Взошла угрюмая луна. Там в поле бродит, плачет кто-то... Она! Наверное - она! Она смутила сон мой странный - Пусть приютит ее другой: Надутый, глупый и румяный Паяц в одежде голубой. 12 июня 1903. Bad Nauheim * * * Многое замолкло. Многие ушли. Много дум уснуло на краю земли. Но остались песни и остались дни. Истина осталась: мы с тобой - одни. Всё, что миновалось, вот оно - смотри: Бледная улыбка утренней зари. Сердце всё открыто, как речная гладь, Если хочешь видеть, можешь увидать. Июнь 1903. Bad Nauheim * * * Я был невенчан. Премудрость храня, У Тайны ключами зловеще звенел. Но Ты полюбила меня. Ты - нежная жрица Лазурного Дня. Блуждая глазами, в подземных ходах Искал - и достался мне камень в удел - Тяжелый и черный. Впотьмах Впился я глазами - и видеть хотел Все жилы, все ходы и все письмена. Но властный поток Твоих роз Восставил меня. И на выси вознес, Где Ты пробуждалась от зимнего сна, Где Весна Победила мороз. 11 сентября 1903 РАССВЕТ Я встал и трижды поднял руки. Ко мне по воздуху неслись Зари торжественные звуки, Багрянцем одевая высь. Казалось, женщина вставала, Молилась, отходя во храм, И розовой рукой бросала Зерно послушным голубям. Они белели где-то выше, Белея, вытянулись в нить И скоро пасмурные крыши Крылами стали золотить. Над позолотой их заемной, Выс_о_ко стоя на окне, Я вдруг увидел шар огромный, Плывущий в красной тишине. 18 ноября 1903 РАЗНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ * * * Ночь на землю сошла. Мы с тобою одни. Тихо плещется озеро, полное сна. Сквозь деревья блестят городские огни, В темном небе роскошная светит луна. В сердце нашем огонь, в душах наших весна. Где-то скрипка рыдает в ночной тишине, Тихо плещется озеро, полное сна, Отражаются звезды в его глубине. Дремлет парк одинокий, луной озарен, Льется скрипки рыдающий жалобный зов. Воздух весь ароматом любви напоен, Ароматом незримых волшебных цветов. В темной бездне плывет одиноко луна. Нам с тобой хорошо. Мы с тобою одни. Тихо плещется озеро, полное сна. Сквозь деревья блестят городские огни. 31 октября 1897 * * * Рожь вокруг волновалась... и шелест стеблей Заглушал упоительный звук их речей... Ночь спускалась, и отблески дальних зарниц Зажигали огонь из-под темных ресниц... И ночной ветерок пробегал среди ржи, По высоким колосьям и травам межи... - - - - - - - - - - - - - - - - - - А на высях небес, за туманной горой Прокатился и замер удар громовой... - - - - - - - - - - - - - - - - - - И никто не слыхал, как, пред бурей ночной, Прозвучал поцелуй... И с пылающих губ Незабвенное слово слетело... 29 января 1898
