Святитель Амвросий Медиоланский / О девстве и браке (9)

О воспитании девы и приснодевстве святой Марии к Евсевию Глава первая 1. Ты поручаешь мне свое детище – посвященную Господу Амвросию, которая вместе с тем есть и мое (достояние); по причине благочестивой любви к ней ты заботишься о ней гораздо больше, нежели об остальных детях. И, действительно, так и должно быть при благочестивом сердце; других ты воспитываешь для того, чтобы отпустить из дому и сочетать с чужими, а эту ты постоянно будешь иметь при себе; конечно, и в отношении к остальным ты поступаешь по неустранимому влечению отеческой любви; в отношении же к этой ты возвышаешься (над обязанностями) отца: ты и обетом и заботами (своими) стремишься к тому, чтобы она была угодна Богу. Но все же она является главной причиной обетов и одна она только может уплатить все то, чем ты обязан и за себя и за всех детей (своих). 2. Это – жертва, которую Авель принес от первородных овец своих. Подобную (жертву) и апостол восхваляет предпочтительно пред другими, когда говорит коринфянам: Ибо «кто непоколебимо тверд в сердце своем, ... и решился в сердце своем соблюдать свою деву, тот хорошо поступает. Посему, выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а не выдающий поступает лучше» (1 Кор. 7, 37–38). Вот почему и Давид, прекрасно описавший дары (gratiam) Церкви, вся слава коей внутри, а не вне – ведь высшая похвала заключается в благих помыслах, в непорочном порыве к целомудрию и в намерениях чистой совести – затем продолжил (свою речь), говоря так: «Приведутся девы Царю вслед ее». И обратившись к Владыке Отцу: «искренния, – говорит, – ее приведутся тебе: приведутся в веселии и радовании, введутся в храм царев». (Пс. 44, 15–16). 3. Кто же это – ближняя? Конечно, та, которая приближается ко Христу и которой Слово говорит: «восстани, прииди ближняя моя, добрая моя, голубица моя; яко се зима прейде» (Песн. 2, 10–11). Пока (Церковь) не восприяла еще Божия Слова, она была бесславной, бесплодной зимой; когда же восприяла Слово Божие и распялась для мира, она стала летом. Тогда, согретая теплотою Святого Духа, она расцвела и начала источать благоухание веры, теплоту целомудрия и сладость благодати. 4. Посему он добавляет еще и в другом месте: «очи твои голубине, кроме замолчания твоего» (Песн. 4, 1); это значит, что (Церковь), будучи всецело духовной и бесхитростной, как голубь, под образом которого Иоанн видел снисходящего Святого Духа, может видеть духовные тайны и уметь скрывать виденное в молчании. И действительно, добродетель молчания немаловажна: бывает время, когда нужно молчать, равно как – и время, когда нужно говорить. Об этом написано так: «Господь дает мне язык научения, еже разумети егда подобает рещи слово» (Ис. 50, 4). 5. Итак, как бы некоторым придатком девства является скромность, приуготовляемая молчанием. Вот почему и слава Церкви – внутри ее, и, во всяком случае, она заключается не в многоглаголании, а в ощущении или даже в сокровении (in penetralibus) тайн, как она и сама говорит своему жениху: «Кто даст Тя, брате мой, ссуща сосцы матере моея? Обретши Тя вне целую Тя, и к тому не уничижат мене. Пойму Тя, введу Тя в дом матере моея, и в ложницу заченшия мя» (Песн. 8, 1–2). И выше говорит: «введе мя Царь в ложницу свою» (Песн. 1, 3). 6. Церковь лобзает Христа вне, и она вводится им в ложницу. Он облобызался с ней вне тогда, когда «яко жених, исходяй от чертога своего, возрадовался яко исполин тещи путь» (Пс. 18, 6). Как исполин Он пребывает вне, так как не почитая хищением быть равным Богу, Он принял «зрак раба» (Филип. 2, 6–7). Итак, Тот, Который был внутри, стал вовне. Когда ты читаешь, что Он – в лоне Отчем, то считай Его внутри; когда же Он взыскивает, дабы искупить нас, то познавай Его пребывающим вне. Он явился вне (себя), дабы быть внутри меня и стать среди нас. 7. Итак, будем находиться там, где пребывает среди нас Христос, вселившийся и утвердившийся в сердцах наших. Вот почему Он и Сам дал такое наставление: « егда молишися, вниди в клеть твою» (Мф. 6, 6) и излей душу твою; клеть твоя – это сокровенные тайники (твои), клеть твоя – это совесть твоя. Далее, и Екклезиаст говорит тебе: «и в совести ... твоей не клени царя, и в клети ложницы твоея не клени богатого» (Еккл. 10, 20). Вот где, следовательно, молись и молись втайне, дабы услышал тебя Тот, Который слышит втайне; и молись без гнева и препирательства (1 Тим. 2, 8), отвергнув тайное бесчестие: праведный боится не обнаружения преступления, а осквернения (им). Глава вторая 8. Как хороша молитва, соединенная с милосердием! Хороша молитва, которая совершается в порядке и начинается прежде всего божественными похвалами. В самом деле, если и в человеческих отношениях мы стремимся умилостивить судью, то насколько более мы должны стараться о том, когда молимся нашему Господу? Итак, прежде всего принесем Богу жертву хваления; ведь и апостол говорит: «Итак, прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения» (1 Тим. 2, 1). 9. Пусть научит тебя восьмой псалом Давида, который начинается восхвалениями Богу: «Господи Господь наш, яко чудно имя твое по всей земли! Яко взятся великолепие твое превыше небес. Из уст младенец и ссущих совершил еси хвалу» (Пс. 8, 2–3). Доселе молитва; затем следует моление о низвержении врага; прошение узреть луну и звезды: луну – Церковь, звезды – сынов Церкви, блистающих светом небесной благодати; и пророк надеется, что пророческим духом он увидит то, чего просит; (наконец, следует) благодарение за то, что Господь призирает на человека и укрепляет это брение тела нашего божественным посещением, а также и за то, что Он покорил человеку все роды живущих. 10. Все это равным образом содержит в себе и молитва Господня, которую нет надобности приводить. Ты, читатель, (сам) исследуй как нужно расчленить (ее); но прежде всего, как я сказал выше, следует требовать, чтобы молитва совершалась в тишине и спокойствии духа, чтобы каждый был внимателен к себе и самособран, и дабы исполнилось то, что написано: «если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле; то чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего небесного. Ибо где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди их» (Мф. 18, 19, 20). 11. Кто эти два, как не душа и тело? Посему и Павел измождал плоть свою и порабощал ее, дабы она подчинялась душе как своей повелительнице и повиновалась велениям разума; дабы в одном человеке не было внутреннего раздора и войны и дабы закон плоти не противоборствовал закону ума. Словом, эти два различные (начала) он сочетавал между собою как бы некоторым разумом и миром, как он сам засвидетельствовал об этом, говоря: «Ибо Христос есть мир наш, соделавший из обоих одно, и разрушивший стоявшую посреди преграду», – вражду в плоти своей (Ефес. 2, 14, 15); дабы (человек) не делал того, чего не хочет, и не совершал того, что он ненавидит. Итак, вот эти два – душа и тело. Посему и Давид говорит: «не убоюся что сотворит мне плоть» (Пс. 55, 5), – плоть, которую он признавал противником своей души. 12. Однако, эти два, выражаясь яснее, не просто только два, но и два человека: один внутренний, другой внешний. Если эти два, предоставленные самим себе, станут устремляться вперед равномерно, так что мысли будут соответствовать делам, а дела мыслям, то колесо нашей жизни будет катиться без всякого преткновения, согласно с тем, как написано: «глас грома Твоего в колеси» (Пс. 76, 19). Следовательно, эти два суть одно, и не только одно, но и один человек. Поэтому апостол и говорит: «дабы из двух создать единого человека, устрояя мир, и в одном теле примирить обоих с Богом посредством креста, убив вражду на нем...., чтобы для того и другого (in utrisque) мы имели доступ к Отцу в одном Духе» (Ефес. 2, 15, 16, 18). 13. Итак, есть два человека, ветхий и новый. Тот ветхий, которого мы в крещении пригвождаем ко кресту, повинен и осквернен грехом, и подобно старому одеянию истерт и разодран. Потому апостол и говорит: «ветхий наш человек вместе с Ним пригвожден ко кресту, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть больше рабами греху» (Рим. 6, 6). Итак, ветхий (человек) пригвождается и умирает для греха, а новый, обновляемый благодатью, восстает. Итак мы сказали о двух (человеках). 14. Но, может быть, скажет кто-нибудь: «а что скажешь ты о трех (началах) ввиду того, что Писание так говорит: ведь «где двое или трое собраны во имя мое, там Я – посреди их»« (Мф. 18, 20)? Смысл этого места также ясен: ведь то же самое говорит и апостол: «Сам же Бог мира да освятит вас во: всем, и ваш дух, и душа, и тело во всей целости да сохранятся без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа» (1 Фес. 5, 23). Итак, где эти три непорочны, там и Христос посреди них; Он внутренне управляет этими тремя, господствует над ними и объединяет их непоколебимым миром. 15. Итак, вот те три, которые преимущественно пред всем прочим должна соблюдать в себе дева, дабы не причинить какого-либо поношения святому девству, и быть неповрежденной, без пятна и порока. Хотя об этом мы уже много говорили в (своих) книгах, но ради упомянутого детища (pignoris) мы решили составить для тебя (еще) эту книгу. Глава третья 16. Прекрасно девство, которое и тот и другой пол не только освободило от осуждения, но и привело к благодати. А обвиняем-то мы по преимуществу только женский пол за то, что он привнес причину греха: мы не замечаем в данном случае, что подобный укор собственно был бы много справедливее в отношении к нам. Действительно, если мы припомним (все) сначала и разведаем о перво начальном происхождении вещей, то тогда постигнем, каковы природные дарования (женского пола): каким образом при достойной сожаления бренности человеческого бытия женщина достигла, однако, благодати. 17. Когда Бог одобрял все дела свои – небо, землю, моря, ночь и день, – ибо одно нужно было для пользования при труде, а другое при наслаждении покоем – Он похвалил и зверей полевых; (но) лишь только дело дошло до человека, то, кажется, только он один, ради которого и было все создано, не был похвален. Какая же причина (этого)? Не та ли, может быть, что прочие (творения) все на виду, человек же (отображается) в том, что сокровенно? В животных ты найдешь исключительно только то, что видишь; а в человеке то, что ты видишь, есть самое ничтожное; он состоит из души и тела и то, что ты видишь в нем, есть только нечто служебное, управляющее же начало в нем невидимо. 18. Не без основания, стало быть, прочие (твари) похваляются при самом своем возникновении, похвала же (человеку) не воздается, а отлагается на том основании, что красота прочих (тварей) дана вовне, а (красота человека) заключается внутри: у прочих (тварей) она заключается в их природе, а у этого последнего – в сердце. И в самом деле, что может быть возвышеннее и глубже человеческой мысли, которая закрывается и скрывается как бы за некоторым телесным покрывалом, так что ее не всякий легко может подметить и усмотреть? Итак, человек не восхваляется раньше потому, что он должен быть прославлен только после предварительного исследования не внешней оболочки его, но его внутреннего человека, которого прекрасно определил апостол Петр, когда сказал, что драгоценный перед Богом сокровенный человек сердца состоит в непорочности «кроткого и молчаливого духа» (1 Пет. 3, 4). 19. Не без основания, стало быть, откладывается похвала (человеку), – (она откладывается) для того, чтобы потом могла быть изречена сугубо: ее отсрочка – не убыток, а приращение. Посему, никто не должен презирать себя, как малостоящее существо, (не должен) оценивать себя по внешнему виду. Хотя и сказал праведный Иов: «наг изыдох от чрева матере моея, наг и отыду тамо» (Иов. 1, 21), однако, он обладал тем, что делало его богатым не только среди людей, но и у Бога. 20. И что (может быть) драгоценнее того, что относится к образу Божию и подобию? Образ же Божий заключается во внутреннем человеке, а не внешнем, – он пребывают в том (человеке), который восприемлется чувством, но не объемлется взором очей. Следовательно, и в нас должен рассматриваться тот (человек), который обнаруживается позднее. Вот почему и Бог не счел нужным восхвалить (внешнее) устроение человека ввиду того, что главнейшая часть его состоит в добродетели. Конечно, и внешний вид его прекрасен, и много превосходнее сравнительно с видом прочих животных; но только по отношению к неразумным (существам) приложима оценка по телесному виду, то же, что исполнено разума, не должно подлежать общей похвале. 21. Итак, человек, заслуживающий, по моему мнению, удивления не столько по своему внешнему виду, сколько по внутреннему настроению, должен иметь (пред прочими существами) преимущество и превосходство, но так, чтобы находить свою похвалу в том же, в чем, по суду пророческому, похваляется и Бог, как написано: «страшен в советех паче сынов человеческих» (Пс. 65, 5); (дела человека должны блистать пред лицом Бога, Который беспрестанно прилагает одни добрые дела к другим. Посему и похвала человека – не в начале, а в конце, ибо никто «не увенчавается, если не будет законно подвизаться» (2 Тим. 2, 5). Поэтому и премудрый говорит тебе: «прежде смерти» не хвали какого бы то ни было человека. А в каком смысле сказано это, он объяснил выше, сказав: так как «при кончине человека обнажаются дела его» (Сир. 11, 27–28). 22. Рассмотрим третье (место), в котором Бог открыл свою мысль. Сотворив человека и поместив его в рай, чтобы он возделывал и охранял его, Он сказал, что недобро быть человеку одному. «Сотворим, – говорит, – ему помощника по нему» (Быт. 2, 18). Итак, человек без жены не заслуживает похвалы, он прославляется ввиду жены. И, действительно, когда Бог говорит, что недобро быть человеку одному, Он тем самым, конечно, утверждает, что род человеческий есть благо в том случае, если к мужескому полу присоединить пол женский. 23. При этом следует обратить внимание и на то, что мужчина создан из земли и брения, а жена взята от мужа. Конечно, и плоть – брение, но то (брение) еще не получившее образа, а эта (плоть) – брение, уже получившее образ. 24. Теперь приведем тот прекрасный апостольский пример, который имеется в Писании: «сего ради оставит человек отца и матерь и прилепится к жене своей, и будета два в плоть едину. Тайна сия велика есть, аз же глаголю во Христа и во церковь» (Ефес. 5, 31–32). Итак, мы видим, что чрез жену исполнилось небесное таинство Церкви, она прообразовала ту благодать, ради коей пришел (на землю) Христос и исполнил предвечное дело человеческого искупления. Вот почему и Адам назвал жену свою именем: «жизнь»; ибо как у народов чрез жену поддерживается непрерывное преемство человеческого рода, так и чрез Церковь созидается вечная жизнь. Глава четвертая 25. Конечно, мы не можем отрицать того, что согрешила жена. Но зачем ты дивишься, что согрешил и пал более немощной пол, когда пал даже более сильный (Быт. 3, 1 и след.)? Жена имеет извинение во грехе, мужчина же – нет. Та, как говорит Писание, обманута мудрейшим из всех змием, а ты – женой; ту обмануло высшее творение, а тебя – низшее; тебя ведь обманула жена, а ее, хотя и злой, но все же ангел. Если ты не мог устоять против низшего (существа), то каким образом та могла устоять против высшего? Твоя вина извиняет вину той. 26. Если ты сомневаешься в справедливости обвинения, то спросим суда (Божия). Той сказано: «в болезнех родиши чада, и к мужу обращение твое, и той тобою обладати будет» (Быт. 3, 16). А мужу говорится: «земля еси и в землю отыдеши» (Быт. 3, 19). И поистине справедливо это решение; в самом деле, если Адам не мог исполнить даже того, что он слышал от Господа Бога, то каким образом жена могла исполнить то, что она слышала от мужа? Если его не удержал голос Божий, то каким образом жену мог удержать голос человеческий? 27. И вот Адам, уличенный в том, что он вкусил вопреки божественным заповедям, данным ему из уст Самого Бога, мог сказать только то, что жена дала ему, и он ел. Между тем жена говорит: «змий прельсти мя и ядох» (Быт. 3, 13). Насколько сильнее оправдание жены! Тот изобличается, а эта допрашивается. Прибавь и то, что она первая сознается в преступлении; говоря, что ее прельстили, она тем самым свидетельствует уже о своем согрешении. Таким образом, сознание является врачеством греха. 28. И насколько во время самого суда женщина была смиреннее мужа! Тот обвинял свою жену, а эта – змия, т. е. ввиду обвинения она не отклоняла от себя преступления, но самого обвинителя своего, если бы только можно было, она желала скорее оправдать, а не обвинять. 29. Итак, в сознании ты имеешь оправдание от вины, а в исследовании (дела) оправдание от осуждения. «В болезнех, – говорит, – родиши чада» (Быт. 3, 16). И вот она несет тяжесть своего осуждения и исполняет долг (своей) наказанной природы. За тебя женщина несет службу своими страданиями и в наказании находит (свое) воздаяние, (веруя), что чрез тех самых сынов, из-за которых страдает, она получит оправдание. Итак, от преступления явилась благодать, от немощи – спасение; и, действительно, написано: «спасется же чадородия ради» (1 Тим. 2, 15). Таким образом, с надеждой на спасение она рождает тех, которых родила в печали; и для славы воспитывает тех, которых она родила в болезни. 30. Но ты, мужчина, говоришь, что жена была искушением для мужа. Справедливо. И если она красива, то ведь это тоже искушение. Однако Аврааму, путешествовавшему в Египет, не повредила красота жены, а скорее принесла даже пользу; ведь ради жены он был окружен почетом, а не был опозорен в лице ее. Зачем же ты в супруге ищешь больше красоту лица, а не красоту нравов? Жена должна нравиться больше своим благонравием, а не красотой. Выбирать нужно такую, которая нравом напоминает Сарру. Нет порока для женщины быть тем, чем она рождается; но позорно для мужа искать в жене того, в чем часто заключается искушение. Если в этом отношении он слаб, то и сама жена доходит до падения; если же он тверже ее, то сам может подвергнуться опасности. Мы не можем порицать творения божественного художника: но кого услаждает красота телесная, того еще более должна услаждать та прелесть образа Божия, которая служит украшением не внешним, но внутренним. 31. Итак, если жена является искушением, то будь осторожнее, ищи врачества против опасности (этого) искушения: «бдите, – говорит, – и молитесь, да не внидете в напасть» (Мф. 26, 41). Господь это сказал, муж слышал, а жена исполнила. Жены ежедневно постятся и даже выполняют посты не предписанные: они сознают грех и употребляют врачество (против него). Однажды жена вкусила от запрещенного (плода) и ежедневно искупает (свой грех) постом. Ты последовал за согрешившей, последуй и за кающейся. Вы оба вкусили, почему же она одна только постится? Т. е.: вы оба пали, почему же только она одна ищет врачества в (своем) грехе? Глава пятая 32. Гряди, Ева, теперь уже трезвенная; гряди, Ева, некогда оказавшаяся невоздержной, но теперь уже постящаяся в лице своего потомства. Гряди, Ева, теперь уже не из рая изгоняемая. Гряди, Ева, теперь ставшая уже Саррой, рождающей детей не в печали, а в радости, не со скорбью, а со смехом. От тебя родится Исаак с многочисленным потомством. Снова взываю – гряди, Ева, теперь ставшая уже Саррой, о которой сказано было мужу: Выслушай Сарру, жену твою» (Быт. 21, 12). Хотя ты и подчинена мужу, так как подчинение благопристойно тебе; однако, ты скоро расторгла приговор (о тебе), так что муж получает повеление слушаться тебя. 33. Если же она рождением прообраза Христова заслуживает того, чтобы муж ее слушался, то насколько более преуспевает (женский) пол, который, сохранив свое девство, породил Христа? Итак, гряди Ева, теперь уже ставшая Марией, которая даровала нам не только основание девства, но и принесла (нам) Бога. Вот почему, радуясь и ликуя о таковом даре, Исаия говорит: «се дева во чреве зачнет и родит сына и нарекут имя Ему Еммануил» (Ис. 7, 14), «что значит – с нами Бог» (Мф. 1, 23). Откуда этот дар? Не от земли, конечно, но с неба избрал себе Христос этот сосуд своего снисхождения на землю, и освятил (этот) храм целомудрия. Чрез одну снизошел Он, но призвал многих. Почему Мария и получила то особенное имя Господне, которое обозначает «Бог из рода моего». 34. И ранее многие женщины назывались Мариями; в самом деле, и сестра Аарона называлась Марией (Исх. 15, 20); но это имя – Мария обозначало горечь моря. Следовательно, Господь пришел в горечь человеческой бренности, дабы усладить горечь (нашего) состояния, растворив ее сладостью и благодатью Небесного Слова. Это обстоятельство и прообразовал источник Мерра, сделавшийся сладким от дерева (Исх. 15, 23 и след.); действительно, весь народ языческий, раньше горький от грехов, и даже (сама) плоть наша, вследствие умиротворяющего действия страданий Господних, переменились для иной жизни. 35. Итак, прекрасна Мария, представившая образ священного девства и поднявшая ко Христу святое знамя непорочной чистоты. И вот, в то время, как все примером святой Марии призываются к почитанию девства, нашлись такие люди, которые отрицают, что она пребыла девою. Об этом великом святотатстве мы уже давно знали, но предпочитали молчать. Так как это обстоятельство теперь стало общеизвестным, и один епископ даже был изобличен в этом заблуждении, мы уже не считаем возможным оставлять его без обсуждения, особенно ввиду того обстоятельства, что и в Писании она именуется женою (mulierem). Так, напр., Сам Господь, находясь в Кане Галилейской, на обращенные к Нему слова (Богоматери): «вина не имут», отвечал: « что есть Мне и тебе, жена» (Иоан. 2, 3–4)? И в другом месте читаем слова Матфея, сказанные об Иосифе и Марии: «прежде даже не снитися има, обретеся имущи во чреве от Духа Свята» (Мф. 1, 18); и ниже: «и не знаяше ея дондеже роди» (Мф. 1, 25); и еще об Иосифе: «не хотя ея обличити» (Мф. 1, 19). Далее, представляется (некоторым), что и наименование: братья Господни указывает будто бы на то, что они рождены от Марии. И Апостол говорит: «егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего..., рождаемого от жены, бываема под законом» (Гал. 4, 4). Каждое из этих (мест) должно быть исследовано в отдельности, дабы читатель не смущался выражениями такого рода. Итак, рассмотрим их по порядку. 36. Зачем нам смущаться наименованием жены? Оно относится к полу; оно – название пола, а не указание на отсутствие невинности. Народное же словоупотребление не предрешает истины. Кроме того, девство еще с самого начала получило это наименование. По поводу того, что Бог взял одно из ребр Адама и восполнил плотию место его, в Писании сказано, что Он «созда его в жену» (Быт. 2, 22). Несомненно, тогда она еще не познала мужа и, однако, уже называется женою. Писание не умолчало и о смысле этого имени; оно говорит по этому поводу следующее: «рече Адам: се ныне кость от костей моих и плоть от плоти моея: сия наречется жена, яко от мужа своего взята бысть» (Быт. 2, 23). Потому, говорит, – что взята от мужа своего, а не потому, что познала мужа. Итак, пока она пребывала в раю, она не была познана мужем, и однако называлась женою; когда же она была изгнана из рая, тогда мы читаем – Адам познал Еву, жену свою, и она зачала и родила сына (Быт. 4, 1). Итак, первое затруднение отстранено. 37. Второй вопрос сводится к пониманию слов Писания: «прежде даже не снитися има, обретеся имущи во чреве» (Мф. 1, 18). Но обычай божественного Писания таков, чтобы раскрывать (только) взятую (главную) мысль, а мысли побочные оставлять без разъяснения. 38. Этим (положением) разрешается также и третий вопрос, который связан со словами: «не знаяше ея, дондеже роди Сына» (Мф. 1, 25). Итак, что же? После он познал? Ничуть. Вот есть у тебя и слова Писания: «Аз есмь Бог, и дондеже состареетеся, Аз есмь» (Ис. 46, 4). Спрашивается: ужели после того, как состарелись те, которым сказано: дондеже, Бог перестал существовать? Да и в пророчестве Давида мы читаем: «рече Господь Господеви Моему: седи одесную Мене, дондеже положу враги твоя подножие ног Твоих» (Пс. 109, 1). Ужели после покорения языческих народов, прежде казавшихся врагами потому, что они отрицали Виновника спасения и служили идолам, Сын перестал сидеть одесную Отца, или не будет сидеть во веки? 39. Но зачем же Иосиф заранее высказывает свое суждение о Марии, если он не понял тайны небесного совета, и полагал, что не дева та, которую он видел непраздною? Но ведь и о воскресении Господа недоумевали даже ангелы; об этом свидетельствуют следующие стихи: «Возьмите врата, князи, ваша; и возьмитеся врата вечная, и внидет Царь славы. Кто есть сей Царь славы»? (Пс. 23, 7–8). (Так) спрашивают (одни), как бы не зная; а другие отвечают «:Господь крепок и силен, Господь силен в брани,... Той есть Царь славы» (Пс. 23, 8, 10). И пророк повторил те же самые стихи; но несмотря на то они, как бы недоумевая, снова спросили; и в Писании сказано так: «возьмите врата, князи, ваша, и возьмитеся врата вечная, и внидет Царь славы. Кто есть сей Царь славы» (Пс. 23, 9–10)? Каким же образом, спрашивается, человек мог узнать божественную тайну, которую не знали ангелы? Вот и в книге Исаии (написано): «кто сей пришедый от Едома? Червлены ризы его от Восора» (Ис. 63, 1). И, несомненно, воскресение человека было меньшим (чудом), нежели рождение от девы. Ибо мертвые воскресали и по молитвам Илии, и по молитве Елисея (3 Цар. 17, 21; 4 Цар. 4, 35), но никогда раньше и никогда после не рождала дева. 40. Но он думал отпустить ее, как виновную (ream), пока не получил откровения от ангела; после же, уверенный и не сомневающийся в девстве ее, он сохранял (это) откровение (в сердце своем). Глава шестая 41. Не должны смущать (нас) и слова: «Иосиф... прият жену свою... и отыде во Египет » (Мф. 1:24, 2:14); ведь та, которая обручена мужу, получает имя жены. Даже и тогда, когда супружество еще только начинается, оно приобретает уже наименование супружества; и вовсе не лишением девства обусловливается супружество, а брачным договором. Вообще, супружество для девицы наступает с момента заключения (брачного) союза, а не с момента совокупления с мужем. 42. А относительно того, что она была обречена на супружество, мы подробно говорили уже в другом месте, и теперь достаточно будет коснуться только причины небесной тайны. (Обручение совершилось) для того, чтобы видевшие Марию непраздной считали ее состояние не прелюбодеянием девственности, а законным рождением обручницы. Господу угодно было, чтобы некоторые люди сомневались скорее в Его происхождении, а не в непорочности Его матери. 43. Братьями же, как учит Сам Господь, называется собрание – и племени, и рода, и народа. Он говорит: «поведаю имя Твое братии моей, посреди Церкви воспою Тебя» (Пс. 21, 23). И Павел говорит также: «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих» (Римл. 9, 3). При том же: могли быть братья от Иосифа, но не от Марии. И с этим согласится всякий, если только он тщательно исследует этот вопрос. Мы же не сочли нужным его исследовать потому, что с наименованием «братья» соединяется очень много общих понятий. 44. Спрашивается, да ужели Господь Иисус мог избрать Себе такую матерь, которая могла осквернить небесную обитель семенем мужеским, такую (матерь), которой как будто даже невозможно было сохранить стражу девственного целомудрия? По ее примеру призываются ревновать о целомудрии прочие (девы), сама же она уклонилась от исполнения того долга, который чрез нее предлагается другим! 45. И кому больше, как не матери своей, Господь мог даровать заслугу, приуготовить награду? Писание учит нас, что ни за что иное Господь не назначил столь щедрой награды, как только за девство. В самом деле, Господь так сказал чрез Исаию: «да не глаголет каженик, яко аз есмь древо сухо. Сия глаголет Господь каженикам: елицы сохранят заповеди моя и изберут, яже аз хощу, и содержат завет мой, дам им в дому моем и во ограде моей место именито, лучшее от сынов и дщерей, имя вечно дам им и не оскудеют» (Ис. 56, 3–5). Другим Он обещает, что они не оскудеют: мог ли Он попустить, чтобы оскудела матерь Его? Нет, не оскудевает Мария, не оскудевает наставница девства; и не могло быть, чтобы носившая Бога помыслила о чревоношении человека; да и Иосиф, муж праведный, не мог дойти до такого безумия, чтобы сочетаться плотским соитием с материю Господа. Глава седьмая 46. В прочем, Мария может найти себе защиту в своей собственной жизни, и во всяком случае не в жизни других. Она, как я сказал, не оскудела (в своем девстве). Свидетелем этого служит Сам Сын Божий, Который, когда висел на кресте, передал матери ученика своего, как сына, а ученику поручил ее, как матерь. Об этом сказал нам Иоанн, который по преимуществу писал о (предметах) таинственных. Другие евангелисты описали то, как во время страдания Господня земля задрожала, солнце померкло и испрашивалось прощение врагам; а этот возлюбленный (ученик) Господа, который почерпал тайны премудрости из (самой) груди Его, опуская изложенные другими тайны святой воли, наиболее заботился о том, чтобы своими суждениями утвердить неизменность матернего девства; он заботился о чистоте матери как сын, боясь как бы кто-нибудь не оскорбил ее тяжким укором в несоблюдении целомудрия. 47. Во всяком случае было достойным внимания фактом, что Он, даровавший прощение разбойнику, стал ограждать мать свою от подозрения в ее целомудрии; Господь говорит матери: «Жено, се сын твой. Потом глагола ученику: се мати твоя» (Иоан. 19, 26–27). Лицо, которому поручается матерь, Сам является учеником Его. Каким же образом, спрашивается, Он стал бы отнимать у мужа жену, если бы Мария была связана супружеством, или если бы она познала супружеское ложе? 48. Сомкните уста, нечестивые; внимайте, благочестивые; послушайте, что говорит Христос. Господь Иисус на малое время (как бы) откладывает общее спасение и завещевает со креста, чтобы матерь (Его) не была в бесчестии. Иоанн подписывается под этим завещанием Христа. Завещевается защита материнской невинности, свидетельство ее целомудрия; и ученику завещевается также охранять матерь, нежно любить ее. «И от того (часа) поят ю ученик во своя си» (Иоан. 19, 27). Конечно, Христос не совершил развода, Мария не оставила мужа. И с кем же деве надлежало обитать, как не с тем, кого она знала как наследника Сына и охранителя целомудрия? 49. Матерь стояла пред крестом и стояла безбоязненно, в то время как мужи обращались в бегство. Смотрите: могла ли изменить своему целомудрию матерь Иисуса, которая не изменила настроения своего духа. Благоговейными очами взирала она на раны (своего) Сына, чрез Которого, как она знала, должно было совершиться искупление всех. Мать стояла и смотрела на родного сына, не страшась убийцы. На кресте висел Сын, и мать подвергала себя опасности со стороны преследователей. Если при этом одного только она желала, чтобы умереть раньше Сына, то подобное благочестивое чувство, в силу которого она не хотела пережить своего Сына, достойно похвалы; если же она желала умереть вместе с Сыном, то, значит, она вожделела воскреснуть вместе с Ним, и ведала ту тайну, что она родила Того, Который воскреснет. Вместе с тем, она (очевидно) знала, что смерть Сына совершается для общего спасения, а потому ожидала, не прибавит ли что-нибудь и ее смерть к общему делу (спасения). Но страдание Христово не нуждалось в помощи, как Сам Господь предсказал о том задолго раньше: «и воззрех, и не бе помощника, и помыслих, и никтоже заступи: и избави я мышца моя» (Ис. 63, 5). 50. Итак, каким же образом можно было лишать непорочности Марию, которая во время бегства апостолов не убоялась казни, но сама подвергала себя опасностям? В ней было столько даров (gratiam) (целомудрия), что она не только в себе самой могла соблюдать дар девства, но могла вызывать обнаружение непорочности даже в тех, на которых взирала. Посетила она Иоанна Крестителя, и тот взыграл во чреве матери прежде рождения. На голос Марии взыграл младенец и таким образом выказал повиновение еще ранее (своего) рождения. И не без причины остался непорочным телесно тот, которого как бы некоторым елеем своего присутствия и благовонием целомудрия приуготовила к тому Матерь Божия, когда он был еще в возрасте трех месяцев. И вот она же потом была передана не ведущему супружества евангелисту Иоанну. Посему, я не удивляюсь, что этот (евангелист), пред лицом которого пребывал чертог небесных таинств, говорил о божественных тайнах больше, чем прочие (евангелисты). Глава восьмая 51. Теперь занимающиеся этим вопросом пусть мне скажут, что значат слова, которые говорит Господь чрез пророка: «Ныне возвращу пленение Иаковле и помилую дом израилев». И далее: «возвращу я от язык и соберу я от стран языческих и освящуся в них пред языки: и уведят, яко Аз есмь Господь Бог их, внегда явлюся им во языцех... и не отвращу лица Моего ктому от них, зане излиях ярость мою на дом Израилев, глаголет Адонаи Господь» (Иезек. 39, 25, 27–29). 52. И ниже пророк говорит, что он видел построенный на весьма высокой горе город, у которого обозначаются многочисленные ворота; и одни из них описываются затворенными; о них так говорит он: «и обрати мя на путь врат святых внешних, зрящих на восток: и сия бяху затворена. И рече Господь ко мне: сия врата заключена будут и не отверзутся, и никтоже пройдет ими, яко Господь Бог Израилев внидет ими, и будут заключена. Зане старейшина сей сядет в них ясти хлеб пред Господем. По пути Елама врат внидет, и по пути его изыдет» (Иезек. 44, 1–3). Кого же, как не Марию обозначают эти врата? Они заперты, потому что она – дева. Итак, врата обозначают Марию, чрез которую Христос вошел в этот мир, явившись от девственного рождения и не повредив ключей девства (genitalia virginitatis claustra non solvit). Когда исходил от девы Тот, величия Которого не мог вместить мир, то ограда целомудрия (septum pudoris) осталась неповрежденною и знаки непорочности пребыли не разрушенными. 53. «Сия врата, – говорит, – заключена будут и не отверзутся» (Иезек. 44, 2). Прекрасные врата – Мария, которая была заключена и не отверзлась. Христос прошел чрез (эти) врата, и не отверз их. 54. А чтобы показать, что у всякого человека есть врата, чрез которые входит Христос, (мы приведем следующие слова Писания: «возьмите врата, князи, ваша и возьмитеся врата вечная, и внидет Царь славы» (Пс. 23, 7). Насколько же, следовательно, были превосходнее врата у Марии, в которой пребывал и из которой изошел Христос? Существуют также и врата чрева. Посему святой Иов говорит: «да померкнут звезды тоя нощи... яко не затвори врат чрева матери моея» (Иов. 3, 9–10). 55. Существуют, стало быть, и врата чрева, но не постоянно заключенные. Только те одни врата могли остаться заключенными, чрез которые прошел младенец без повреждения девственных затворов. Поэтому-то пророк и говорит: «сия врата заключена будут и не отверзутся, и никтоже пройдет ими, т. е.: никто из людей; яко Господь Бог Израилев, – говорит, – внидет ими, и будут заключенна» (Иезек. 44, 2), т. е.: и раньше и после прохождения Господа они пребудут заключенными: они не открыты, и никто не откроет их; ведь (Мария) всегда имела своею дверию Христа, Который сказал: «Аз есмь дверь» (Ин.10, 9), эту дверь никто от нее отнять не может. 56. Дверь эта была обращена к востоку, ибо она пролила истинный свет, родила Востока, явила Солнце правды. Итак, пусть выслушают неразумные: затворены, говорит, будут те врата, которые восприемлют одного только Бога Израилева. Да и в самом деле, ужели не мог оградить врат Своих Тот, о Котором в Его отношении к Церкви сказано: «яко укрепи вереи врат твоих» (Пс. 147, 2)? Нет, Он, конечно, укрепил их и сохранил неприкосновенными. Словом, они не открыты. 57. Пусть же выслушают пророка, который говорит: «не отверзутся и будут заключенна» (Иезек. 44, 2), т. е.: они не будут открыты тем, кому она будет обручена; ведь невозможно открыться тем (вратам), чрез которые пройдет Господь. И после Него – говорит – будут заключенна, т. е.: Иосиф не откроет их; именно ему будет сказано: «не убойся прияти Мариам жены твоея; рождшее бо ся в ней от Духа есть Свята» (Мф. 1, 20).