Святитель Афанасий Великий / Праздничные (Пасхальные) послания (4)

Седьмое праздничное послание (335 г.) того же (св. Афанасия), по которому воскресенье (Пасхи) было четвертаго Фармуфа, в третий день апрельских календ117, – возраст луны 20, – в пятьдесят первом году (эры) Диоклитиана118, в консульство Юлия Констанция, брата Августа119, и Руфина Альбина; во дни того же Филагрия епарха, в восьмой год индиктиона. 1) Блаженный Павел писал Коринфянам, что он всегда носит в своем теле мертвость (Господа) Иисуса (2 Кор. 4, 10); – писал не потому, что один он (был таковым); но ради того, чтобы и они (Коринфяне), а также и мы могли славиться тем же и в этом быть его подражателями, братия мои. И сия похвала не есть что либо необычайное – во всякое время, для всех нас. Ее присвояет себе еще Давид в Псалмах, когда говорит: «Тебе ради умерщвляемся весь день, вменихомвя яко овцы заколения» (Псал. 43, 23). Но подобает, чтобы и с нашей стороны было то же, особенно во дни праздника Пасхи, когда торжественно совершается воспоминание о смерти нашего Искупителя. А кто желает быть подражателем смерти Его, тот должен блистать подвигами добродетели, умерщвляя «уды, яже на земли», распиная плоть со страстями и похотями, живя духом, по духу и поступая (Гал. 5, 24–25); во всякое время надлежит ему памятовать о Боге, никогда не забывать о Нем, никогда не делать того, что принадлежит смерти. Посему то, дабы и мы мертвость (Господа) Иисуса носили на теле нашем, он тотчас присовокупляет, указуя вместе и путь к таковому общению (с Господом): «имуще же тойже дух веры, по писанному: веровах, темже возглаголах; и мы веруем, темже и глаголем» (2 Кор. 4, 13). А также и о благодатном даре, происходящем от твердой веры, прибавляет он, говоря: Тот, Кто воздвиг Иисуса, воздвигнет и нас с Иисусом и поставит нас с вами пред Собою (2 Кор. 4, 14). 2) При таком уповании и таком убеждении святые усугубляют сию истинную жизнь; ибо, во всяком случае, получат они и небесную радость, о каковой небрегут нечестивые, неизбежно лишая себя исходящаго из нея блаженства; ибо отвержен будет нечестивый, дабы не видеть ему славы Господа. И хотя бы они услышали ко всем обращенный глас обетования: «востани спяй, и воскресни от мертвых» (Ефес. 5, 14)! хотя бы они воскресли и даже достигли небес, могли бы постучать и сказать: «отверзи нам!» все же, тем не менее, Господь укорил бы их, как таковых, которые далеки были от познания Его, говоря: «не вем вас» (Лук. 13, 25, 27). А Святый Дух громко восклицает против них: «да возвратятся грешницы во ад, вси языцы забывающии Бога» (Псал. 9, 18). И мы говорим безбожникам, что они должны быть низвержены – не (только) ради подвластности их греху, – как не носящие, подобно святым, мертвости (Господа) на теле своем; но и потому, что они самую душу свою погребают во грехах и преступлениях, удаляясь к мертвецам и питая ее (душу) мертвенною пищею, на подобие птенцов хищных птиц, которые с высоты опускаются на трупы тех, кои действительно мертвы. От (употребления) их уже Закон предостерегал, давая повеление, имеющее прообразовательное значение: не только хищная птица и все, пожирающее падаль, но и всякий, употребляющий в пищу какую либо мертвечину, да будут нечисты (Втор. 14, 21). А как они в похотях (своих) погубляют душу, то и высказывают тем ничто иное, как: «до ямы и пием, утре бо умрем» (Ис. 22, 13)! А какую корысть имеют те, которые настолько преданы утехам чувственности? Тотчас же присовокупляет он (Пророк) и о сем, говоря: «и откровенна сия суть во ушию Господа Саваофа, яко не оставится вам той грех, дондеже умрете» (Ис. 22, 14). Ибо еще при жизни своей будут они в посрамлении, поелику чрево свое почитают вместо Бога; а когда умрут, они должны будут терпеть мучения за то, что похвалялись таковою смертью. Посему же и Павел свидетельствует о сем так: «брашна чреву, и чрево брашном: Бог же и сие и сия упразднит» (1 Кор. 6, 13). А Божественное слово еще ранее возвестило о них: «смерть грешников люта, и ненавидящии праведнаго прегрешат» (Псал. 33, 22). Ибо мучителен червь и тягостна тьма – сие наследие нечестивых. 3) А как святые и истинно преданные добродетели умерщвляют уды свои, «яже на земли: блуд, нечистоту, страсть, похоть злую» (Кол. 3, 5), пребывая посему в чистоте и непорочности; и возлагают надежду на обетование Искупителя нашего, Который говорит: «блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят» (Матф. 5, 8); то их ожидает блаженная кончина, как умерших для мира и отвергших житейския заботы, ибо «честна пред Господем смерть преподобных Его» (Псал. 115, 6). Они же, как подражающие примеру Апостола, могут сказать и сие: «Христови сраспяхся; живу же не ктому аз, но живет во мне Христос» (Гал. 2, 19–20); а жизнь во Христе и есть истинная жизнь. Хотя они умерли для мира, однако жительствуют как бы на небеси, к горнему обращая взор свой; как говорит тот, кто возлюбил таковыя обители: жительствуя на земле, мы имеем жилище наше на небеси (Флп. 3, 20). А только жительствующие так и достигшие таковаго совершенства и могут славословить Бога, и сие то подобает почитать за действительный праздник, за истинное торжество. Ни заботы о брашнах, ни пышность одежды (1 Тим. 2, 9), ни суетное наблюдение дней; но помысл, обращенный к Богу, и благодарственная жертва, приносимая Ему чрез прославление Его, составляет сие празднество. И сие доступно только святым, живущим во Христе, ибо написано: «не мертвии восхвалят Тя Господи, нижé вси низходящии во ад, но мы живии благословим Господа, от ныне и до века» (Псал. 113, 25–26). Равно как и Езекия, по избавлении от смерти, так славил Бога за сие: «не похвалят бо Тебе, иже во аде, ни умершии возблагословят Тя; …живии же возблагословят Тя, якоже и аз» (Ис. 38, 18–19); ибо тем, которые только во Христе живут, доступно хваление и прославление Бога, чрез что они и достигают (истиннаго) празднества; ибо Пасха не языческий праздник и не праздник тех, которые остаются еще иудеями по плоти; но тех, кои познают истину во Христе; подобно тому, кто, быв послан возвестить об этом празднестве, восклицает: «Пасха наша за ны пожрен бысть Христос» (1 Кор. 5, 7). 4) Посему, когда и нечестивые толпою стекаются, чтобы праздновать Пасху в обществе святых, и во время празднества славят Бога, Бог отклоняет (славословие) их, говоря грешнику: «вскую ты поведаеши оправдания Моя» (Псал. 49, 16)? и Дух Святый кротко отстраняет их, говоря: «не красна похвала во устех грешника» (Сир. 15, 9); никакой грех не имеет места при прославлении Бога, ибо грешник имеет уста, говорящия превратное, по словам книги Притчей: «уста нечестивых отвещают злая» (Прит. 15, 28). Возможно ли хвалить Бога нечистыми устами? невозможно сие, ибо таким то путем и обнаруживается противоречие120. «Кое бо причастие правде к беззаконию?» – «или кое общение свету ко тьме?» – восклицает Павел, служитель Евангелия (2 Кор. 6, 14). Посему то грешники и все чуждые Кафолической Церкви, еретики и отступники, поелику они отринуты от участия в славословии святых, по справедливости, пребывают в отлучении от праздника; а праведник, хотя бы казалось, что он умер для мира, имеет непостыдную надежду, когда говорит: «не умру, но жив буду, и повем» все чудеса Твои (Псал. 117, 17). И Сам Бог не гнушается нарицаться Богом тех, которые действительно умертвили «уды, яже на земли», но живы во Христе. Ибо Бог есть Бог живых, а не мертвых; чрез Свое живое Слово Он животворит каждаго, дарует питание и жизнь святым, как и Господь восклицает о сем: «Аз есмь хлеб животный» (Иоан. 6, 35), по поводу чего иудеи, поелику они чрез вкушение таковой пищи делались недужными, как не обладавшие навыком и опытностью в добродетели и не имевшие влечения к таковой пище; негодовали, что Он сказал: Я хлеб, сходящий с небес и дающий жизнь людям (Иоан. 6, 33). 5) Грех также имеет свойственную ему пищу, ведущую к смерти, так что взывает похотливым и безумным таким образом: «хлебом сокровенным в сладость прикоснитеся, и воду татьбы сладкую пийте»; кто вкусит от сего, он только «не весть, яко земнороднии у нея121 погибают» (Прит. 9, 17–18). И хотя грешник чает иметь от сего приятность, однако после (таковой) пищи он не обретет благополучнаго конца, как опять говорит Премудрость Божия: «сладок есть человеку хлеб лжи; но потом исполнятся уста его камения» (Прит. 20, 17); и: «мед каплет от устен жены блудницы, яже на время наслаждает твой гортань; последи же горчае желчи обрящеши, и изощренну паче меча обоюдуостра» (Прит. 5, 3–4). А когда он питается таковым образом и получает лишь кратковременное удовольствие, то скоро предан будет мучениям, поелику небрежет о собственной душе и не хочет знать несмысленный, что удаляющиеся от Бога погибают. Опять, в согласии с сим, и пророческое увещание отклоняет от сего, когда говорит: «что тебе и пути Египетскому? еже пити воду Геонскую и что тебе и пути Ассирийскому, да пиеши воду речную» (Иер.2, 18)? А премудрость Божия, возлюбившая человеков, велегласно предостерегает от сего: «отскочи, не замедли на месте ея, нижé настави ока своего к ней; тако бо пройдеши воду чуждую, и прейдеши реку чуждую» (Прит. 9, 18). К себе же призывает она так: «премудрость созда себе дом, и утверди столпов седмь; закла своя жертвенная, и раствори в чаши своей вино, и уготова свою трапезу. Посла своя рабы, созывающи с высоким проповеданием на чашу, глаголющи: иже есть безумен, да уклонится ко мне; и требующим ума рече: приидите, ядите мой хлеб, и пийте вино, еже растворих вам» (Прит. 9, 1–5). А какого же вознаграждения могут ожидать они за сие? Оставьте неразумие, дабы вам жить; и взыщите разума, чтобы вам поступать право (Прит. 9, 6) Хлеб мудрости приносит плоды жизни, как говорит Господь: «Аз есмь хлеб животный иже сшедый с небесе; аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки» (Иоан. 6, 51). Ибо, хотя Израиль питался манною, этою поистине приятною и чудесною пищею. он умер, и никто из питавшихся ею не мог бы жить вечно. А что, весь этот сонм умер в пустыне, Господь утверждает в сих словах: «Аз есмь хлеб животный. Отцы ваши ядоша манну в пустыни, и умроша; сей есть хлеб сходяй с небесе, да, аще кто от него яст не умрет» (Иоан. 6, 48–50). 6) Злые терпят теперь лишение таковаго хлеба; «ибо души мужей женам подобных взалчут» (Прит. 18, 8). И только святой, поелику он уготовляет себя для того, исполняется сытости и может сказать: «аз же правдою явлюся лицу Твоему; насыщуся, внегда явитимися славе Твоей» (Псал. 16, 15). Кто раз сделается причастником Божественнаго хлеба, тот всегда будет томиться желанием, а для алчущаго его он сделается непрестающим, вечным дарованием, как и Премудрость дает таковое обетование: «не убиет гладом Господь душу праведную» (Прит. 10, 3). То же обещается и в Псалмах: «ловитву его благословляяй благословлю, нищия его насыщу хлебы» (Псал. 131, 15). Но будем внимать и Самому Искупителю нашему, говорящему так: «блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся» (Матф. 5, 6). Посему вполне понятно, что святые и возлюбившие жизнь во Христе ощущают в себе алчбу таковаго брашна; и тот святой (Псалмопевец) молится так: «имже образом желает елень на источники водныя, сице желает душа моя к Тебе Боже; возжада душа моя к Богу крепкому живому; когда прииду и явлюся лицу Божию» (Псал. 41, 2–3)? и он же говорит: «Боже, Боже мой, к Тебе утреннюю: возжада Тебе душа моя, коль множицею Тебе плоть моя, в земли пусте и непроходне и безводне. Тако во святем явихся Тебе, видети силу Твою и славу Твою» (Псал. 62, 2–3). 7) А если это так, братия мои, то и мы должны умертвить «уды, яже на земли» и питаться от небеснаго Хлеба в вере и любви к Богу, поелику мы знаем, что без веры не возможно стать причастником сего Хлеба. Ибо Искупитель наш, когда всех призывал к Себе и говорил: «аще кто жаждет», да приидет122 «ко Мне и пиет» (Иоан. 7, 37), тотчас же присовокупил и о вере, без которой никто не может вкусить от сего брашна, говоря: «веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы» (Иоан. 7, 38). Посему Он во всякое время питал учеников, имевших веру, от Своих словес и оживлял их близостью Своего Божества. А жену Хананеянку, поелику она была еще неверующею, (сначала) не удостоил Он никакого ответа, хотя она и имела нужду в получении от Него пищи; и так поступил Он не из презрения, – да не будет! – ибо человеколюбив и благ был Господь, потому и пришел в страны Тирския и Сидонския; но по причине неверия ея и неосмысленности ея поведения. И так поступил Он совершенно справедливо, братия мои; ибо сие не могло быть для нея полезным, пока она свою просьбу предпочитала вере; напротив в вере только могло и прошение ея иметь свое оправдание. Ибо приходящему к Богу необходимо сначала стать верующим, и только «взыскающим Его Он мздовоздатель бывает: без веры же невозможно угодити Богу» (Евр. 11, 6) – о сем учит Павел. Поелику она до того времени еще не имела веры, Он дает ей вразумление соответственно ея положению, говоря: «несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом» (Матф. 15, 26). А она, как скоро была поражена силою слова и изменила свое разумение, приобрела и веру; ибо Господь не говорит уже с нею как со псом, но как с человеком – так: «о жено, велия вера твоя!» равно как, поелику она уверовала, Он тотчас же дарует ей и плод веры и говорит: «буди тебе якоже хощеши; и иселе дщи ея от того часа» (Матф. 15, 28). 8) Праведник, питаясь от веры и познания и деяний, (соответствующих) Божественным словесам, во всякое время имеет здравую душу. Посему повелевает он (Павел) принимать к себе немощнаго в вере и питать его, если нельзя еще хлебом, то хотя овощами: «изнемогаяй зелия (да) яст» (Рим. 14, 1–2). Так и Коринфяне несразу могли стать причастниками этого хлеба, поелику они были еще младенцами и, подобно младенцам, напоевались млеком; ибо всякий нуждающийся в молоке, по словам того же Божественнаго мужа, «неискусен слова правды» (Евр. 5, 13). Своему возлюбленному (духовному) сыну Тимофею Апостол повелевает в первом послании питаться словами веры и следовать доброму учению (1 Тим. 4, 6); а во втором он говорит: «образ имей здравых словес, ихже от мене слышал еси, в вере и любви, яже о Христе Иисусе» (1 Тим. 1, 13). И не здесь только, братия мои, этот хлеб составляет пищу праведников, и не святые только, на земле подвизающиеся, питаются сим Хлебом и Кровию, но и на небе будем питаться (подобною) пищею; ибо Господь есть питание высших духов и Ангелов, Он же есть источник блаженства всех небесных сил, Он все для всех, и каждаго милует Он по своему человеколюбию. Нам уже даровал Господь Ангельскую пищу, но ее Он обещает и (всем) тем, кои при искушениях остаются до конца Ему верными, говоря так: «и Аз завещаваю вам, якоже завеща Мне Отец Мой Царство, да ясте и пиете на трапезе Моей во Царствии Моем: и сядете на престолах, судяще обоимънадесяте коленом Израилевым» (Лук. 22, 28–30). Какое пиршество, братия мои! сколь велики мир и радость вкушающих от небесной трапезы! Они наслаждаются не тою пищею, которая извергается вон, но тою, которая созидает вечную жизнь. Кто же окажется достойным сего сонма? Кто столь блажен, чтобы удостоиться приглашения на Божественную вечерю? Поистине, блажен тот, кто вкусит от трапезы в Твоем Царстве! Ибо кто будет признан достойным небеснаго града, тот в этом граде и обретет спасение. 9) А кто почитает Хлеб за ничто, тот, хотя бы и омылся, останется нечист; поелику он Кровь завета, которою освящен, считает обыкновенною и Духа благодати оскорбляет (Евр. 10, 29); он должен будет услышать: «друже, како вшел еси семо не имый одеяния брачна» (Матф. 22, 12)? Вечеря святых безпорочна и чиста: «мнози бо суть звани, мало же избранных» (Матф. 22, 14). Иуда, например, пришедши на вечерю, удалился от Лица Господа, поелику он попрал Хлеб; и как он оставил Жизнь свою, то удавился. А ученики, которые пребыли все время с Искупителем, сделались причастниками блаженства вечери. Тот юноша, который отошел «на страну далече» и расточил имение свое в распутстве, когда почувствует влечение к Божественной трапезе, придет в себя и скажет: «колико наемником отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю!» и тогда встанет, пойдет к отцу своему и, признавая свое прегрешение, скажет: «согреших на небо и пред тобою, и уже несмь достоин нарещися сын твой; сотвори мя яко единаго от наемник твоих» (Лук. 15, 13, 17–19). А когда он сделает такое признание, то получит более того, что попросит. Ибо не как наемника примет его отец и не как на чужого будет смотреть на него; но как сына облобызает его, оживит его, бывшаго мертвеца; удостоит его Божественной трапезы; дарует ему прежнюю славную одежду, так что будет о сем в отчем доме радость и ликование. 10) Ибо таково дело человеколюбия и такова благость Отца, что Он не только возставляет из мертвых но и просвещает благодатию Святаго Духа. Ибо вместо тления облекает Он его в ризу нетления; для устранения глада закалает Он откормленнаго тельца; для того, чтобы ему более не отходить «на страну далече», Он окружает его заботами, по возвращении его, дав ему обувь на ноги, и – что наиболее дивно – Он возлагает на руку его знак Божественнаго обручения; чрез все сие возрождая его, как образ славы Христа. Таковы благодатныя дарования Отца, которыми Господь прославляет и питает пребывающих у Него в терпении, а также и тех, которые, возвращаясь к Нему, творят покаяние; обетование Его о сем таково: «Аз есмь хлеб животный; грядый ко Мне, не имать взалкатися, и веруяй в Мя, не имать вжаждатися никогдаже» (Иоан. 6, 35). И мы сделаемся причастниками толиких дарований, если только всегда будем привержены к Искупителю нашему; если мы не сии только шесть дней пасхальнаго празднества будем соблюдать себя в чистоте, но и на все житие наше будем взирать как на праздник; если пребудем близ (Него), а не будем отдаляться, – говоря Ему так: «глаголы живота вечнаго имаши: к кому идем» (Иоан. 6, 68)? Мы, бывшие (некогда) на стране далече, возвратимся теперь, исповедуя свои беззакония, не тая ничего против кого либо и духом уничтожая дела плоти. Если здесь мы заранее так напитаем нашу душу, то удостоимся и участия в небесной и Божественной трапезе вместе с Ангелами; и когда постучим, то не будем отвергнуты как пять юродивых дев; но возможем войти с Господом, по добно мудрым девам, которых возлюбил Жених; показуя мертвость Иисуса на телах наших, мы восприимем от Него жизнь и Царство Небесное. Четыредесятницу мы начинаем в двадцать третий (день) месяца Мехира123, а святый пост благодатнаго праздника (Пасхи) – в двадцать восьмой Фаменофа124; и, присоединив к сему шесть следующих дней в посте и бдении, по мере силы каждаго, в третий (день) месяца Фармуфа125, в вечер субботы, прекращаем пост; так чтобы святый день, приносящий с собою всем блаженство, христоименитый, то-есть именуемый Господственным126, наступил для нас (в четвертый день Фармуфа127; присовокупляя к сему празднование св. Пятидесятницы, всегда будем воздавать поклонение Отцу во Христе, чрез Котораго и с Которым Ему да будет честь и держава во Святом Духе во веки веков, аминь! Приветствуют вас все братья, которые при мне! Приветствуйте друг друга в мире лобзанием святым! Конец седьмого праздничнаго послания святого Афанасия, патриарха Восьмое и девятое праздничныя послания отсутствуют, ибо он (св. Афанасий) не писал по упомянутой выше причине. Avt Десятое праздничное послание святого Афанасия В консульство Урса и Полемия, во дни того же Феодора епарха128, что из Илиополя; после него на два года епархом был Филагрий из (партии) православных; – в одиннадцатый год индиктиона, когда воскресенье (Пасхи) было в седьмой день апрельских календ129, то есть тридцатого Фаменофа, – возраст луны 181/2130, – в пятьдесят четвертый год (эры) Диоклитиана131. 1) Хотя все cиe время, братия мои, нахожусь я в удалении от вас, однако я не мог забыть о хранящемся у вас, преданном от Отцев, обычай настолько, чтобы безмолвствовать и не объявить о времени ежегодно совершаемого священного праздника Пасхи, равно как и о торжественнейшем дне его. Ибо, хотя я поражен бедствиями, как вы, конечно, об этом слышали, и жестокие испытания отяготили надо мною, к чему присоединилась еще дальность расстояния, – именно, враги истины, в своем преследовании, выслеживали нас с тем, чтобы перехватить какое-либо наше писание и чрез то обвинить нас и усилить боль наших ран; но мы нисколько не опасались даже от пределов земли написать вам и объявить о нашем спасительном празднике Пасхи; поелику Господь теперь укрепил и утешил нас в скорбях наших, хотя мы и находимся еще в стесненном положении среди столь многих бедствий и опасностей. И Александрийским пресвитерам писал я в надежде, что cиe послание чрез них дойдет до вас, хотя я хорошо знал, какой страх внушен врагами и им; но наперекор сему, я убеждал их памятовать о дерзновении Апостола и говорит: ничто не может отлучить нас от любви Христовой: ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни голод, ни нагота, ни опасность, ни меч (Рим. 8, 35)! А как теперь и я таковым образом готовлюсь праздновать (Пасху), то желаю, чтобы и вы, возлюбленные мои, также могли совершить cиe празднество; и поелику я хорошо знаю, что уведомление о празднике составляет мою обязанность, то я не умедлил выполнить должное (с моей стороны), опасаясь стать повинным по отношению к Апостольскому наставлению, которое гласить: «воздадите убо всем должная» (Рим. 13, 7). 2) И поелику отныне я все меня касающееся предал на волю Божию, то я озабочен был тем, чтобы вкупе с вами совершить праздник, ибо я никоим образом не думаю, что я далек от вас. Хотя пространство нас и разделяет, однако Господь, Учредитель празднества, соединяет нас в единомыслии, единодушии и в союзе мира. Ибо, если мы одно чувствуем и мыслим, одни молитвы воссылаем друг за друга, то нас не может разделить никакое расстояние: Сам Господь собирает и совокупляет нас. Если Господь обетовал, где два или три собраны во имя Его, быть среди них (Мф. 18, 20), то явно, что Господь же соединяет тех, которые в различных местах составляют собрания, поелику Он посреди их, и молитву всех принимает, как бы они были близ (одни к другим) и слышит всех, когда они все заодно велегласно восклицают аминь. Таковые бедствия и все эти испытания претерпел я, братия мои, о чем уже упоминал, когда писал вам; а чтобы вас не опечалить, то теперь мне заблагорассудилось лишь вкратце напомнить о сем….. 3) Итак, ни для кого не приличествует, особливо в благополучии, забывать о скорбях, причиняемых страданиями; дабы таковой, как неблагодарный и забывчивый, не оказался вне Божественного сонма; ибо в иное время никто не чувствует такого расположения к славословию, как после перенесенных скорбей; и никогда не возносится такая благодарность, как после успокоения от бывших напастей и искушений; так Езекия, когда были поражены Ассирияне, славил Господа и возносил благодарение, говоря: «Господи, спасения моего, и не престану благословя Тя с песнию вся дни живота моего прямо дому Божию» (Ис. 38, 20). Те три святые мужа, которые терпели искушение в Вавилоне, Анания, Мисаил и Азария, как только получили ослабление, и огонь стал для них росою, воздали хвалу и благодарение и возгласили хвалебную песнь Богу. Как они (поступили), точно так же и я; помышляя о сем пишу вам, братия мои! Ибо что у человеков было никогда невозможно, то Бог сделал возможным; и то, что у них почиталось невыполнимым. Господь явно привел в исполнение; поелику Он приводит нас к вам, а не предает в добычу тем, которые усиливались поглотить нас. Не могут они совершенно подавить нас своею злобою, равно как и Церковь и благочестивую веру! 4) Хотя они и рассчитывали на это, однако Бог, поелику Он благ, и на нас щедро излил дары Своего человеколюбия: не только тогда, когда Он даровал всем нам общее спасены чрез Слово Свое; но и теперь, когда враги преследуют нас и пытаются захватить нас; как и блаженный Павел в одном месте, возвещая о неисследимом богатстве Христа, говорит: «Бог же, богат сый в милости, за премногую любовь Свою, еюже возлюби нас, и сущих нас мертвых прегрешенми, сооживи Христом» (Еф. 2, 4. 5). Ибо сила человеков и всех тварей немощна и недостаточна, а та Сила, Которая выше человеков и не тварной природы, преизобильна и неизмерима и не имеет конца; вечна Она. Посему Она обладает даром милости не одного какого-либо рода; но поелику Она богата, то и наше спасение осуществляет Она многоразличными способами чрез Ее Слово, Которое, пребывая беспредельным, не удаляется и от нас; но, будучи многообразно и полно изобилия, изменяется соответственно состоянию души каждого. Ибо Он (Христос) есть Слово и Сила и Премудрость Божия, как и Соломон тоже утверждает относительно премудрости: «едина же сущи всяческая может, и пребывающи в себе вся обновляет и по родом в души преподобных преходящи, други Божия и пророки устрояет» (Прем. 7, 27). Именно для одних, поелику они еще не вступили на путь совершенства, Христос есть как бы агнец, питаемый млеком, каковое предлагается рукою Павла: «млеком вы напоих, а не брашном» (1 Кор. 3, 2); для других же, которые переступили возраст детства, и Он является в отроческом возрасте, и как для более способных к совершенствованию Он, соответственно их состоянию, есть то брашно, которое опять предлагается Павлом же: тот, кто немощен, «зелия да яст» (Рим. 14, 2). А как только человек начинает шествовать по совершеннейшему пути, то он более не питается уже молоком и брашном, о которых прежде упомянуто; но впредь нуждается он в хлебе, для чего ему служить (Бог) Слово, и питанием ему (служит) Плоть Его. Ибо написано: «совершенных же есть твердая пища, имущих чувствия обучена долгим учением» (Евр. 5, 14). А когда (семя) – слово бывает рассеяно, то в сей жизни человеческой неодинаковый получается сбор плодов, но разнообразный по изобилию, ибо оно (семя) приносит во сто крат… 5) Он заплакал, ибо, если бы они разумели то, что написано в хвалебных песнях (Псалмах), то не выступили бы всуе и столь дерзновенно против Искупителя, поелику Дух Святый изрек: «вскую шаташася языцы, и людие поучишася тщетным» (Пс. 2, 1)? Если бы они держали в мыслях пророчество Моисея, они не повесили бы на крест Жизнь их (Втор. 28, 66); если бы они благоразумно обсудили написанное, то не стали бы дерзновенно, как теперь, разглагольствовать о пророчествах относительно них написанных, как то: град их опустеет, милость отнята будет от них; а также: они будут вне закона и не назовутся более сынами, но чуждыми. Так Дух Святый уже прежде громко взывал в Псалмах: «сынове чуждии солгаша Ми» (Пс. 17, 45); а чрез пророка Иcaию: «сыны родих и возвысих, тии же отвергошася Мене» (Ис. 1, 2), не будут они впредь называться народом Божиим и племенем святым, но князьями Содомскими и народом Гоморрским (Ис. 1, 9); они превзошли уже нечестие Содомлян, как опять говорит Пророк: Содом оправдан более тебя?132Ибо Содомляне согрешили против Ангелов, а эти дерзнули даже предать смерти Господа и Бога, всемогущего Царя и Владыку Ангелов; поелику они не ведали, что Христос, преданный ими смерти, жив есть; а те иудеи, столь безбожно поступившие против Господа, умерли, лишь краткое время насладившись сею суетностью и чрез то лишившись вечности; ибо и в этом заблуждались они, что не временное роскошество, но надежда на вечную жизнь имеет залог бессмертия. Многими скорбями, бедствиями и страданиями шествует праведник в Царство Небесное; а когда он придет туда, откуда «отбеже болезнь и neчaль и воздыхание» (Ис. 35, 10), тогда он обретет отраду, подобно Иову, здесь претерпевшему искушение, а там соделавшемуся другом Господа. Кто любит роскошь, лишь краткое время наслаждается, а затем проводить горестное житие; подобно Исаву, здесь получившему временную снедь, там же отверженному. 6) Выход сынов Израиля и Египтян из Египта представляет, можно сказать, пример, объясняющий cиe различие. Именно, Египтяне, лишь краткое время услаждавшиеся угнетением Израиля, как только вышли (из Египта), все низверглись в пучину; а народ Божий, который точно также лишь краткое время вследствие жестокости приставников (Исх. 3, 7) терпел побои и был угнетаем, по выходе из Египта, без затруднения перешел чрез Чермное море и шествовал по пустыне как по земле обитаемой. Ибо, хотя пустыня, по обычному превратному мнению человеческому, есть место оставленное; однако чрез благодатное дарование Закона, равно как чрез сожитие с Ангелами, она уже более не земля забвенная, но гораздо справедливые – земля населенная; как и Елисей, (например), полагавший, что он в пустыне одинок, сожительствовал сонмам Ангелов. Таковым то образом, после того как народ был в угнетении и жил в пустыне, теперь, сделавшись верующим, направился он в Землю Обетованную, которой с терпением стремился достичь. Точно также те, кои здесь временно угнетаемы, потом шествуют к блаженному наслаждению, поелику терпели до конца; а те, кои нас здесь преследуют, потерпят поражение и не будут иметь доброго конца; подобно тому богачу, который прожил здесь, по неложному свидетельству Евангелия, краткое время в радости, а потом взалкал, и после здешнего обилия напитков терпел величайшую жажду. Лазарь же, который в сей временной жизни должен был страдать, был утешен на небесах и после того, как здесь терпел недостаток в обыкновенном хлебе из пшеничной муки, там имел для насыщения нечто превосходнейшее манны, – Господа, сошедшего и рекшего: «Аз есмь хлеб сшедый с небесе» (Ин. 6, 41) и даю жизнь человекам. 7) О, возлюбленные! если за бедствием следует утешение, за страданием успокоение, за болезнью выздоровление, за смертью бессмертие, тогда не следует унывать от того, что временно приключается людям; не должно печалиться по причине наступающих искушений; не подобает страшиться, когда борющееся со Христом ничтожество открыто восстает против благочестия; но гораздо более, при таких обстоятельствах, мы должны благоугождать Богу и считать это необходимым для (приобретения) опытности и для упражнения в добродетельной жизни. Как возможно было бы приметить терпение, когда не было бы прежде ни затруднений, ни скорбей? как можно было бы познать твердость, если не случилось никакого вражеского нападения? как можно усмотреть мужество, если не было прежде поношения и несправедливости? или как можно познать долготерпение, если бы не было угнетения со стороны противников Христа? и вообще, как можно воочию познать добродетель, если бы порок прежде уже не обнаружил себя в лице порочных? Так страдал Господь наш и Спаситель Иисус Христос, поелику Он, желая показать людям пример страдания, претерпел cиë «иже укаряемь противу не укаряше, стражда не прещаше» (1 Петр. 2, 23); но ребра Свои обратил для ударов и ланиты Свои к заушениям, не отвратил Лик Свой от оплевания, и вообще благоволил быть ведомым на смерть, дабы мы могли с радостью взирать на Него, как на образ полного совершенства и бессмертия. 8) И если каждый из нас будет вести себя соответственно сим примерам, мы действительно получим возможность «наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» (Лк. 10, 19). Так и Павел, как следовавший сам примеру Господа, побуждает нас к тому же, говоря: «подражатели мне бывайте, якоже и аз Христу» (1 Кор. 11, 1). Так приобрел он силу против всего воинства диавольского, пиша следующее: «известихся бо, яко ни смерть, ни живот, ни Ангели, ни начала, ни настоящая, ни грядущая, ниже силы, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе ииcycе» (Рим. 8, 38, 39). Ибо в бедствиях, испытаниях и скорбях приближается к нам враг, все подвергая искушению и стараясь погубить. А человек, во Христе живущий, когда он борется с противниками и противопоставляет ярости кротость, смирение бесчестию и пороку добродетель, одерживает окончательную победу, говоря: «вся могу о укрепляющем мя Христе» (Флп. 4, 13) и: «во всех сих препобеждаем за возлюбльшаго ны» Иисуса Христа (Рим. 8, 37). Вот благодатный дар Господа, таковы от Господа исходящие средства исправления для человеков! Ибо Он страдал затем, чтобы человеку, который в Нем страдал, уготовать нечувствительность по отношению к страданиям; Он нисшел, чтобы нас возвести, Он подверг Себя испытанию рождаемости, дабы мы возлюбили Его несотворенного; Он уничижил Себя до тления, дабы тленное могло облечься в бессмертие; Он сделался немощным ради нас, дабы мы восстали в силе; Он нисшел до смерти, чтобы нам даровать бессмертие и мертвых соделать живыми; словом – Он сделался человеком, дабы мы, ставшие смертными человеками, ожили, и смерть более не владычествовала над нами; ибо «смерть» нами «ктому не обладает» (Рим. 6, 9), гласит Апостольское слово. 9) А как ныне сии арионеистовые, христоборцы и еретики сего не уразумели, то и вооружаются языком своим против Спасителя, поносят Освободителя и вымышляют совершенно ни с чем несообразное против Искупителя. Именно, по поводу Его уничижены, ради людей бывшего, они отвергают Его Божество по существу; видя Его происхождение от Девы, они сомневаются, что Он – истинно Сын Божий; видя, что Он во времени стал человеком, они отвергают вечность Его; размышляя о том, что Он претерпел ради нас, они не веруют, что Он непреложный Сын непреложного Отца; и вообще, поелику Он страдал ради нас, они отвергают то, что присуще Его действительному вечному бытию. А как они привлекают возмездие за их неблагодарность, презирая Спасителя и вместо того, чтобы быть благодарными за милосердие, они тем более поносят Его, то вполне справедливо было бы сказать каждому из них: о неблагодарный. христоборец, свыше меры безбожный, убийца своего Владыки, слепой очами душевными и иудей по своему образу мыслей! когда бы ты понимал Писание и внимал святым, из которых одни говорят: «просвети лице Твое и спасемся» (Пс. 79, 4), а другие: «посли свет Твой и истину Твою» (Пс. 42, 3); то ты познал бы, что Господь нисшел не ради Себя, а ради нас, и тем более подивился бы Его человеколюбию; если бы ты размыслил, что есть Отец и что Сын, то ты ни в каком случай не сказал бы в поношение Ему, что Сын произошел из преложимости; и если бы ты уразумел дело Его человеколюбия, совершенное для нашего блага, то ты не отчуждал бы Сына от Отца и Того, Кто нас примирил со Своим Отцом, не почитал бы (Ему) чуждым.