Святитель Афанасий Великий / Послание на ариан. Слово второе (4)

Притом, поелику Господь, облекшись в тварное, соделался подобен нам по телу, то посему справедливо наименован и братом нашим, и первородным. Ибо хотя и после нас соделался Он ради нас человеком и братом нашим по подобию тела, однако же и при этом именуется первородным в нас, и действительно таков, потому что, когда все люди по Адамовом преступлении гибли, Его плоть прежде иных спаслась и освободилась как сделавшаяся телом Самого Слова, и мы уже спасаемся после нее как стелесники Слова. Ибо в сем теле Господь делается нашим вождем в небесное царство и ко Отцу Его, говоря: «Аз есмь путь» (Иоан. 14, 6) и «дверь», и Мною должны входить все (Иоан. 10, 9). Посему называется также и перворожденным из мертвых, не потому что умер прежде нас (умерли прежде мы), но потому что, для нас прияв смерть и приведя ее в бездействие, первый воскрес как человек, для нас воскресив тело Свое. Поелику Он воскрес, то, наконец, уже и мы Им и ради Него восставляемся из мертвых. 62) Если же Господь именуется и перворожденным твари (Кол. 1, 15), то именуется не как сравниваемый с тварями и не как первый из них по времени (ибо как быть Ему перворожденным, когда Он есть единородный?), но по снисхождению Слова к тварям, по которому Оно соделалось братом многих. Единородный единороден потому, что не имеет других братьев, первородный же называется первородным по причине других братьев. Посему Господь нигде в Писании не именуется первородным Божиим и Божиею тварью. Именования «Единородный», «Сын», «Слово», «Премудрость» показывают близкое отношение к Отцу и Свойство с Ним. «Видехом славу Его, славу яко Единороднаго от Отца» (Иоан. 1, 14), и: «посла Бог Сына Своего единороднаго» (1 Иоан. 4, 9), и: «во век, Господи, Слово Твое пребывает» (Псал. 118, 89), и: «в начале бе Слово, и Слово бе к Богу» (Иоан. 1, 1), и: «Христос, Божия сила и Божия Премудрость» (1 Кор. 1, 24), и: «Сей есть Сын Мой возлюбленный» (Матф. 3, 17), и: «Ты еси Христос, Сын Бога живаго» (Матф. 16, 16). Именование же «первородный» показывает снисхождение к твари, потому что назван перворожденным твари. И речение «созда» показывает милость к делам, потому что и созидается «в дела». Итак, если Господь единороден, как и действительно, то объясни мне наименование первородным. Если первороден, то пусть не будет единородным, ибо невозможно одному и тому же быть и единородным, и первородным, разве только в разных отношениях, и единородным, как уже сказано, именуется по рождению от Отца, первородным же по снисхождению к твари, и потому что многих сделал Своими братьями. И без сомнения, по справедливости можно сказать, что из этих двух противоположных между собою речений к Слову преимущественнее идет качество единородного, потому что нет другого Слова или другой Премудрости, но одно Оно есть истинный Отчий Сын, и как замечено прежде, без присовокупления какой – либо причины, но отрешенно говорится о Нем: «единородный Сын, сый в лоне Отчи» (Иоан. 1, 18), а с наименованием «перворожден» соединяется причина, указуемая в твари, каковую и присовокупил Павел, сказав: «яко Тем создана быша всяческая» (Кол. 1, 16). Если же все твари созданы Им, то Он есть иной от тварей, и не тварь, но Творец тварей. 63) Итак, первородным наименован Господь, не потому что Он от Отца, но потому что Им получила бытие тварь. И как прежде твари был Он Сыном, чрез Которого тварь пришла в бытие, так и прежде наименования «перворожденным всея твари», тем не менее, было само Слово «к Богу, и Бог бе Слово». Но злочестивые, и сего не уразумев, ходят всюду и говорят: «Если «перворожден всея твари», то явно, что и Сам есть единая из тварей». Несмысленые! Если «перворожден» вообще «всея твари», то следует, что иной от всей твари, апостол не сказал, перворожден иных тварей, чтобы не почли единою из тварей, написал же: «перворожден всея твари», чтобы явствовало, что иной от твари. Рувим называется первенцем не всех чад Иаковлевых, но самого Иакова и братий (Быт. 35, 23), чтобы не почли его иным от чад Иаковлевых. Да и о Самом Господе Апостол не сказал: «яко быти первородну» во всех, чтобы не подумал кто, будто бы носит Он на Себе инаковое с нашим тело, но «первородну во многих братиях» (Римл. 8, 29) по подобию плоти. Поэтому, если бы Слово было единою из тварей, то Писание сказало бы о Нем: перворожден иных тварей. А теперь, поелику Святые говорят: «перворожден всея твари», прямо показывается этим, что Сын Божий есть иной от всей твари, а не тварь. Ибо если Он тварь, то будет перворожденным и Себя Самого. Как же можно, ариане, быть и первоначальнее и позднее себя самого? Сверх того, если Он тварь, а всякая тварь Им получила бытие и о Нем состоялась, как может и созидать тварь, и быть единым из состоявшихся о Нем? Поелику же сама собою видна несообразность такого вымысла ариан, то истина уличает их, что Сын наименован «первородным во многих братиях» по сродству плоти, «перворожденным же из мертвых», потому что воскресение мертвых от Него и после Него, и «перворожденным всея твари» по человеколюбию Отца, по которому Словом Его не только всяческие состоятся, но и сама тварь, как сказал о ней Апостол, чая «откровения сынов Божиих... свободится» некогда «от работы истления в свободу славы чад Божиих» (Рим. 8, 19, 21). По таковом же освобождении твари, Господь будет первородным и ее, как и всех сделавшихся чадами, чтобы с наименованием Его первым пребывало и то, что по Нем, завися от Слова как от некоего начала. 64) Думаю же, что при таком разумении Писания постыдятся и самые нечестивые. Ибо, если утверждаемое нами несправедливо, напротив же того, угодно им, чтобы Слово было перворожденным всей твари, как по сущности тварь, то пусть рассудят, что по их предположению будет Он братом бессловесных и неодушевленных тварей, и уподобится им, потому что и эти существа составляют часть всей твари, перворожденному же необходимо первенствовать по одному времени, по роду же и по подобию быть со всеми тождественным. Но утверждая это, не превосходят ли еретики всякую меру злочестия? Или кто терпеливо выслушает от них это? Или как не возненавидеть их за одну такую мысль? Для всякого явно, что не ради себя самого, как тварь, и не потому что в сущности имеет некое сродство со всею тварью, Слово наименовано перворожденным твари, но как потому что Слово, вначале созидая твари, снизошло к созданным, чтобы могли придти в бытие (иначе же, не стерпели бы Его ничем не умеряемого естества и подлинно Отческой светлости, если бы по Отчему человеколюбию Слово не снизошло к ним на помощь, и прияв во власть Свою, не ввело их в сущность), так, во – вторых, и потому еще, что по снисхождению Слова усыновляется Им самая тварь. И таким образом, как сказано, Слово делается перворожденным твари по всяческим, и тем, что созидает, и тем, что за всех вводится в самую вселенную. Ибо так написано: «егда же... вводит Первороднаго во вселенную, глаголет: и да поклонятся Ему вси Ангели Божии» (Евр. 1, 6). Пусть слышат христоборцы и сами себя терзают, вшествие Слова во вселенную причиною того, что Оно наименовано перворожденным всех. А таким образом, Оно есть единородный Отчий Сын, потому что Оно одно от Отца; называется же перворожденным твари по усыновлению всех. Но как первородный в братиях и «от мертвых воста, начаток умершим» (1 Кор. 15, 20), так, поелику во всем подобало Ему первенствовать, созидается поэтому и как начало путей, чтобы и нам, вступив на сей путь и вошедши Тем, Кто говорит: «Аз есмь путь и дверь», а также приобщившись ведения об Отце, услышать: «блажени непорочнии в пути» (Псал. 118, 1), и: «блажени чистии сердцем: яко тии Бога узрят» (Матф. 5, 8). 65) Итак, поелику истина показала, что Слово по естеству не тварь, то следует уже сказать, почему называется началом путей. Поелику первый путь чрез Адама был потерян, вместо рая уклонились мы в смерть и услышали: «земля еси, и в землю отъидеши» (Быт. 3, 19), то человеколюбивое Божие Слово по изволению Отца облекается в созданную плоть, чтобы ту плоть, которую первый человек умертвил преступлением, оживотворить Ему кровию тела Своего и обновить для нас «путь новый и живый», как сказал Апостол, «завесою, сиречь плотию Своею» (Евр. 10, 19, 20). Сие же давая разуметь, и в другом месте говорит он: «темже аще кто во Христе, нова тварь: древняя мимоидоша, се быша вся нова» (2 Кор. 5, 17). Если же произошла новая тварь, то надлежало кому – либо быть первым сей твари. Простой и перстный только человек, какими сделались мы вследствие преступления, не мог быть первым, потому что и в первоначальной твари люди стали неверными, и чрез них погибла первоначальная тварь, потребен был иной обновляющий первональную тварь и соблюдающий ту, которая сделалась новою тварью. Посему – то человеколюбиво не иной кто, но Господь, начало новой твари созидается путем, и справедливо говорит о Себе: «Господь созда Мя начало путей Своих в дела Своя» (Притч. 8, 22), чтобы человек жительствовал уже не по той первоначальной твари, но поелику положено начало новой твари, то началом путей ее имея Христа, последовали мы уже Ему, глаголющему о Себе: «Аз есмь путь». Сему уча, и блаженный апостол в послании к Колоссянам сказал: «Той есть глава телу Церкве, Иже есть начаток, перворожден из мертвых, яко да будет во всех Той первенствуя» (Кол. 1, 18). 66) Если, как сказано, по причине Воскресения из мертвых Господь называется за сие начатком, Воскресение же совершилось тогда, как нося на Себе нашу плоть, предал Себя за нас на смерть, то явно, что сказанное Им: «созда Мя начало путей» означает не сущность Его, но пришествие Его в теле, потому что смерть была свойственна телу. И как телу свойственна смерть, так телесному пришествию будет свойственно сказанное: «Господь созда Мя начало путей Своих», потому что когда Спаситель таким образом создан по плоти, стал начатком созидаемых и имеет наш начаток – восприятую Им на Себя человеческую плоть, тогда сообразно с этим созидаются по Нем и будущие люди, как говорит Давид: «да напишется сие в род ин, и людие зиждемии восхвалят Господа» (Псал. 101, 19), и еще в двадцать первом псалме: «возвестит Господеви род грядущий, и возвестят правду Его людем родитися имущим, яже сотвори Господь» (Псал. 21, 31, 32). Не услышим более: «в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт. 2, 17), слышим же: «идеже есмь Аз, и вы будете» (Иоан. 14, 3), почему и говорим: «Того бо есмы творение, создани... на дела благая» (Ефес. 2, 10). Еще же, поелику Божие дело, то есть человек созданный совершенным, вследствие преступления сделалось недостаточным и умерщвлено стало грехом, делу же Божию неприлично было оставаться несовершенным, то все святые умоляли о сем, говоря в сто тридцать седьмом псалме: «Господи воздаждь за мя: Господи... дел руку Твоею не презри» (Псал. 137, 8). Посему – то совершенное Божие Слово облагается несовершенным телом и именуется созидаемым в дела, чтобы Ему, воздав за нас долг, восполнить Собою, чего недоставало человеку. А человеку недоставало бессмертия и пути в рай. И это – то значит сказанное Спасителем: «Аз прославих Тя на земли, дело соверших, еже дал еси Мне да сотворю» (Иоан. 17, 4), и еще: «дела... яже даде Мне Отец, да совершу я, та дела, яже Аз творю, свидетельствуют о Мне» (Иоан. 5, 36). Дела же, о которых говорит здесь, что даны Ему Отцом для совершения, суть те самые, для которых созидается, говоря о Себе в Притчах: «Господь созда Мя начало путей Своих в дела Своя». Ибо одно и то же значит сказать: «даде Мне Отец... дела», и: «созда Мя Господь в дела». 67) Итак, богоборцы, когда Сын приял дела, да совершит? Из этого дознан будет смысл и речения «созда». Если скажете, что приял вначале, когда приводил их из небытия в бытие, то это ложно, тогда дела не были еще произведены, явно же, что говорит Он о приятии дел уже существующих. Но непозволительно разуметь время предшествовавшее тому, как «Слово плоть бысть» иначе, пришествие Слова окажется уже излишним, потому что пришествие это было для принятия дел. Следовательно, остается, наконец, сказать, что когда Сын стал человеком, тогда приял и дела. Ибо тогда довершил их, исцелив наши язвы и даровав нам воскресение из мертвых. Если же, когда «Слово плоть бысть», тогда даны Ему дела, то явно, что, когда сделалось Оно человеком, тогда и созидается в дела. Итак, речение «созда» означает не сущность Слова, о чем говорено уже многократно, но телесное Его бытие. Поелику дела вследствие преступления стали несовершенными и недостаточными, то о Слове говорится телесно, что Оно созидается, да, совершив дела и сделав всецелыми, «представит... Отцу Церковь, – как сказал Апостол, – не имущу скверны, или порока, или нечто от таковых, но да будет свята и непорочна» (Ефес. 5, 27). Посему род человеческий как вначале получил бытие Словом, так Им же усовершается и восстановлен, и притом еще при большей благодати, потому что, восстав из мертвых, не убоимся уже мы смерти, но всегда о Христе будем царствовать на небесах. Совершилось же это, потому что Само Божие собственное Слово, сущее от Отца, облеклось в плоть и сделалось человеком. Если бы Слово, быв тварью, сделалось человеком, то и человек все еще оставался бы тем же, чем был, не сочетавшись с Богом. Ибо будучи созданием, мог ли бы сочетаться с Творцом посредством создания? Или какая была бы помощь подобным от подобных, которые сами имеют нужду в той же помощи? Если бы Слово было тварью, то как имело бы Оно силу отменить Божий приговор и отпустить грех, когда у пророков написано, что это принадлежит Богу? «Кто Бог якоже Ты, отъемляй грехи, и оставляяй беззакония?» (Мих. 7, 18). Бог сказал: «земля еси, и в землю отъидеши» (Быт. 3, 19), и люди сделались смертными. Посему возможно ли разрешить грех сотворенному? Напротив того, разрешает Сам Господь, как и сказал Он: «аще не Сын вы свободит» (Иоан. 8, 36). И освободивший Сын действительно доказал о Себе, что Он – не тварь, не единый из созданных, но собственное Слово и образ Отчей сущности, потому что и вначале осудил грех Отец, и Он один отпускает грехи. Поелику Словом изречено: «земля еси, и в землю отъидеши», то сообразно с этим тем же Словом и о Нем совершается освобождение и отменение осуждения. 68) Но говорят: «Если Спаситель и тварь, то Бог мог сказать только и тем разрешить клятву». То же самое может быть сказано и еретикам: если бы и вовсе не приходил Спаситель, то Бог мог сказать только и разрешить тем клятву. Но надобно иметь в виду полезное для людей, а не то принимать в рассуждение, что Богу все возможно. И прежде Ноева ковчега Бог мог истребить согрешивших тогда людей, однако же сделал это по устроении ковчега. И без Моисея мог сказать только и известь народ из Египта, но полезно было совершить это чрез Моисея. И без судей Бог мог спасать народ, но для израильтян полезно было, чтобы по времени восставляем был у них судия. Спаситель мог придти еще вначале или, пришедши, не быть преданным Пилату, но Он и пришел при скончании веков, и когда искали Его, сказал: «Аз есмь» (Иоан. 18, 5). Что творит Господь, то и полезно людям, тому и быть иначе не подобало. Что полезно и прилично, о том и промышляет Он. Посему пришел, не «да послужат Ему, но послужити» (Матф. 20, 28) и сделать наше спасение. Без сомнения, мог Он и с неба изглаголать закон, но знал, что для людей полезно изглаголать его с Синая, и сделал это, чтобы и Моисей мог взойти, и израильтяне, слыша слово вблизи, тем паче могли уверовать. Впрочем, благословную причину, по которой так совершено, можно видеть и из следующего. Если бы Бог по всемогуществу изрек и разрешилась клятва, то в этом было бы видно могущество Повелевшего, и человек сделался бы таким же, каким был Адам до преступления, прияв благодать со вне, без приспособления ее к телу (ибо таковым и тогда человек введен был в рай), но при этом он, может быть, сделался бы еще худшим, потому что научился преступать закон. А в таком состоянии, если бы обольщен стал змием, снова настояла бы нужда Богу изрекать повеление и разрешать клятву. И посему, потребность в этом продолжалась бы в бесконечность, люди же все еще были бы виновны, раболепствуя греху. Непрестанно согрешая, непрестанно имели бы они нужду в прощении, и никогда не освободились бы от вины, сами в себе будучи плотью и по немощи плоти всегда препобеждаемые законом. 69) Еще же, если бы Сын был тварь, то человек все еще оставался бы смертным, не сочетаваясь с Богом, потому что тварь не сочетавала бы тварей с Богом, и сама требуя для себя сочетавающего, и одна часть твари не могла бы служить спасением для всей твари, сама имея нужду в спасении. Итак, в предотвращение сего Бог посылает Сына Своего, и Сын соделывается человеком, прияв на Себя созданную плоть, чтобы поелику все повинны смерти, Самому Ему, будучи иным от всех, собственное Свое тело принести за всех на смерть, и Слову, как – будто все чрез Него умерли (потому что и действительно все умерли о Христе), исполнить, наконец, приговор, всем же чрез Него сделаться уже свободными от греха и от проклятия за грех, и действительно пребывать во веки, восстав из мертвых и облекшись в бессмертие и нетление. Поелику Слово облеклось плотью, то сею плотью, как неоднократно было доказываемо, сделано совершенно недействительным всякое угрызение змия. Если бы и возродилось что злое вследствие телесных движений, то оно было бы отсекаемо, и тем истреблялась последующая за грехом смерть, как говорит сам Господь: « грядет... сего мира князь, и во Мне не имать ничесоже» (Иоан. 14, 30). И сего ради явися, как написал Иоанн, «да разрушит дела диавола» (1 Иоан. 3, 8). Поелику же дела эти разрушены плотию Его, то все мы чрез это освободились по сродству плоти, и сами сочетались уже со Словом. А сочетавшись с Богом, не останемся более на земле, но, как сказал Сам Господь, «идеже» Он, и мы будем (Иоан. 14, 3), и не убоимся уже змия, потому что приведен он в бездействие плотью, прогнанный Спасителем и услышав от Него: «иди за Мною, сатано» (Матф. 4, 10). Так, змий вне рая ввергается в огнь вечный. Не нужно уже нам остерегаться и обольщающей жены, «в воскресение бо ни женятся, ни посягают, но яко Ангели Божи... суть» (Матф. 22, 30). И «о Христе Иисусе... будет нова тварь» (Гал. 6, 15), «ни... мужеский пол, ни женский» (Гал. 3, 28), но всяческая и во всех Христос. А где Христос, там будет ли какой еще страх или какая опасность? 70) Но этого не последовало бы, если бы Слово было тварью, потому что с тварью всегда вел бы брань дьявол, который также тварь, и человек, будучи посредником, сам оставаяся бы всегда повинным смерти, не имел у себя, о ком и кем соделаться бы Ему свободным от всякого страха, сочетавшись с Богом. Этим сама истина показывает, что Слово не из числа созданных, а паче Само есть их Зиждитель. Для того и восприяло на Себя тело созданное и человеческое, чтобы Ему, как Зиждителю обновив это тело, обожить в Себе, и таким образом всех нас, по подобию Своего тела, ввести в небесное царство. Но опять не обожился бы человек, сочетавшись с тварью, если бы Сын не был истинный Бог. Человек не предстал бы Отцу, если бы облекшийся в тело не был истинное по естеству Отчее Слово. И как не освободились бы мы от греха и проклятия, если бы плоть, в какую облеклось Слово, не была по естеству человеческая (потому что с чуждым для нас не было бы у нас ничего общего), так не обожился бы человек, если бы соделавшийся плотью не был по естеству сущее от Отца, истинное и собственное Отчее Слово. Для того совершилось таковое соединение, чтобы по естеству Сущему от Божества сочетать с Собою по естеству человека и чтобы чрез это твердыми сделаться спасению и обожению человека. Следовательно, отрицающие, что Сын по естеству от Отца и собственно Отчей есть сущности, пусть отрицают и то, что приял Он истинную человеческую плоть от Присно – Девы Марии. Равно не было бы пользы для нас человеков, если бы Божие Слово не было истинным и по естеству Сыном, и если бы не была истинною восприятая Им на Себя плоть. Напротив того, Слово прияло на Себя истинную плоть, хотя и неистовствует Валентин. Слово же было по естеству и истинный Бог, хотя и неистовствуют ариане. В сей плоти Слово сделалось для нас начатком новой твари, став созданным за нас человеком и, как сказано, обновив нам оный путь. 71) Итак, Слово не тварь и не дело, ибо одно и то же: тварь, произведение, дело. И если бы Слово было тварью и произведением, то было бы и делом. Посему не сказало Оно о Себе: «созда Мя» дело, или: сотворил Меня вместе с делами, чтобы не подать мысли, будто бы Оно есть тварь по естеству и по сущности. Не сказало также: создал, да сотворю дела, чтобы опять злочестивые по злоумию своему не почли Его ради нас соделанным подобно орудию. Не возвестило о Себе также: создал Меня прежде дел, чтобы, как из того, что Оно прежде всех, следует, что Оно есть рождение, так и тем, что создано прежде дел, не привести к мысли, будто бы тождественны между собою речения «рождение» и «созда». Напротив того, со строгою осмотрительностью сказало: «созда Мя в дела». А это значит: Отец сотворил Меня, чтобы во плоти сделаться Мне человеком. А потому и из сего опять явствует, что Слово не дело, но рождение. Как входящий в дом не составляет части дома, но есть иное, а не дом, так Созидаемый в дела по естеству не то же, что дела. Ибо если, как утверждаете Вы, ариане, Слово Божие есть дело, то какою рукою и премудростью приведено Оно в бытие? Все приведенное в бытие приведено Божиею рукою и Премудростию, как говорит Сам Бог: «вся... сия сотвори рука Моя» (Ис. 66, 2). Давид же воспевает: «в началех Ты, Господи, землю основал еси, и дела руку Твоею суть небеса» (Псал. 101, 26), и еще в сто сорок втором псалме: «помянух дни древния, поучихся во всех делех Твоих, в творениих руку Твоею поучахся» (Псал. 142, 5). Поэтому, если создания совершены Божиею рукою, написано же, что «вся... быша» Словом, «и без Него ничтоже бысть» (Иоан. 1, 3), и еще: «един Господь Иисус... Имже вся» (1 Кор. 8, 6), и: «всяческая в Нем состоятся» (Кол. 1, 17), то явно, что Сын не дело, но Он есть Божия рука и Премудрость. Зная это, и бывшие в Вавилоне мученики Анания, Азария, Мисаил обличали арианское злочестие. Ибо сказав: «благословите, вся дела Господня, Господа» (Дан. 3, 57), в ряду дел перечислили все, что на небе и на земле, и всякую тварь, но не наименовали Сына, ибо не сказали: благослови Слово, песнословь Премудрость, давая тем знать, что все прочие существа песнословят и суть дела, Слово же не есть дело и Оно не из числа песнословящих, но Его с Отцом песнословят, Ему поклоняются, о Нем богословствуют, потому что Оно есть Отчее Слово, Отчая Премудрость и Зиждитель дел. Сие и Дух с совершенным различением изрек во Псалмах: «яко право Слово Господне, и вся дела Его в вере» (Псал. 32, 4), как и в другом псалме говорит: «яко возвеличишася дела Твоя, Господи: вся Премудростию сотворил еси» (Псал. 103, 24). 72) Если бы Слово было делом, то, без сомнения, и Оно приведено было бы в бытие Премудростью, и Писание не различало бы Его от дел, и не стало бы их именовать делами, о Нем же благовествовать, как о Божием Слове и о собственной Божией Премудрости. Теперь же Писание отличая Его от дел, показывает, что сия Премудрость есть Зиждительница дел, а не дело. То же различение наблюдает и Павел, пиша к Евреям: «Живо бо Слово Божие и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлением и мыслем сердечным. И несть тварь не явлена пред Ним, вся же нага и объявлена пред очима Его: к Нему же нам слово» (Евр. 4, 12, 13). Видишь, созданные вещи наименовал тварью, Сына же разумеет сущим Божиим Словом, так как Он не то же, что твари. И еще говоря: «вся же нага и объявлена пред очима Его: к Нему же нам слово», дает разуметь, что Он есть иное от всех тварей. Посему Сын судит, каждое же из существ получивших бытие обязано дать Ему ответ. Так и тем, что вся тварь совоздыхает с нами об освобождении «от работы истления» (Рим. 8, 21), показывается, что Сын есть иное от тварей. Ибо если бы и Он был тварь, то и Сам находился бы в числе воздыхающих и имел нужду, чтобы кто – либо и Его вместе со всеми сделал Сыном и освободил. Если же вся тварь воздыхает об освобождении от работы истления, а Сын не в числе воздыхающих и требующих освобождения, но Сам всех всыновляет и освобождает, говоря тогдашним иудеям: «раб же не пребывает в дому во век: Сын пребывает во век. Аще убо Сын вы свободит, воистину свободни будете» (Иоан. 8, 35, 36), то этим яснее света показывается, что Слово Божие не тварь, но истинный и по естеству преискренний Отчий Сын. Итак, об этом изречении: «Господь созда Мя начало путей» (Притч. 8, 22), хотя кратко, однако же, как думаю, достаточно сказать для того, чтобы людям ученейшим дать этим повод сочинить что-либо более сильное к низложению арианской ереси. Но еретики, читая и следующий стих и толкуя его худо, полагают: поелику написано: «прежде век основа Мя», то и это сказано о Божестве Слова, а не о явлении Его во плоти. Посему необходимо, разобрав и этот стих, показать заблуждение еретиков. 73) Написано: «Бог Премудростию основа землю» (Притч. 3, 19). Поэтому если Премудростью основана земля, то как основывается Полагающий основание? Но и это сказано приточно, и должно искать смысла в сказанном, а чрез это дознать, что как Премудростью Отец созидает и основывает землю, чтобы она была непоколебима и пребывала, так и сама Премудрость основана в нас, чтобы сделаться Ей начатком и основанием новой в нас твари и нашего обновления. И здесь не сказал Господь: прежде век сотворил Меня Слово или Сына, дабы не подать мысли, будто имеет начало, как сотворенный. Ибо прежде всего надобно спросить: Сын ли Он? И о сем преимущественно испытывать Писания. Это и Петр, когда вопрошены были апостолы, исповедал говоря: «Ты еси Христос, Сын Бога живаго» (Матф. 16, 16). Об этом и отец арианской ереси спрашивал прежде всего: «аще Сын еси Божий» (Матф. 4, 6)? Ибо знал, что это истина главное в нашей вере; знал, что если Он – Сын, то конец дьявольскому мучительству. А если Он – тварь и один из потомков обольщенного Адама, то не о чем заботиться дьяволу. Посему и тогдашние иудеи негодовали, что Господь наименовал Себя Сыном Божиим, а Бога – Отцом Своим. Ибо если бы назвал Себя одною из тварей или сказал о Себе: Я – произведение, то не было бы это странным для слушающих, и таких слов не почли бы они хулою, зная, что к отцам приходили и ангелы. Но поелику именовал Себя Сыном, то усматривали в этом признак не твари, но Божества и естества Отчего. 74) Посему арианам, хотя бы в подражание отцу своему дьяволу, надлежало полюбопытствовать, и если Господь сказал: основал Меня Слово и Сына мудрствовать, как мудрствуют, а если не так сказал, не вымышлять, чего нет. Но не сказал Он: прежде век «основа» Мя Слово и Сына, говорит же просто «основа Мя», желая этим, как и прежде заметил я, опять показать, что и это говорит приточно не ради Себя, но ради назидаемых на Нем. Зная это, и Апостол пишет: «основания бо инаго никтоже может положити паче лежащаго, еже есть Иисус Христос. Кийждо же да блюдет, како назидает» (1 Кор. 3, 10, 11). Основанию же нужно быть таким, каковы и назидаемые, чтобы возможна была взаимная сообразность. Посему Господь, как будучи Словом, поколику Он – Слово, не имеет в сообразность Себе таковых же, каков Сам, потому что Он единороден, так сделавшись человеком, имеет подобных Себе, потому что облекся в плоть подобную их плоти. Следовательно, по человечеству полагается Он в основание, чтобы и мы могли быть назидаемы на Нем, как драгоценные камни, и сделались храмом живущего в нас Святого Духа. Но как Он – основание, а мы – назидаемые на Нем камни, так опять Он есть виноградная лоза, а мы как бы розги, соединенные с Ним не по сущности Божества (это невозможно), но также по человечеству, потому что и розги должны быть подобны лозе, и мы по плоти подобны Ему. Сверх того, еретиков, рассуждающих по – человечески, прилично обличить человеческими примерами, заимствованными из тех же слов. Господь не сказал: соделал Меня основанием, чтобы еретики и в этом не нашли себе бесстыдного предлога к нечестию, будто Он есть произведение и имеет начало Своего бытия. Но говорит: «основа Мя». Полагаемое же в основание полагается ради камней на нем назидаемых, и это не просто делается, но когда камень перенесен из горы и опущен в земную глубину. Пока камень в горе, не положен он в основание. Но когда потребует нужда, и камень перенесен и ввергнут в земную глубину, тогда уже он, если получит возможность говорить, скажет: «Теперь основал меня перенесший сюда из горы». Следовательно, и Господь не с того времени имеет начало бытия, когда полагается в основание, Слово было и прежде сего, но когда облекся в наше тело, иссеченное и восприятое Им от Марии, тогда говорит: «основа Мя», а это значит: Меня – Слово обложил земным телом. Так, для нас полагается в основание, приемля на Себя наше, чтобы мы, как сотелесники в Нем, составляемые и связуемые по подобию плоти, достигнув в мужа совершенна, пребыли бессмертными и нетленными. 75) Никого да не приводят в смущение речения «прежде век... прежде неже землю сотворити, и прежде неже горам водрузитися» (Притч. 8, 23, 25). И это весьма кстати присовокупило Слово к речениям «основа» и «созда», потому что и это касается также домостроительства по плоти. Благодать, дарованная нам Спасителем, хотя, как говорит Апостол, «явилась» и дарована только с пришествием Спасителя (Тит. 2, 11), однако же, предуготовляема была прежде, нежели мы получили бытие, лучше же сказать, даже «прежде сложения мира» (1 Пет. 1, 20). И какая благая и чудная тому причина! Неприлично было Богу составить о нас совет впоследствии, чтобы не оказаться как бы не ведущим, что постигнет нас. Посему Бог всяческих, созидая нас Словом Своим, более нас самих зная наше положение и предуведав, что мы, сотворенные совершенными, впоследствии соделаемся преступниками заповеди и за преслушание изринуты будем из рая, как человеколюбивый и благий, в собственном Слове Своем, которым и создал нас, предуготовляет домостроительство нашего спасения, чтобы хотя и отпадем мы обольщенные змием, не остались однако же совершенно мертвыми, напротив же того, имея в Слове предуготованное нам избавление и спасение, снова восстали и пребыли бессмертными, когда само Слово будет создано для нас началом путей, и Перворожденный твари соделается первородным в братиях и воскреснет Сам начаток умерших. Сему учит блаженный апостол Павел. Ибо толкуя сказанное в Притчах: прежде век и прежде, нежели создана земля, в послании к Тимофею говорит так: «спостражди благовествованию по силе Бога, спасшаго нас и призвавшаго званием святым, не по делом нашим, но по Своему благоволению и благодати данней нам о Христе Иисусе прежде лет вечных, явлшейся же ныне просвещением Спасителя нашего Иисуса Христа, разрушившаго убо смерть, и возсиявшаго жизнь» (2 Тим. 1, 8–10), и в послании к Ефесянам: «благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивый нас всяцем благословением духовным в небесных о Христе Иисусе, якоже избра нас в Нем прежде сложения мира, быти нам святым и непорочным пред Ним в любви, прежде нарек нас во усыновление Иисус Христом в Него» (Ефес. 1, 3–5). 76) Посему как же избрал прежде, нежели получили мы бытие, если не были мы, как сказал Господь, предызображены в Нем? Вообще, как нарек нас во усыновление до создания человеков, если «прежде век» не был положен в основание Сам Сын, прияв на Себя домостроительство о нас? Или как, что еще присовокупляет Апостол, «наследницы сотворихомся, прежде наречени бывше» (Ефес. 1, 11), если «прежде век» не был положен в основание Сам Господь, почему и возымел изволение всю тяготу нашего осуждения за нас восприять на Себя плотью и потом усыновить нас в Себе? Как прияли мы благодать «прежде времен вечных», не получив еще бытия, происшедши же во времени, если эта предваряющая нас благодать не была уготована во Христе? Посему и на суде, когда каждый восприимет по делам своим, Господь скажет: «приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Матф. 25, 34). Как же или в ком уготовано оно прежде создания нашего, если не в Господе, прежде век положенном для сего в основание, чтобы мы, как хорошо приноровленные камни на Нем назидаемые, от Него приобщались жизни и благодати? Сие же (сколько можно разуметь это человеку благочестно) совершилось для того, чтобы мы, как говорил я уже, восстав от кратковременной смерти, могли жить вечно. Но мы, люди земные, не имели бы этой возможности, если бы прежде век не была предуготована нам во Христе надежда жизни и спасения. Итак, Слово, нисходя в плоть нашу и в ней созидаемое началом путей «в дела Своя», так как, по сказанному, в Нем было Отчее изволение, справедливо полагается в основание «прежде век», прежде нежели создана земля, «прежде неже горам водрузитися... прежде неже произыти источником» (Притч. 8, 23, 24), чтобы и тогда, как при скончании настоящего века мимо идут земля и горы и все образы видимого, не обветшали мы подобно всему этому, но и после того могли еще жить, имея в Самом Слове по избранию прежде сего уготованные нам жизнь и духовное благословение. Таким образом, возможем не временную только иметь жизнь, но и после всего этого пребывать, живя во Христе, потому что и прежде сего жизнь наша была основана и уготована во Христе Иисусе. 77) Да и неприлично было бы нашей жизни быть основанною в ином, а не в сущем «прежде век» Господе, «Имже и веки сотворены» (Евр. 1, 2). Поелику жизнь наша в Нем, то и нам возможно наследовать жизнь вечную, потому что Бог благ и как всегда благий благоизволил сие, зная, что немощная природа наша имеет нужду в Его помощи и спасении. И как мудрый какой зодчий, предполагая построить дом, имеет уже мысли опять обновить этот дом, если он по построении придет со временем в ветхость, и с этою мыслью заготовляет и отдает трудящимся в постройке все нужное для обновления, и предуготовление к обновлению предшествует самому дому, так прежде еще нас полагается во Христе основание обновлению нашего спасения, чтобы в Нем могли мы быть воссозданы. И сей совет, сие преднамерение уготованы прежде века, дело же совершилось, когда потребовала нужда, и пришел Спаситель. Ибо Сам Господь все заменит нам Собою на небесах, приемля нас в вечную жизнь. Хотя и этого достаточно в доказательство, что Божие Слово – не тварь, и что в этом изречении заключается правый смысл, однако же поелику изъясняемое речение имеет и во всех отношениях правый же смысл, то следует указать и этот смысл. И сии неразумные устыдятся, может быть, многих доводов. Но для этого опять нужно припомнить сказанное прежде, потому что и дело идет о той же притче и о той же Премудрости. Слово не сказало о Себе, что Оно по естеству тварь, но говорит в Притчах: «Господь созда Мя». И очевидно, что это означает мысль, не явно выраженную, но прикровенную, которую, впрочем, и нам можно отыскать, если снимем покрывало с притчи. Кто же, слыша, что Зиждителева Премудрость говорит о Себе: «Господь созда Мя начало путей Своих», не станет тотчас доискиваться смысла, рассуждая так: может ли быть создана Премудрость зиждущая? Кто, услышав, что единородный Божий Сын именует Себя созданным началом путей, не станет допытываться значения, дивясь, как может единородный Сын сделаться началом иных многих? Это загадка; но сказано: «разумный... уразумеет... притчу и темное слово, речения же премудрых и гадания» (Притч. 1, 6). 78) Хотя единородная и источная Божия Премудрость все творит и зиждет, ибо сказано: «вся Премудростию сотворил еси,» и: «исполнися земля твари Твоея» (Псал. 103, 24). Однако же, чтобы созданное не только имело бытие, но и благобытие, Бог благоволил, чтобы Премудрость Его снизошла к тварям, чтобы во всех вообще тварях и в каждой порознь были положены некий отпечаток и подобие Его образа и чтобы приведенное в бытие оказалось и премудрым и достойным Бога делом. Ибо как слово наше есть образ истого Слова – Божия Сына, так опять образ истой Божией Премудрости есть являемая в нас мудрость, в которой имея силу ведения и мышления, делаемся удобоприемлющими зиждительную Премудрость и чрез Нее приходим в состояние познавать Отца Ее. Ибо сказано: кто имеет в себе Сына, тот имеет и Отца (1 Иоан. 2, 23). «Иже приемлет Мене, приемлет Пославшаго Мя» (Матф. 10, 40). Поелику же в нас и во всех делах есть таковой отпечаток созданной премудрости, то истинная и зиждительная Премудрость, восприемля на Себя принадлежащее отпечатку Ее, справедливо говорит о Себе: «Господь созда Мя в дела Своя». Что сказала бы сущая в нас премудрость, то Сам Господь именует как бы Своим. И хотя Он как Творец не создан, однако же по причине созданного образа Своего в делах, говорит это как бы о Себе. И как Сам Господь изрек: «иже вас приемлет, Мене приемлет» (Матф. 10, 40), потому что в нас есть Его отпечаток, так, не будучи в числе созидаемых, поелику созидается образ и отпечаток Его в делах, как бы Сам Он был этим образом, говорит: «Господь созда Мя начало путей Своих в дела Своя». Отпечаток же Премудрости положен в делах, как сказал я, чтобы мир познал в Премудрости Зиждителя своего – Слово, а чрез Слово Отца. И сие – то самое сказал Павел: «зане разумное Божие яве есть в них: Бог бо явил есть им. Невидимая бо Его, от создания мира творенми помышляема видима суть» (Рим. 1, 19, 20). Посему – то Слово в сущности не есть тварь, сказанное же в Притчах относится к премудрости в нас сущей и именуемой. 79) Если же и этому не верят, то пусть сами скажут нам, есть ли в тварях какая премудрость или нет? Ежели нет, то почему же обвиняет Апостол, говоря: «понеже бо в премудрости Божией не разуме мир премудростию Бога» (1 Кор. 1, 21)? Или ежели нет премудрости, то почему в Писании встречается «множество... премудрых» (Прем. 6, 26)? Ибо и «премудр убоявся уклонится зла» (Притч. 14, 16), и: «с премудростию зиждется дом» (Притч. 24, 3). И Екклесиаст говорит: «мудрость человека просветит лице Его» (Еккл. 8, 1), и безрассудных укоряет, говоря: «да не речеши: что бысть, яко дние прежднии беша блази паче сих? яко не в мудрости вопросил еси о сем» (Еккл. 7, 11). А если, как говорит о премудрости и Сирах: «излия ю на вся дела Своя, со всякою плотию по даянию Своему, и дарова ю любящим Его» (Сир. 1, 9, 10), таковое же излияние есть признак сущности не Премудрости источной и единородной, но премудрости, изобразившейся в мире, что невероятного, если сия зиждительная и истинная Премудрость, отпечатком которой являются излиянные в мир премудрость и знание, по сказанному выше, как бы о Себе Самой говорит: «Господь созда Мя в дела Своя». Ибо и в мире не зиждущая Премудрость, но созидаемая в делах, по которой « небеса поведают славу Божию, творение же руку Его возвещает твердь» (Псал. 18, 2). Но если люди вместят в себя и эту премудрость, то познают истинную Божию Премудрость, познают, что подлинно сотворены они по образу Божию. Если царский сын, когда отцу угодно стало построить город, на каждом выводимом здании станет надписывать свое имя, как для безопасности, чтобы по причине на каждом здании начертанного имени его сохранились самые здания, так и для того, чтобы по имени могли помнить о нем и об отце его, по совершении же города спросят его: каково построен город, а он ответит: надежно, потому что по изволению отца, изображен я на каждом здании, и имя мое создано в этих зданиях, то говоря это, будет он разуметь не свою созданную сущность, но свой отпечатленный в имени образ. Так, по подобию с представленным примером, удивляющимся премудрости в тварях ответствует истинная Премудрость: «Господь созда Мя в дела», потому что Мой в них образ, и до такой степени снизошла Я в деле творения». 80) Не должно также дивиться, если Сын о Своем образе в нас говорит как о Себе. Господь некогда (не утомимся повторять одно и то же) и Савлу, гнавшему тогда Церковь, на которой был Его отпечаток и образ, как будто гоним был Сам, сказал: «Савле, что Мя гониши?» (Деян. 9, 4). Поэтому если бы, как сказано, сей отпечаток премудрости, сущий в делах, сказал: «Господь созда Мя в дела», то никто не удивился бы тому. Так, если и сама истинная и зиждительная Премудрость – Единородное Божие Слово, что свойственно образу Ее, то говорит как бы о Себе: «Господь созда Мя в дела», никто не должен, оставляя премудрость, внедренную в мире и в делах, думать, что «созда» сказано о сущности Премудрости источной, иначе, мешая вино с водою, окрадет он истину, потому что источная Премудрость есть творящая и зиждительная, а отпечаток Ее внедряется в дела, как образ образа. Называет же ее Слово началом путей, потому что таковая премудрость делается неким началом и как бы начатками боговедения. По ее первоначальному руководству человек, как бы вступив на путь и охраняя ее страхом Божиим, как сказал Соломон: «начало премудрости страх Господень» (Притч. 1, 7), а потом восходя мыслью и уразумев зиждительную в твари Премудрость, уразумеет в ней и Отца Ее, как сказал Сам Господь: «видевый Мене виде Отца» (Иоан. 14, 9), и как пишет Иоанн: «исповедаяй Сына, и Отца имать» (1 Иоан. 2, 23). Говорит же: «прежде... век основа Мя», потому что дела незыблемо и вечно пребывают утвержденными в образе сей Премудрости. И потом, чтобы слыша об этой в делах созданной премудрости, не подумал кто, что истинная Премудрость – Божий Сын – есть тварь по естеству, по необходимости присовокупляет: прежде гор, прежде земли, прежде вод и «прежде всех холмов раждает Мя» (Притч. 8, 25), чтобы сказав: прежде всей твари (так как в предыдущих словах изображена вся тварь), – показать тем, что Премудрость по сущности не создана вместе с делами. Ибо если создана в дела и предшествует делам, то явно, что предшествует и самому созданию. А поэтому по естеству и по сущности Она – не тварь, но, как присовокупляет Слово, есть рождение. А чем различаются или сколь далеки между собою по естеству тварь и рождение, это объяснено выше. 81) Поелику же Премудрость присовокупляет: «егда готовяше небо, с ним бех» (Притч. 8, 27), то надобно знать, что говорит это не в том смысле, будто бы Отец не чрез Нее уготовляет небо или горние облака. Ибо нет сомнения, что все создано Премудростью, и без Нее «ничтоже бысть». Напротив того, Премудрость говорит: «Все получило бытие Мною и чрез Меня. Поелику же потребно внедрить премудрость в делах, то хотя по сущности пребывала Я с Отцом, однако же по снисхождению к тварям отпечатлевала Свой образ в делах применительно к ним, чтобы целый мир был как бы единое тело, не в разладе, но в согласии с самим собою». Посему все те, которые, по данной им премудрости, правым умом взирают на тварей, в состоянии и сами сказать: «учинением Твоим все пребывает» (Псал. 118, 91). А которые вознерадели об этом, те услышат: «глаголющеся быти мудри, объюродеша, зане разумное Божие яве есть в них, Бог бо явил есть им: Невидимая бо Его, от создания мира творенми помышляема, видима суть, и присносущная сила Его и Божество во еже быти... безответным. Занеже разумевше Бога, не яко Бога прославиша, но... послужиша твари паче Создавшего все. Иже есть благословен во веки, аминь» (Римл. 1, 19–22, 25). И они постыдятся слышать это, «понеже бо, – по изъясненному, – в премудрости Божией не разуме мир премудростию Бога, благоизволил Бог буйством проповеди спасти верующих» (1 Кор. 1, 21). Бог благоизволил, чтобы познавали Его уже и не как в прежнее время и не чрез образ и сень Премудрости, сделал же, что сама истинная Премудрость прияла на Себя плоть, стала человеком, претерпела крестную смерть, чтобы, наконец, все верующие могли спасаться верою в сие. И это есть та Божия Премудрость, которая первоначально являла Себя, а чрез Себя и Отца Своего посредством образа Своего в тварях (по которому и называется созидаемою), впоследствии же эта Премудрость, то есть Слово, «плоть бысть», как сказал Иоанн, я после того, как привела в бездействие смерть и спасла род наш, еще полнее открыла Себя, а чрез Себя и Отца Своего, говоря: дай им, «да знают Тебе единаго истиннаго Бога, и Егоже послал еси Иисус Христа» (Иоан. 17, 3). 82) И вся земля исполнилась ведения Его. Ибо одно ведение об Отце чрез Сына и о Сыне от Отца, и радуется о сем Отец, и тою же радостью веселится Сын в Отце, говоря: «Аз бех, о Нейже радовашеся, на всяк же день веселяхся пред лицем Его» (Притч. 8, 30). Это опять показывает, что Сын не чужд Отчей сущности, но собственно ей принадлежит. Ибо вот, не нас ради получил бытие, как говорят нечестивые, и Он вовсе не из не сущих, Бог не вне Себя приобрел виновника радости, напротив того, сказанное служит признаком собственности и подобия. Посему было ли когда, чтобы не радовался Отец? А если всегда радовался, то всегда было, о чем радовался. О чем же радуется Отец, не о том ли, что видит Себя в собственном Своем образе, который есть Слово Его? Если же «и о сынах человеческих веселяшеся, совершив вселенную», как написано в тех же Притчах (Притч. 8, 31), то и это имеет тот же смысл. Ибо и в этом случае веселился не по причине прибывшей у Него радости, но потому что снова видит дела творимые по образу Его, и почему и здесь предлогом радости служит Богу Образ Его. О чем и Сын веселится, не о том ли, что видит Себя в Отце? Ибо это то же значит, что сказанное: «видевый Мене, виде Отца,» и: «Аз во Отце, и Отец во Мне есть» (Иоан. 14, 9, 10). Итак, из всего открывается, что суетна похвала ваша, христоборцы, что напрасно торжествовали и возглашали вы повсюду это: «Господь созда Мя начало путей Своих», перетолковывая смысл этого изречения, лучше же сказать, передавая свой вымысел, а не Соломонову мысль. Ибо вот доказано, что мудрование ваше есть одна мечта. Изречение же Притчей и все выше сказанное доказывает, что Сын по естеству и по сущности не тварь, но собственное Отчее рождение, Премудрость и истинное Слово, «Им же вся быша, и без Него ничтоже бысть». * * * 1Что Христу надлежало пострадать и что Он – во плоти пришедший Бог 2Сличи: 1 Кор. 1, 3; 2 Кор. 1, 2; Гал. 1, 3; Ефес. 1, 2; Фил. 1, 2; Кол. 1, 3; 1 Сол. 1, 1; 2 Сол. 1, 2; 1 Тим. 1, 2; 2 Тим. 1, 2