Преп. Максим Грек / Нравоучительные сочинения (14)

Слово 32. Послание к иерею Сильвестру Честнейшему во иереях Вышняго, украшенному всякими цветами добродетелей и в знати и понимании священного Писания превосходному рассудителю, господину Сильвестру, благодетелю моему, неключимый известный чернец много кланяется до земли. За великое для себя осуждение почитаю—утаить от тебя то, что внушено мне Святым Духом на утверждение истины нашей православной христианской веры; но дерзаю на это, повинуясь словам стихиры, которая говорит: „Скрывшего талант осужденье уразумевши, душе моя, не скрывай словесе Божия, возвещай чудеса Его" и прочее; также слыша слова того проповедника, который был восхищен до третьего небесе: «ты убо, чадо, возмогай во благодати, яже о Христе Иисусе: и яже слышал еси от мене многими свидетели, сия предаждь верным человеком, иже довольни будут и иных научити» (2 Тим. 2, 1. 2). Прими же от меня с любовью следующие слова и если по прочтении они окажутся пред твоею великою мудростью достойными уважения, то воздай славу просветившему меня; если же окажется в них какой недостаток, то исправь меня, прошу, по свойственной тебе премудрости. Если апостол Павел, сосуд избранный, нашел нужным предложить Петру и Иакову благовествование, которое он проповедовал во языцех, желая удостовериться, правильно ли проповедует, да не как, говорит, «вотще теку или текох» (Гал. 2, 2); тем более я, неученый и скудоумный, обязан искать такого рассуждения от тебя, столь много образованного и удобно преклоняющегося к милосердию к требующим помощи, как я слышу от всех. Поэтому и я с благою надеждою осмеливаюсь обратиться с просьбою к твоему благоутробию, чтобы ты благоволил напомнить благоверному царю и самодержцу всея России о детях покойного Никиты Борисовича, чтобы государь умилостивился и явил им милость, так как они находятся в великой скудости и нужде: у них большой долг и три сестры, которых не на что выдать. Умилостивись, Бога ради, простри им руку помощи, по свойственному тебе богоподобному милосердью. Ей, прошу тебя, честнейший иерей, помоги многоскорбной вдове и сиротам ее, угаси росою благоутробия твоего скорбь их, и осуши горькие слезы, льющиеся непрестанно. Будь защитником вдов и отцем сирот, как тот праведный многострадалец, и не забудем сказанного апостолом: «вера бо чиста и непорочна пред Богом и Отцем сия есть, еже посещати сирых и вдовиц в скорбех их» и проч. (Иак. 1, 27) Господь Бог наш Иисус Христос да хранит тебя всегда во благости своей. Оглавление Слово 33. Послание к Адашеву о тафиях (головных турецких уборах) Государь мой, любимый раб Христов и человек Божий Алексей, преподобие отче и брат возлюбленный о Христе Иисусе Господе нашем. Желаю тебе быть всегда здравым и радостным. Да воздаст тебе Господь за духовную твою любовь, что ты меня бедного всячески почитаешь, о чем я известился из твоей грамоты, исполненной всякой христоподражательной любви и истины; также и слуга ваш Андрей Семенов подробно сказывал о твоем усердном старании в мою пользу. И какое могу воздать тебе достойное благодаренье за такое твое ко мне благорасположенье? Ты истинный ученик Христов и послушный последователь Павла, который говорит: «подобни мне бывайте, якоже аз Христу» (1Кор. 4, 16). Поэтому и наследником царства своего небесного, вместе с Павлом, Христос соделает тебя. Ей, Господи Иисусе Христе, не презри его благоутробье и благорасположенье ко всякому скорбящему и нуждающемуся в помощи! И это пусть так будет. Я же, отче, согласно твоей грамоты приготовил тетрадку по твоему указанию, и вдобавок к ней еще других десять тетрадок посылаю господину нашему преосвященному митрополиту и к тебе. Это, по моему понятию, вещи не плохие, заключающие в себе ученье об исправлении нравов, а также сильное оружье против латинской ереси и против злочестивого упорства иудейского, и против еллинской прелести и звездочетства. Читающие их со вниманьем, трезвенным умом, с охотою, с верою и любовью, с отвержением всякого кичения ума, самомнения и детских надежд и надмения коринфян, — найдут их исполненными в достаточной мере премудрости и разума духовного и силы. Это говорю не относительно вас—не попусти мне, Господи, так неистовствовать, —ибо относительно вас я знаю, что вы исполнены всяких добродетелей духовных, но это мое слово относится к некоторым другим. Прошу же тебя, прочитай и ты посланьице мое, которое я черкнул к преосвященному, и из него поймешь достоверно всю кривду и правду обо мне моих клеветников, которым один Бог Судья, и да не поставит им Господь в грех сего. А тетрадка, в которой 27 глав, та мною весьма рассудительно написана для самого великого властелина. Знай, господин мой, что как митрополит рассуждает о тафьях, так и я понимаю, и также гнушаюсь, когда увижу православных с бритыми головами, и из глубины сердца воздыхаю, что христиане уподобляют себя ненавистникам христиан— туркам, и не только тафьями, но и сапогами по образцу турецких, так что ни по чему иному не можешь узнать, что они христиане, как только по крестному знаменью. Сродные мне греки уже много лет находятся под турецким игом, и мы среди их живем, а этого обычая у нас нет. Опасаюсь, отче Алексие, что, пожалуй, понравятся им и чалмы турецкие. Скверно это, Алексий, и вполне чуждо православным людям, и небогоугоден такой мерзкий и поганый обычай. Следует строгим правилом по власти апостольской запретить всем, вообще, такое бесчинье; особенно же мастерам, работающим это, следует запретить эту работу. А если кто не послушается, строго приказать приходским священникам не давать ему и его семье причастия и не пускать его в церковь. А армянам и прочим иностранцам приказать строго, чтобы они такой товар в Россию не привозили, а если кто привезет, того бить на торгу кнутами, а привезенное отнять. Бога ради, не вознерадите, но подвигнитесь, при помощи Божьей, ревностно апостольскою и со властно. «И воста,- сказано, Финеес», движимый ревностью по Бог, «и прободе» копием своим вельможу некоего израильского, который совершал блуд с иноплеменною женою мадианитянкою, и убил их обоих при самом гнусном их преступлении (Числ. 25, 7). Мы же возьмем меч духовный, который есть глагол Божьи, и вооружимся ревностью Финееса и ими, чтобы и нам угодить Господу. Не промолчал Павел волхву Еллиме, отвращавшему от него Серия Анфипата, но, запретив ему властью» апостольскою, лишил его зрения (Деян. 13, 2—11). Так и мы запретим строго как изготовляющим эти наряды, так и носящим их, кто бы они ни были. Не убоимся убивающих тело, душу же не могущих погубити. Но прежде запрещения обратимся к ним с достаточным увещанием, упрашивая их с любовью, а не бранно и не с сердцем, ибо «рабу Господню не подобаешь сваритися, но крошку бытии» (2 Тим. 2, 24) и прочее. После первого и второго поучения, скажем им так: знайте, что если не послушаетесь слова Божия и меня, отца вашего, то с этих пор, кто бы ни пришел ко мне в тафье за благословением, —ему не услышать и не увидать от меня благословения. Что святое Божье писание не хвалит и не велит, то и я не хвалю. Или думаете, напрасно сказано было Священным Писанием об израильтянах, преступивших заповеди Божии: «и смесишася во языцех, и навыкоша делом их, и бысть им в соблазн» (Пс. 105, 35). Но об этом достаточно. Меня же, Бога ради, заклинаю вас Иисусом Христом, не оставьте без причащения. Суда, господин мой, я не просил и не прошу, а прошу милости: окажите милость, чтобы и самим вам воспринять от Спасителя такую же благодать, ибо «суд без милости, сказано, не сотворшим милости» (Иак. 2, 13). При этом прошу вас, Бога ради, пришлите мне на некоторое время книгу Григория Богослова—греческую, с толкованием; пришлите ее, Бога ради. Андрея сего вашего верного слугу, не оставьте в его скудости, как Бог положит вам на сердце. У меня нет приличного греческого клобука: Бога ради пришлите мне его. А я вам, государям моим, кланяюсь до земли. Честного священнодиакона Вассиана ризничого целую и лобызаю всею душою; его подарок я получил в целости; да воздаст ему Спаситель. Оглавление Слово 34. Послание к диакону Григорию Господин мой, брат о Господе, диакон Христов Григорий! Если познав свое согрешение, исправишься, то не удивляйся, Христа ради, моему безумью. Сердце мое духовно болеет, что ты так неприлично бесчинствуешь, и к тому же — сознательно. В такие священные дни, оставив священное и «яже суть Божия», празднуешь по мирскому гортани и чреву, которые истлеют. Где страх Божий и память смерти и того страшного истязания, которое будет на суд Христовом? Или забыл ты говорящего: «пияницы царствия Божия не наследуют» (1Кор. 6, 10); также—заповедь Божия, которая говорит: «блюдите, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством» (Лук. 21, 34) и прочее известное тебе? Так ли, Григорий, хранишь ты заповеди Христовы и отечеств уставы и правила? Или не помнишь, что Он строго будет судить нас по Своим заповедям? Но может быть скажешь: добрые люди меня понудили, и как же было мне их ослушаться? Григорий! а Христос по твоему разве не добр, Который всем священным Писанием зовет тебя на пир небесный? Что нужнее для нас, скажи мне, если осталась еще в тебе хоть капля христианского рассуждения: Христос ли и все Его святые и пир небесный, или люди смертные и пирования сатанинские? Не смущайся этим словом, —оно не мое, но Святого Иоанна Златоуста. Если ты, будучи назван Христом солью земли, так бесчинствуешь, то земля чем осолится? «Нивочтоже будет ктому, точию да изсыпана будет вон» из царства небесного «и попираема» будет «человеки» (Мф. 5, 13). Григорий! Вспомни сказанное: «раб, ведевый волю господина своего, и не сотворив по воли его, биен будет много» (Лук. 12, 47). Если веришь этому слову, то исправься пред страшным Судьей; а если не веришь, то сам увидишь. Оглавление Слово 35. Послание утешительное к князю Димитрию, о терпении в скорбях Не перестает никогда злоначальник, человекоубийца и доброненавистник диавол, по причине великой своей зависти, ратовать и смущать всяким способом род человеческий, желая его истребить и вменяя себе человеческую погибель в веселье и торжество, хотя и знает, нечестивый, что этим он готовить себе сильнейшую и горчайшую муку. Но таковы уж, о благородный князь Димитрий, его против нас вражда и бешенство. Кто лишил родоначальника нашего блаженной и равноангельной жизни в раю Божием? Не он ли посредством страшной змии прельстил праматерь Еву, а чрез нее— первозданного, и таким образом и в весь жалкий род наш внес телесную, а вместе и душевную смерть, которая продолжалась до самого вочеловечения Создателя и Спасителя нашего Иисуса Христа, человеколюбивым и божественным пришествием и спасительною смертью Которого уничтожена прелесть вражия и изнемогла держава душевной смерти, когда Спаситель наш сошел в дальнейшие страны адские и разрушил тамошнюю тьму, которая есть ни что иное, как лишенье света жизни по Бог. Кто исполнил завистью и убийством бесчеловечную душу окаянного Каина и братнею рукою пролил праведную оную кровь? Очевидно, что тот же богоборец— диавол позавидовал праведнику тому, узнав в нем, по его благоприятной Богу жертве, начальника и наставника людей, могущего научить их тому, как умилостивить себе Создателя. Кто же довел весь первый мир до потопленья? Не тот ли же, заставив их несытым и скотоподобным блужением и всяким студодеянием прогневать Создавшего их? Кто разделил на разные наречия бывший дотоле один язык? Не тот ли же самый всескверный, присоветовав им соорудить себе высочайший столп, чтобы в случае, если бы Бог захотел навести на них вторично потоп, он не мог бы их потопить, надеясь, безумные, человеческим умышлением одолеть всемогущую силу Божью? Кто же правнука верного патриарха Авраама, прекрасного Иосифа, в детском его возрасте продал измаильтянам руками братьи его? Это он, всескверный, покушался умертвить праведника, опасаясь, чтобы чрез него не умножилось праведное потомство верного Авраама и не наполнило бы всю вселенную благословеньем Авраама, Исаака и Иакова, то есть, истинным богопознанием, согласно данному Богом блаженному Аврааму обетованью: «воистину благословя благословлю тя, и умножая умножу семя твое, и благословятся о семени твоем еси языцы» (Быт.22,17.18). Здесь благословеньем Создатель называет непогрешительное богопознание и дар Святого Духа, о котором святый апостол Павел говорит: «не приясте бо духа работы паки в боязнь, но приясте духа сыноположения, о немже вопиемъ: Авва, Отче» (Рим. 8, 15). И верховный апостол Петр говорит: «покайтеся, и да крестится кийждо вас во имя Иисуса Христа во оставление грехов, и приимете дар Святого Духа. Вам бо есть обетование и чадом вашим» (Деян. 2, 38. 39; 3, 26). Из этих слов апостола явствует, что не богатство и изобилье маловременных стяжаний обещает Бог Аврааму и всем народам, имеющим уверовать во Христа, Который должен был воплотиться в последние времена, но непогрешительное богопознание, и веру, и правду, и полноту всякой Авраамской добродетели, действием Святого Духа. Кто же праведника того, о котором сам Вышний засвидетельствовал, что он непорочен и богочестив, посадил на гноище вне покрова нагим, лишенным всех стяжаний, бездомным, бездетным, незнатным, лишенным прислуги и всякого утешения, всего в гное от ног до головы? Не этот ли богомерзкий, оклеветав его пред Вышним, говоря: «еда туне Иов чтит Господа»? Кто же пророка Божия Даниила ввергнул в ров и заключил со львами, а трех отроков ввергнул связанными в печь? Не этот ли же нечестивый уязвил завистью сердца вельмож персидских по причине особенной чести и славы, какой те святые удостоились от царей их? Кто заставил избранника Божия и помазанника Давида в теченье многих лет скитаться и переходить с места на место, от одного народа к другому? Не тот ли же всескверный, восставив против него завистливого Саула, царя израильского? Кто величайшего из всех пророков— Иоанна Предтечу, подверг отнятию главы? Не тот ли же, взбесив против него скверную прелюбодейную Иродиаду? Кто же самого Спасителя и Начальника жизни нашей пригвоздил ко кресту и убил по человеческому естеству, а не по Божеству, которое бессмертно и бесстрастно? Не тот ли же безбожный, вооружив завистью и гневом скверные души богоборных книжников и фарисеев? Не он ли же чрез нечестивых царей ветхого Рима, вооружившихся непримиримою враждою против верующих в Христа, наполнил всю вселенную кровью мучеников? Имея такого непримиримого врага, лютейшего гонителя и завистливого ловца душ наших, о благородный князь и господин мой Димитрий, не будем удивляться по поводу приключающихся нам неблагополучие. Невозможно ни одному человеку, появившемуся в этот мире, хотя бы он взошел и на самый верх благоденствия, провести многоболезненную эту жизнь без всяких скорбей. Неложный свидетель сего тот песнописец (Иоанн Дамаскин в последовании погребения), который говорит: „Какая житейская сладость пребывает печали непричастна, какая же слава стоит на земли непреложна? Вся сени немощнейша, вся соний прелестнейша, ибо наступившая смерть все это уничтожает. Также и блаженный Давид говорит: «многи скорби праведным, и от всех их избавить я Господь» (Пс. 33, 20). Если же праведные судьбами Божиими терпят множество скорбей, то как я, многогрешный, возмогу провести эту жизнь без скорбей и печали? И это я разумею в том случае, если есть какое-нибудь попечение праведного Судьи о моем спасении. Но я знаю и твердо убежден, что Он печется о спасение всех нас, верующих в Него, и все устрояет к пользе душ наших. Не будем же безмерно скорбеть и отчаиваться. «Блажен человек,- говорит Священное Писание, его же аще накажеши, Господи, и от закона 'Твоего научиши его, укротити его от дней лютых» (Пс. 93, 12. 13). И другое наставленье: «сыне, не пренебрегай наказания Господня, ослабевай от Него обличаемый: егоже бо любит Господь, наказует, биет же всякого сына, егоже приемлет» (Притч. 3,11,12). И блаженный Павел: «аще наказание терпите, якоже сыновом обретается вам Бог. Который бо есть сын, его же не наказует отец. Аще же без наказания есте, емуже причастницы быша еси, убо прелюбодейчища есте, а не сынове». И несколько далее: «всяко наказание в настоящее время не мнится радость быти, но печаль, последи же плод мирен наученым тем воздает правды» (Евр. 12, 7. 8. 11). Благороднейший господин мой, князь Димитрий! Прости меня, Господа ради, ибо по великой духовной любви, какую питаю ко всем, дерзнул я вкратце написать твоему благородству это малое утешенье. Из того, что сам я потерпел в течете многих лет, я научился и других учить, чтобы имели такое же терпение в неожиданных скорбях, попущаемых на них неизреченными судьбами Божьими, за некоторые наши грехи. Ибо много все, как люди, согрешаем каждый день преступлением заповедей Божиих пред праведным Судьей, Который воздает каждому из нас по делам нашим. Да сохранит тебя Господь всегда в здравии души и тела, и да избавить от настоящих скорбей. Аминь. Бога ради, не скорби, но «мужайся, и да крепится сердце твое, и потерпи Господа» со всяким благодареньем, с верою несомненною и надеждою непостыдною. Много кланяюсь благородию твоему—нищий ваш богомолец такой то. Оглавление Слово 36. Послание к некоторым инокиням Многогрешный инок Максим Грек, кланяюсь до земли честным инокиням. От любви вашей, какую вы оказали мне о Господь по своему доброму изволению, я не просил и на ум мне никогда не приходило получить такой подарок, какой получил я от вас сверх ожиданья. Поэтому, я считаю справедливым возблагодарить такое великое ваше ко мне человеколюбье тетрадкою, напоминающею об иноческой жизни. Вы исполнены премудрости и разума божественного, как благоугождающие самому Подателю всякой премудрости и разума—Иисусу Христу, духовному жениху душ ваших, от Которого вы постоянно и просвещаетесь светом всякой премудрости и высочайшего разума. Примите же это малое напоминанье с обычною вам духовною любовью и кротостью, хотя бы в ней кое где и встречалась речь не особенно легкая. Не удивляйтесь этому и не смущайтесь, ибо я боюсь Того, Который чрез пророка своего Исаию говорит: «горе глаголющим тьму свет, и свет тьму, полагающим горькое сладкое, и сладкое горькое» (Иса.5, 20); также: «страшно есть еже впасти в руце Бога живого» (Евр.10,31). Хотя я и грешнее всех грешников, но истину евангельского законоположения я обязан всем проповедовать всею душою, всем сердцем и устами. Если же кто вознегодует по причине прямоты этой тетрадки, тот сам увидит, ибо каждый свое бремя понесет, сказано в божественном Писании, и также— каждый что посеет, то и пожнет. Здравствуйте всегда о Господе и нас во святых своих молитвах не забывайте! К ним же. О том, как должно проводить иноческую жизнь, и что исполнение евангельских заповедей есть истинный страх Божий У меня, убогого и нищего добродетелями и книжным разумом, просят честные и премудрые дщери Небесного Царя напоминанья о богоугодной жизни, как бы недостаточествующие в премудрости и разуме божественном, тогда как они, на самом деле, прилежнейшие ученицы самой Ипостасной Премудрости, Создателя и Владыки всех, Бога и Отца. Откуда возьму я, убогий в этом отношении, потребное для предложенья им душеполезной трапезы и неистощимой пищи? Надлежит тому, кто предпринимает учить других как благоугождать Богу, прежде во всем самому делом исполнить это, чтобы жизнь его во всем согласовалась с его учением о Боге, дабы поучаемые им относились к нему с доверьем и сам он получил бы воздаянье от Бога, как содействующий Ему в деле спасенья верующих. Так и таинственное слово Божье учит нас, говоря: «лицемере, изми первее бревно из очесе твоего, и тогда прозриши изъяти сучец из очесе брата твоего» (Мф. 7, 21). Также: «иже сотворит и научит, той велий наречется во царствии небесном». Я же, имея на мысленных очах не одно бревно, но бесчисленное множество их, как возмогу изъять сучец из очей других, сам нуждаясь в таком враче? Но как слово Божье обещает, говоря: «отверзи уста твоя, и исполню я»; также: «Господь дает глагол благовествующим силою многою»; то и я, повинуясь сему и надеясь на это, дерзаю приступить к сему, хотя это превосходить мои силы и сан; «не вы бо,- говорит, будете глаголющии, но Дух Отца» Моего Небесного. Призвав в помощь этого Божественного Помощника, начну поучение следующим образом. «Начало премудрости страх Господень, разум же благ всем творящим его» (Пс.110, 10). Под премудростью здесь мы разумеем не общие разума или познания всяких писаний—божественных и внешних, но исполнение делом божественных заповедей и велений, как Сам Господь учит, говоря: «не всяк, глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в царство небесное, но творяй волю Отца Моего, иже есть на небесех» (Мф.7,21), то есть, кто прилежно исполняет спасительные Его заповеди словом и делом. Ибо кто приносит Ему только продолжительные молитвы, а о том, чтобы принести Ему плод заповедей Божиих, который есть любовь, правда и милость, не заботится, тот услышит от Него: «что Мя глаголете, Господи, Господи», а того, что Я вам повелеваю, не исполняете. Тому же учит Он нас и чрез божественного пророка, который говорит: «грешнику же», то есть не по заповедям Его живущему, «рече Бог: вскую ты поведавши оправдания Моя и восприемлеши завет Мой усты твоими» (Пс.49, 16). Вот этими словами Он явственно уничижает и отвергает того, кто украшает себя одним только большим знанием божественного Писания и этим думает благоугодить Богу, делая противное сему. Ибо после приведенных слов, следует: «ты же возненавидел еси наказание, и отверг еси словеса Моя вспять», то есть, преступаешь и презираешь спасительные Мои заповеди и крадешь с крадущими, тогда как Я повелеваю тебе не красть, обижаешь с обижающими, лихоимствуешь с лихоимствующими и осуждаешь неповинного, приемля дары от обидчика, тогда как Я все это ненавижу от души и отвожу тебя от этого Моими божественными заповедями, повелевая тебе так: «не уповайте на неправду, и на восхищение не желайте, богатство аще течет, не прилагайте сердца», то есть, не вдавайте себя всецело в то, чтобы скопить себе посредством всякой неправды большие сокровища на земли, «идеже червь и тля тлит, и идеже татие подкапывают и крадут». Поэтому, хорошо и справедливо говорит слово Божие, что «начало премудрости» есть «страх Господень», то есть, начало спасения души есть хранение и исполнение заповедей Божиих. Это оно и называет страхом Господним, как и чрез Пророка тайно научает, говоря: «приидите, чада, послушайте мене, страху Господню научу вас. Кто есть человек хотяй живот, любяй дни видети благи» (Пс. 33, 12), как бы говоря: если найдется кто-нибудь, имеющей такое желание, да удержит, говорит, «язык свой от зла», то есть, от клеветы, от лжи, от хулы, оболгания, сквернословья, буесловия и празднословен, «и устне» да не глаголют «лести», но да говорят только истину и правду, да «уклонится» таковой «от зла» и да «сотворит благо», то есть, да возненавидит всякую нечистоту плоти и духа, да гнушается сим, и сотворит благо, то есть, да возлюбит .всякую чистоту и святость души и тела. Да отступит от неправды и да возлюбит правду; да отступит от жестокости и немилосердия, и да будет милостив, щедр, нищелюбив, милосерд ко всем, вообще, находящимся в скудости и в различных бедах; если кто голодает, да накормите его досыта; если жаждет, да напоите; если наготствует, да оденьте жалкие его кости, и померзающего от холода да не презрите и да не минуете тех, которые находятся в таковых бедствиях. Ибо «весь закон и пророцы», то есть, все десять заповедей Божиих, и все то, что пророки завещают вам многими и различными изречениями, —все это заключается в этих двух заповедях, то есть: «возлюбиши Господа Бога твоего всею душею твоею и всею крепостию твоею, и ближнего своего яко сам себе» (Марк. 12, 30—31). Кто эти две заповеди исполняет делом, тот весь закон и все пророчества исполнил, а кто пренебрегает ими и попусту хвалится, говоря: люблю Бога, —тот окончательно прельстился умом, ибо говорят неложные уста Христовы: «имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их», то есть исполняющий их делом, «той есть любяй Мя, не любяй Мя словес моих не соблюдает» (Иоан. 14, 21). Также блаженный Иоанн Богослов в первом соборном послании говорит: «глаголяй, яко люблю Бога, а заповеди Его не соблюдает, ложь есть, и в семь истины несть» (2, 4.), следовательно и Христа в нем нет, ибо самая истина есть Христос. И если Христа нет в нас, то горе нам, ибо мы окажемся трудившимися напрасно, надеясь спастись одним только воздержаньем от брашен, продолжительными молитвами и бдением. «Несть царство Божие брашно и питие, но правда и мир и радость о Дусе Святе», по святому апостолу Павлу (Рим.14, 17). Здесь царством Божиим он называет новое евангельское законоположенье, которое есть ни что иное, как только всякая правда, совершенная любовь и святыня, также милость и щедрость ко всякому, находящемуся в бедах и нищете. «Иже бо сими служит Христови, - говорит Апостол Павел, благоугоден есть Богови, и искусен человеком» (Рим. 14, 18). Всем этим мы достоверно научаемся, что начало премудрости, то есть, спасения души, есть страх Божий, который заключается в соблюдении святых Его заповедей, как и божественный песнопевец говорит: «блажен муж, бояйся Господа, в заповедех Его восхощет зело» (Пс.111, 1), то есть всею душою любит жить по нем и всегдашним исполненьем их старается благоугодить Богу. А кто склоняется к душепагубной мысли, что де ныне люди слабы по естеству и необходимо снисходить человеческой немощи, то и я скажу тому тоже; только снисходить можно в том, в чем снисхожденье не противно заповедям Божиим и не нарушает отеческих иноческих уставов, которые заключаются в нестяжании, в безмолвии, в жизни беспопечительной, в несребролюбии, в нелихоимстве, в смиренномудрии и кротости, в любви нелицемерной, в милосердии и жалости ко всем находящимся в бедах. Всякое же снисхожденье, соединенное с нарушеньем сих заповедей и установлений, есть совершенная погибель души, а не спасенье. Какое спасенье в том, чтобы вопреки данных нами обетов, опять приобретать именья и стяжанья и обильный сокровища на земле, с нарушеньем заповеди евангельской, посредством неправды и лихоимания, от которых происходит бесчисленное множество всякого нестроения и бесчиния помыслов и дел мирских, ссоры, брани, по причине которых мы только постриженьем и черною одеждою отличаемся от мирян. Но об этом достаточно сказанного для тех, которые искренно любят шествовать тесным и прискорбным евангельским путем, без самооправдания, а для не покоряющихся истине евангельской и хвалящих пространный путь, мною достаточно сказано в ином слове; пусть оттуда почерпают поправленье, если хотят. Мы же возвратимся к остальным душеполезным завещаньям Святого Духа. Желая поощрить нас к деланью страха Божья, то есть, заповедей Владыки, Слово Божье перечисляет нам происходящие отсюда плоды духовных дарований, которых сподобились блаженные делатели их. Таковы суть от века благоугодившие Богу патриархи, пророки, апостолы, мученики и богоносные отцы наши, основатели и наставники иноческого житья. Каковы же те дарованья, которых сподобятся таковые, слушай: «сильно,- говорит, на земли будет семя его» (Пс. 111, 2); сильно—не золотом, не серебром, или обильем житейских стяжаний, как некоторые неправо думают, но сильно верою и правдою и любовью к Богу и ближнему, каковым был тот, который говорит: «кто ны разлучит от любви Божия? Скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч? Известихся бо, яко ни смерть, ни живот, ни ангели, ни начала, ни силы, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8, 35. 39). И в другом месте: «во плоти ходяще, не по плоти воинствуем. Оружие бо воинства нашего не плотская, но сильна Богом на разорение твердем: помышления низлагающе и всяко возношение, взимающееся на разум Божий» (2Кор.10, 3—5). Семенем же их, по справедливости, назовем евангельскую проповедь, которая, будучи насеяна по всей вселенной бесчисленным множеством правоверных, сильных во всякой святынь и правд и преподобен, плодоносит Небесному Делателю мучеников, преподобных иноков и всяких праведников, которые твердостью веры и теплотою любви к Спасителю Христу, отогнали отовсюду тьму прелести богомерзких идолов и ввели данный от Бога свет неложного благочестия. Они были сильны в брани, как духовной, так и телесной, ополчаясь верою во Христа Бога и любовью к Нему не только против начал и властей тьмы века сего прелестного и против лукавых духов, но и против самых нечестивых гонителей—греков, римлян и иудеев, и их неистовство на Христа и безмерную их гордость смирили и повергли на землю, и как прах, который на пути, говоря псаломски, сгладили (Пс. 17, 43). Итак, хорошо сказал божественный Давид, что сильно будет на земли семя праведника, после чего прибавляет: «слава и богатство в дому его», то есть в дому боящегося Господа и исполняющего делом Его заповеди. Богатство же и славу должно разуметь не маловременные и земные, которые быстро исчезают, но славу, ниспосылаемую свыше преподобным угодникам Божиим, и богатство духовных дарований, которыми были обогащены богоносные апостолы, преподобные и праведные, еще в настоящей жизни, а также наслаждение вечных благ, которых «око не виде и ухо не слыша», как написано (1Кор. 2, 9). Об этом обогащении говорит негде песнопевец к Создателю и Владыке всех: «посетил еси землю», то есть, человеческое естество, «и упоил еси ю», то есть, преисполнил духовного веселья и радования, «умножил еси обогатити ю» (Пс. 64, 10), то есть, благоволил преизобильно оградить и украсить естество человеческое силами и знаменьями и всякими духовными дарованьями. Оно находилось в крайней нищете, не имея познания о Бог, Создателе своем, Питателе и Промыслителе, богатела же она всякою бесовскою прелестью и нечестием, всяким безумием и всякою злобою. Отвергнув истинный разум и страх Божий и поработившись окончательно лукавым бесам, оно управлялось ими, как бессловесное какое животное, и вовлекалось во всякую пропасть безбожия и скотского блужения. Но не презрел до конца всеблагий Бог естество человеческое, но, умилосердившись, посетил оное, недугующее всяким безбожием, и не просто только посетил, но успокоил и обогатил, украсив и преобразив всякими дарованиями Святого Духа, как выше сказано мною. Поэтому «и правда его пребывает во веки», то есть, благочестивые дела его и предприятия не погибают вместе с окончанием этой временной жизни, как дела лукавых людей нечестивых и грешных, но последуют благочестивым по исходе их из этой жизни и вечно пребывают при них. Такими дарованиями украсится от Бога всякий истинно Божий человек, то есть, всякий боящийся Господа. «Возсия во тме свет правым». Как воссиявший солнечный свет, рассеивает ночную тьму, так и праведник лучами благих и богоугодных своих деяний просвещает разумно седящих во тьме неведения Бога, если они принадлежат к числу праведных и достойных сподобиться такой благодати, как сказал верховный апостол Петр: «поистине разумеваю, яко не на лица зрит Бог: но во всяком языце бояйся Его и делаяй правду, приятен Ему есть» (Деян.10, 34, 35), то есть, удостаивается Им евангельской благодати и проповеди, разума о Христе и веры в Него. И это так. Но послушаем о дальнейших исправлениях боящегося Господа: «милостив,- говорит, и щедр и праведен. Благ муж щедря и дая» взаймы. Такое расположение дарует страх Божий тому, кто делом исполняет заповеди Божья и с несомненною верою приемлет сказанное Господом: «блажени милостивы, яко ты помиловани будут»; и опять: «будите убо вы совершении» и щедры, «яко же Отец ваш Небесный совершен есть» и щедр (Мф.5, 48). Воистину нет ни одного другого доброго дела, совершаемого нами, которое было бы так сильно преклонит на милость к нам Создателя всех, как человеколюбье, милость и состраданье к нищим и к находящимся в бедах и скорбях. Это явствует из многих мест Писанья, в особенности же из того, что Сам Праведный Судья ни за какое другое дело похвалить тогда, на суд, стоящих одесную Его и дарует им царство небесное, как только за то, что они алчущего Его накормили, жаждущего напоили, нагого одели, странного ввели, то есть, в дома свои милостиво приняли, и всячески упокоили; когда находился в темнице, то пришли к Нему и всяким способом утешали Его, и болящего посетили. Ради всех этих добрых дел, оказанных живущим в бедах, увенчаешь тогда праведных—Праведный, и милостивых— Милостивый и Человеколюбивый, умолчав об остальных исправленьях их и подвигах духовных, как то: о великом пощении, молитве, всенощных стояньях и удаленья в дальние и необитаемые пустыни. Этим Он, всемилостивый, желал показать то, что без милости и человеколюбья, оказываемых к находящимся в бедах, все те подвиги не приносят никакой пользы и считаются пред Ним недостойными упоминанья; ибо Сам говорит: «милости хощу, а не жертвы, и уведения Божия, а не всесожжений». Этим Спаситель как бы так говорит: „Если идешь в церковь помолиться Мне и принести какую-нибудь жертву, и на пути встретишь бедного нищего, который нуждается в помощи, или просит у тебя милостыни, —отдай просящему у тебя нищему то, что хотел ты дать иерею Моему на молебен или на совершенье святой службы, и не презри нужду и скудость нищего, предпочитая ему приносимую Мне молитву и святую службу. Ибо милость, оказанная ему, то Мне от тебя и жертва благоприятная и молитва благоугодная, если без сомненья послушаешься Меня, как и Я послушался без сомненья Отца Моего Небесного и принес самого Себя в жертву и приношенье за падшего Адама и за весь происшедший от него род человеческий." Еще яснее научил нас сему неподкупный Судья притчею о пяти буиих девах, оставленных вне божественного чертога за то, что не взяли с собою в сосуды достаточно елея. Буш же девы, как учат божественные Отцы, суть души мужей и жен благочестивых, подвизающихся всегда во всенощных молитвах и много упражняющихся в пощении для очищенья себя от всякой скверны плоти и духа; елея же, которым обозначается милосердье и состраданье к нищим и к живущим в бедах, не только не попеклись приобрести, а напротив, угнетали их ежегодными требованьями бесчеловечных ростов. Поэтому справедливо таковые души благочестивых названы Страшным Судьей—буиими; ибо, одолев страсти, которые выше естества и силы человеческой, и утишив в себе скотоподобное плотское стремленье, они были побеждены страстью иудейского сребролюбья и поработились ненасытному лихоимству, не позаботившись о дарованных им по естеству милости, человеколюбии и благости, а превратили естество свое в зверское, стяжавая себе всяким неправедным способом различный именья. Таковых кто может достойно оплакать, которые не только не милуют нищих по божественной заповеди Спасителя, но еще расхищают и остальное именьице бедных и убогих ежегодными требованьями с них обременительнейших ростов. А есть и такие, которые настолько победились страстью иудейского сребролюбья и ненасытного лихоимства, что злоумышленно придумывают разные клеветы против некоторых богатых людей, которые никого ничем не обидели. Кто может описать окаянство таковых? Никакое искусство риторского слова не в состоянии изобразить это ни с чем несравнимое зло. Но предоставим исправление и исцеление их Спасителю и общему всех Врачу, Господу нашему Иисусу Христу; мы же возвратимся к предлежащему. «В память вечную,- сказано, будет праведник, от слуха зла не убоится» (Пс. 111, 6). Этим песнопевец, или правильнее — воодушевлявший его божественный огнь Святого Духа (Параклита), показал нам, чем награждает праведных делание со страхом Божиим Его заповедей. Что же это такое?—а то, что они никогда не придут в забвение, но сподобятся быть поминаемы в бесконечные веки, то есть, всегда будут совершаться чрез них хваление Богу и Спасителю Христу. Ибо как нечестивых и грешных память погибает с шумом, как говорит Писание, так и память праведных пребывает в бесконечные веки с похвалами пред Богом, и они ненасытно наслаждаются божественной славы, видения и беседы, с большим дерзновением. «От слуха зла, - говорит тот же, не убоится». Ибо к стоящим ошуюю Судии будет произнесен страшный и горький оный глас (слух зол): «идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом» его (Мф. 25, 41). Что может быть страшнее и болезненнее сего окончательного вечного осужденья? Этого, говорит, „слуха зла" не убоится тогда праведный; ибо он услышите нескончаемое и неложное оное благословение, которое будет сказано ко всем, стоящим одесную Его: «приидите благословенны Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф. 25, 34). Эту милость окажет им праведный Судья и богатый Мздовоздаятель за их человеколюбье и милость и благоутробие, какие они оказали всякому нищему и всякому находящемуся в беде, как говорит божественный песнопевец: «расточи, даде убогим, правда его пребывает во веки» (Пс.111, 9). Этим кратким изречением Дух Святый ясно научил, каким образом боящейся Господа, и заповеди Его исполняющей делом, сподобляется вечной памяти у Бога, и не убоится злого того слуха: потому, говорит, «в память вечную будет праведник и от слуха зла не убоится», —что он делом исполнил заповедь Спасителя, которая говорит: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси» (Мф. 19, 21). Кто от всей души и от всего помышления, от всего сердца и от всей крепости своей возлюбит Господа и неизреченные Его блага, тот не только раздает все свое имение и стяжания, но и все плотские свои страсти окончательно возненавидит, и все свои желания отсечет, и с каждым днем будет преуспевать в богоугодных добродетелях, отвергнув вполне все житейское, возбраняющее ему восход к Богу. Ибо никто же, говорит, «может двема господинома работати — Богу и мамоне», то есть, никто из работающих неправедному богатству не может благоугодить Богу. А кто снова опутывает себя житейскими попечениями после того, как раз навсегда отрекся сего пред самим Богом и избранными Его ангелами, тот пусть услышит Законодателя, Который ясно говорит: «никтоже возложь руку свою на рало», и возвратившись «вспять, управлен есть в царствии Божии» (Лук. 9, 62). И опять: «Всяк, иже слышит словеса Моя сия, и творит я, уподоблю его мужу мудру, иже созда храмину свою на камени», которую не могли нисколько поколебать ни сильнейшее ветры, ни проливные дожди, ни множество других приражений рек. А кто слышит и не творит, то есть, не исполняет делом Моих заповедей и повелений, тот уподобляется мужу «уродиву, иже созда храмину свою на песце», на которую когда «сниде дождь, и приидоша реки, и возвеяша ветри», то тотчас обрушили ее, «и бе падете ее велие» (Мф. 7, 24—27). Храминою же, думаю, Законодатель называет явившейся во мне добрый помысл, рассуждение и произволение, когда я решил сам про себя оставить мирскую бесчинную жизнь и всю суету «и неистовства ложная», и принять иноческое безмолвное житие, доставляющее бесчисленные духовный блага. И если это свое благое решение и произволение исполню и совершу по заповедям Господним, и не перестану всегда прилепляться Ему всякою правдою, безмолвием и беспопечением, отрекаясь от удовольствий и наслаждений плоти, и возлюблю до конца совершенное нестяжание и иноческое жестокое пребывание: тогда воистину создал я храмину свою, то есть, иночество, на камени, который есть Сам Христос Спаситель, Который называется духовным камнем и составляет твердость и утвержденье для всех любящих Его, Который и сохраняет их невредимыми от нападенья всяких бесовских козней, которые и называются иносказательно ветром и дождем и сильными реками. Если же по причине слабости своей мысли я, после того, как сочетался Христу и отрекся житейского мятежа и суеты, опять опутаю себя ими, и опять начну приобретать всякие стяжанья и сокровища на земли, —золото и серебро, и вдам себя в излишние и суетные заботы и попеченья, к которым приплетаются споры и тяжбы, а от этих рождается зависть и рвенье, памятозлобие и вражда и облак бесчисленного множества злых и душевредных помыслов, тогда воистину уподоблен буду праведным Судьею мужу уродиву (безумному), создавшему храмину свою на песце, то есть, на преступленья и преслушании спасительных евангельских заповедей, и удобно пленен бываю моим противником, и при всяком нападении на меня нечистых помыслов, оказываюсь бессильным к борьбе с ними и вполне неискусным. Придя в такое состоянье по причине своего великого безумья и нечувствия, не нахожу никого окаяннее себя. «Ходящии, - говорит, хождаху и плакахуся, метающе отмена своя, грядуще же приидут радостью, вземлюще рукояти своя» (Пс. 125, 6). Это священное изреченье произнесено Духом Святым не только относительно мучеников и страдальцев, но и о преподобных иноках, добровольно располагающих себя к терпенью всякой скорби и тесноты и неленостно шествующим путем, ведущим к Богу, которые со многими слезами и трудами постничества метают духовный семена свои, то есть, благие деяния. Поэтому и во время всеобщего воскресенья, «грядуще приидут с радостью, вземлюще рукояти своя», то есть, примут от бессмертной десницы Владыки уготованные им вечные воздаянья: наслажденье уготованными для праведных вечными благами, которые суть— бессмертье, царство Божье бесконечное, насыщенье разума премудростью Божьею и радость несказанная, коих да сподобимся и мы получить милостью и щедротами и человеколюбьем Господа нашего Иисуса Христа, Которому подобает всякая слава, честь и поклоненье, со безначальным Его Отцем и Всесвятым и Благим и Животворящим Духом, ныне и присно и в бесконечные веки. Аминь.