Георгий затворник, Задонский / Письма (19)

2.23. К М.П. Колычевой Пишу в радостных слезах; нет сил к изъяснению, когда сердце действует невообразимою силою на все чувства мои; то в наружность, то во внутренность обращаюсь моею мыслью: смотрю на стоящий предо мною образ Св. Велик. Георгия; вот его расположение. Святой Георгий, представленный в величественном виде, рукою показывает на распятого между разбойниками Господа и на сострадающих Ему Пресвятую Деву Марию, и Богослова, и тем внушает взирающему: вот смотри, что претерпевает за тебя, виновного — невинный Царь. Почувствуй, неблагодарный, и ужаснись! Другою ж мыслью как будто испрашивает милости ищущим спастись. Теперь видится под Голгофой победная картина чуда. Здесь Победоносец, спасая царевну, поражает копьем лютого змия. Это живописец Алексей Прохоров явил первую мою мысль в первых месяцах моего сюда прибытия. Обращая все се в сердце моем внимательною мыслью, не мог я удержать себя от слез! они как вода проливались... р. Е.....Августа 24-го, 1824 г. 2. 37. Марии Петровне Колычевой Хочу несколько сказать о сущности любви: это самотончайший огнь, объятнейший и легчайший всякого ума; действия огня сего быстры и пречудны; они священны и изливаются на душу от Святого Вездесущего Духа. Сей огнь лишь коснется сердца, мгновенно все и всякое помышление беспокойное прелагается в тишину, в смирение, в радость, в сладость всепревосходнейшую. Много я вам открылся о себе и еще имею продолжать: я очень люблю спокойствие без всякого нарушения и потому искал его во всей вселенной; но там совсем его нет — ни в богатстве, ни в забавах, ни в других каких-либо чувственных обольщениях. Здесь уже, в уединении моем, я провел, кажется, шесть лет, и когда угодно было Господу мое сердце привести в совершенное сокрушение,— тогда думал я, что уже пропал и гнев Божий пожжет законопреступную душу мою, унылую и нерадеющую. Внезапно явилась ко мне старушка (блаж. Старица Ефвимия Попова) и тотчас успокоила волнующееся мое сердце: она меня уверила, что Бог приемлет мое терпение и скоро посетит меня утешением Своим. «Молись по четкам»,— сказала мне и ушла. Покаяние дано падшему человеку, а падшему ангелу - диаволу — не дано: он бесплотен и дух гордый — каяться не может; так и гордые человеки. Чрез несколько времени я вновь впал в великое изнеможение и едва только мог дышать; но в сердце непрестанно повторял: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешнаго». Вдруг вся немощь в одно мгновение отпала — и тогда-то огнь чистой любви коснулся моего сердца и я весь исполнился силы, чувств, приятности и радости неизъяснимой; все мне стало очень любезно и весело,— до такой степени был восхищен, что уже желал, чтобы меня мучили, и терзали, и ругались бы надо мною; для того этого желал, чтобы удержать в себе сей сладкий огнь любви ко всем. Он столько силен и сладок, что нет ни горести, ни оскорбления, которого бы он не претворил в сладость. Чтобы домик выстроить в Кирсановской общине, я этому радуюсь в пользу вашего сердца. Чем больше дров кидают в огонь, тем сильнее огонь: так действуют в нас и скорби, и горести, наносимые от людей; чем более нападения, тем более сердце разгорается сей святой любовью, и какая свобода и какой свет! Нет слов к изъяснению: радовался бы, ежели бы кто выколол глаза мои, чтобы не видеть суетного света; рад бы был, ежели бы кто взял меня, как преступника, и замуровал в стену, где бы я ни голосу, ни тени человеческой не видел. Потом опять познал я свою немощь, и понадобилось все потребное для человека. Но и ныне по временам бывает, что очень желал бы скрыться от всякого слуха. Менять небо и вечную жизнь на суетное удовольствие — страшно, и ужасно, и больно даже до смерти. Я внутренно плачу, когда вижу, что сердце ваше уклоняется в наружность. Удиви, Господи, на нас милость Твою! Ноября 22-го, 1824 года 2. 45. Марии Петровне Колычевой Никакого человеческого слова не достанет к объяснению той радости, которою духовно душа радуется о Господе. По Его благословению теперь у нас спасительно призрены бедные; повсюду разносится и благоухает святое благословение, сокрушаются во умилении сердца ваших крестьян и гласно славят Бога, благоволившего поселить их в общем жилище, благоразумно — и спасительно учрежденном. Хозяйства и прочие домашние распоряжения вверены добросовестным старцам, способным к сему управлению; и так, за общими молитвами, предавшаяся Промыслу Божию госпожа действительно сделалась от всего свободна, и по всякому требованию ее всегда предлагается ей в исправной готовности все нужное для снабжения о Христе требующих помощи. Не монастырь ли это? Не единомысленное ли, как госпожи, так и крестьян, спасающееся семейство? Это — святая свобода, содействующая спасению всех домашних в вере и надежде под Промыслом Божиим. О любовь! нет той тяжести, которой бы ты не облегчила и не пременила в легкое бремя Христово! Иго Христа благо, и бремя Его легко есть (см.: Мф 11, 30). Хотя бы и весь мир с разнообразными своими советами и подлогами восстал к препятствованию и уклонению от столь решительного и благонамеренного предприятия, ничего не может он нанести на душу и сердце, укреп-ляющиеся верою и Богом. Мир всегда любит свое говорить, воображать, представлять и со-ветовать; любит своих подражателей, под благовидными предлогами неприметно уклоняю-щихся от заповедей Господних. О нет! Мы не перестанем с царем Давидом в сердцах наших повторять: свет повеления Твоего на земле! Правде научитеся все живущий на земли. Аще Господь созидает дом, не всуе трудятся зиждущий. Верующим вся возможна суть о Господе и любящим Бога вся споспешествуют во благое (Рим 8, 28). Господи, сподоби нас любить Тебя от всей души и помышления, и творить во всем волю Твою. Покрой нас, Господи, от человек некоторых, бесов, страстей и от всякие иные неподобные вещи. Господи, Ты все знаешь; применяй и утверждай наши мысли и распоряжай нами, как Тебе угодно; да будет воля Твоя и в нас грешных, яко благословен еси во веки. Аминь. Мир говорит: я не могу понести этого — это свыше сил моих; а Христос, в обличение его, вещает: вы о себе не можете творити ничесоже! Мир говорит: жестоко слово сие — и уклоняется от Господа в свое помышление; но горе полагающимся на свое умышление и оставляющим всемогущество Господа! Благо есть надеющимся на Господа и творящим все упование на Него. О любезнейшая сестра! с вами я очень согласен, что лучше от друга язвы, нежели лобзания от врага. Я радуюсь о двух образочках, что вам написали их хорошо и не могли поместить блаженного Августина: он муж премудрый — это видно из его сочинений; однако семью Вселенскими Соборами утвержденная Православная Церковь не поместила его в число празднуемых святых, прославленных Богом. Поэтому и мы не дерзаем утверждать и принимать того, что не принято Церковью, а именуем его, как и именуется, «блаженным». 2.50. К М.П. Колычевой Будучи в Одессе, в жаркий день я отправился к морю. В то время веселые волны подстилало оно под плавающих. Итак, угодно, было моему бесстрашию поплавать по перекатывающимся зеленовидным буграм, и играючи носился я, весь обнаженный, над бездною. Но чуть не поглощен был пастью морского зверя; она уже была разверста страшнее ада, как вдруг вкатилась в нее большая волна и была мне оградою, как защищающая стена. Тут-то бесстрашный ужаснулся и, освободившись от морских волн и от внезапной смерти, живо стал чувствовать священный страх в душе своей, и с тех пор лучше стал разуметь промысел Божий, что и в море пути Его спасают могущих погибнуть. Слава Богу, спасающему нас. 2.51. К М.П. Колычевой О, непостижимый в благости Боже наш, Единосущная Троице, слава Тебе! Господи! удивляя удиви на нас милость Твою; изобильно проливая щедроты Твоя на нас; не попусти нам, Всещедрый, уклоняться в сопротивное Твоей благости, да не занимаемся тем, чем нарушается должное наше благоговение к Тебе. Нет лучшего занятия, как тайное призывание Иисуса Христа в сердце, преданном любви. Вы сказали: „когда не найду лучшего занятия, то, конечно, сяду за вист". Я внимательно посмотрел на печать, под которой хранилось ко мне письмо ваше... На ней изображен крест!.. Судите же, прилично ли вам заниматься вистом? Очень приятно слышать о посещении вами могилы Богоугодного старца; но неприятно истине, чтобы прах имел чувства, которые и во время земной жизни уже были умерщвляемы духом. Прошу вас выбрать и мне могилу. Св. Ефрем Сирин просил о своем теле: опутать ноги веревкой, вытащить и бросить на съедение псам. Однако такое завещание его не исполнилось. Поэтому мы и не заботимся о телах наших: не нам, не нам, Господи, но имени Твоему дай славу! Чаем воскресения мертвых и жизни будущего века: тогда будет тело духовное. О, как нужно хранить сейчас душевную и телесную чистоту, чтобы не мерзко было тогда соединиться душе с телом и предстать славе Господа нашего Иисуса Христа! Ведь душевный человек не может понимать духовного, хотя бы и всю мудрость мира сего поглотил. Нищие ходили по улицам, чтобы воспользоваться от благодетелей милостынею: благотворение же нищему Сам Иисус Христос удостаивает принимать собственно на Себя. По признакам о Новосильцове, как вы мне описали, видно, что он весь обращен в небо, и потому не заботится о земном. Верою прошу его о нас помолиться. Пока не перестанем слезы наши развеивать смехом, до тех пор далеки будем от блаженства, которым Господь ублажает плачущих. „Горе, смеющимся ныне, в тот день восплачутся и возрыдают горько!" О, даруй нам, Господи, слезы святого умиления, да и мы, прошедши многие скорби, милостью Твоею вступим в радость вечную! Ах, желаем ли мы претерпевать те скорби, которыми подобает войти в царствие Божье? Января 25-го, 1825 г. 2. 60. Марии Петровне Колычевой Вчерашний день, 11 июля, вдруг является мне мой знакомый с слезными глазами: говорит, что его мать и отчим взяли его с клироса в Площанской пустыни, теперь грозят смертью и требуют деньги 10 000 рублей. На это, при сострадании моем к нему, я улыбнулся: «Г-н офицер! чего я не успел раздать, по вашей ревности, к бедствующим, то вам устрашенным возвращаю; вот вам 4 850». Он упал в ноги и просил прощения! Мои глаза покрылись слезами... Отчим его любит похлопотать и потягаться бумагами. Вот как наша милостыня в славу Божию искушается! Он постарается нанести мне всяких неприятностей. О, когда бы Царица Небесная покрыла меня и послала купца внести эту розданную сумму за воздаяние вечной милости!.. Буди воля Божия и покровительство Царицы Небесной! Сестра моя! Ежели это не будет в тяжесть... * Ах, нет! Не то говорю, а вот что: ежели есть деньги, купи меня — я продаю себя во имени Христове. Здесь, среди печали и скорбей, Сердце, сокрушись и слезы лей! А вы, сострадающие, покойтесь в Господе. Иго Спасителя благо и бремя Его легко есть: Господь с вами, и святой Ангел Хранитель, охраняй нас. Брат Георгий Нам крест спасителен один. Июня 12-го, 1825 года * Монах Порфирий, жизнеописатель Георгия Затворника, повествует, как однажды явился к Георгию молодой дворянин и стал заклинать его под страхом своей смерти благословить поступить послушником в монастырь. Тот, видя го-рячность юноши, стал его переубеждать и, в конце концов, отослал к настоятелю на его решение. Уходя, юноша со слезами умолил затворника принять на милостыню крупные деньги. Однако по прошествии времени явился отчим этого юноши и потребовал всю сумму обратно, грозя полицией и укоряя, что Георгий якобы «оболванил» пасынка и заманил в монастырь, польстившись на деньги. Этот случай и послужил причиной написания данного письма. М. П. Колычева пополнила недостающую сумму. Но, видно, на отчима сильно подействовало смирение затворника, и он, почувствовав неприличие своего поступка, захотел увидеть подвижника. Однако тот его не принял, сказав, что молит Бога отвратить Свой гнев от отчима. По возвращении отчим увидел свой дом в пламени и не смог спасти. 2. 68. Марии Петровне Колычевой Алеша видел у меня аллегорию: древо, яблоки, змий, лев; под сими значениями можно выразуметь всю историю Адамову и состояние суетного мира: змий знаменует злого духа, яблоко — прелесть; змий пущает яд свой в красивое яблоко, злобный дух отравляет человека чрез прелесть. Кто любит прелесть, тот не может избавиться от яда прелести, и все то прелесть, что не есть истина. Те не прельщаются только, которые презирают все видимое и временное и искренно любят друг друга чистою любовью. С каким удовольствием мы встретились с милым Алешенькой, познакомились так, как бы всегда вместе жили. А когда я показал большой крест в огненном виде и он усмотрел над Адамовой головой лежащую овечку, столь сильно влюбился в нее, что не можно было этого скрыть ему в молчании и он несколько раз произнес: «Люблю, люблю, люблю!» И так весь наш разговор заключался в этом произношении одного слова «люблю», на все предметы этого достаточно было, и тем кончилось наше милое свидание. Он мне обещался молиться Богу, читать почаще книжку и учиться хорошенько писать, и не было ничего для него, где бы он не сказал «люблю», исключая льва и змия. 2. 73. Марии Петровне Колычевой ….Вы желаете знать по истине, что означают три креста, поставленные мною на письме вам? Они означают Голгофу, прославленную страданием Христовым. А чтобы крестами означать собственное наше терпение и скорби,— это выражение М. В.; но мы веруем, что по назначению Христову должны только один крест нести и идти вслед Господа. Как Христос бесчисленные скорби и все неизъяснимые в пре-терпении Его о нас болезни заключал в едином Кресте Своем, так посему и мы всю бедствен-ную жизнь нашу и прискорбный путь свой совершаем в едином кресте. Благодарю вас за дневные записки ваши: мы всегда обязаны друг другу служить искренностью сердца. Из них видна мне ваша скорость; а рассматривание себя научает нас благоразумной медленности, чтобы не доверять себе и быстроте ума в делании заповедей Господних. Теперь я припоминанию вам о себе, улыбнувшись вашему наказанию вольного Алеши. Покойная мать моя пламенно меня любила, жалела и плакала о мне; но когда найдет меня в преслушании и шалости, тогда, сделавши пристойное взыскание, лишает меня ласки на весь день и более. Больно было ей и самой переносить такое наказание меня, но она, смотря на конец моей жизни, преодолевала свою нежность и руководилась премудрыми правилами Иисуса, сына Сирахова, касательно воспитания детей и страхом Божиим, пребывавшим в сердце ее. Хорошо и предложение ваше Алеше: что он хочет — пить ли чай и молиться или не молиться и не пить? Прошу вас, не браните А. Ф. при Алеше для того, чтобы он мог почитать ее и слушать. Прошу вас оставлять ту компанию, в которой критикуют и поносят христиан. Несравненно лучше плакать, чем празднословить и смеяться: после плача — радость, а после смеха — уныние, и печаль, и отчаяние. Умом молиться — не это только значит, чтобы мыслию выговаривать слова молитвы, но углубление всего человека в разум истинного познания Бога и воли Его... Молитесь и обо мне, чтобы и мне усугубить моление мое ко Господу. Соединяли сердца наши и мысли воедино здесь во времени, да сподобит нас и там — в вечности — единодушно наслаждаться вечным блаженством. Января 16-го, 1826 года Коль возлюблена селения Твоя, Господи сил: желает и скончавается душа моя во дворы Господни. Воссияй ми свет Твоего разума, о Боже мой!.... 2.86. К М.П. Колычевой Христос посреди нас! Будем говорить о благотворении во славу Божью. Богодельно — слово сложное: дело Бога ради. Теперь попросим у Господа мысль благую, и по оной будем рассуждать: если десятичное число ограничим именем особенного сословия, то это будет препятствием к вступлению самобеднейшим, которые могут найтись из другого звания. Мне предвидится следующее: сказать в бумаге при взносе денег: на содержание десятичного числа женского пола, совершенно изнуренных силами, безродных и неимущих покрова, какого бы они звания не были. Благодарю вас за усердие и благость, которые посланы вам от Господа, и благоприятно приняты вашим сердцем. Теперь помолимся: удостой, Господи, благословением Твоим принять жертву сердца нашего и благоустроить на прославление имени Твоего. Призри на смирение наше призрением Твоим на страждущих и убогих рабов Твоих, и буди благословение Твое на них и на нас, во веки! На хранение билета надлежащую доверенность можно дать старосте. — Хорошо богодельню иметь под особенным смотрением какой-либо благоразумной старицы. Когда вы еще имеете лучшую мысль, я согласен участвовать вам единомыслием души моей. Даруй, Господи, успеть на лучшее, и буди о всем святой промысел Твой! Сами по себе не можем ничего: буди помощь Твоя! 2.99. К М.П. Колычевой Сообщаю вам новость нашу: Михаил, который пел у меня вами слушанную всенощную, ныне стал монах Мисаил. Ст. мне сказал, что люди в церкви плакали, и он с ними, но я читывал в Св. Писании, что все Ангелы радуются на небесах, видя человека на земле, всей душой предавшегося Господу Богу и желающего уподобиться жизнью Святых бесплотных. Даруй, Господи, святую веру и любовь! Сорадуемся же и мы радующимся Ангелам! Однако мысль, тонко проницающая силу злобы поднебесных духов, износит чувственные слезы: укрепи Господи Мисаила. Меня давно убеждала мысль перейти в начальное мое убе-жище, хотя до праздника; однако ж это не угодно было сопротивной силе: но Господь един прибежище мое и сила! что сотворит мне человек? исчезла сила сопротивная, сила коварства вражья. Буди во мне воля Божья, содействующая на борющие меня. Едино просил от Господа, то взыщу, если жить мне в доме Господнем во все дни жизни моей. Смирюсь, и спасет меня Господь... Держу листок на колене моем, продолжая вам писать: я читал болезнь сердца вашего и обращался особенным вниманием на душу, жаждущую более и более благоугодить Господу Богу. В Нем — и ночью и днем ваше утешение и крепость! Христос посреди нас, верующих в Него, и мы в Нем, обымем чистейшею любовью заповеди Его и учения. Да любим друг друга, как он возлюбил нас, смирив себя до смерти, да исполнит волю Отца Своего,— и Он будет нашим искуплением от вечной смерти. Мудрствуем еже во Христе Иисусе да соблюдем слово Его в кротости и смирении даже до смерти, во всем повинуясь воле Его — и побеждая сопротивного. „Любовь Твоя влечет меня к Тебе, Спасе, похвала жизни моей: благодать Твоя услаждает мое помышление влекущееся к Тебе. Да будет Тебе сердце мое, земля блага, приемлющая семя доброе, и да орошает ее благодать Твоя росою жизни вечной. 489 стр. Св. Ефр. Сирина. Декабря 19-го, 1826 г.