Амвросий Медиоланский, свт. О девстве и браке (9)

Глава шестнадцатая. 98. Дабы мы не ослабели совершенно, Слово Божие призывается в ореховый сад (Песнь песн. 6, 10), где находятся плоды пророческой проповеди и благодать священства, горькая во время искушений, твердая в трудах и плодоносная в духовных подвигах. Здесь именно расцвел и ореховый жезл Ааронов, не силою своих природных свойств, но по сокровенному действию (Божества). Итак, пусть Оно сойдет в сад свой, чтобы собрать плоды веры, насладиться ароматами, обрести небесную пищу и вкусить сладости нашего меда, говоря так: набрал я мирры моей с ароматами, поел хлеба моего с медом моим (Песн. песн. 5, 1). Все это возросшее на цветах различных добродетелей, — этих пчел, возвещающих мудрость (Притч. 6, 8), все, что собрано соединенным трудом этих пчел, святая Церковь слагает в соты, — это и есть пища Христова. 99. Итак, мы все имеем во Христе. Пусть же приходит к Нему всякая душа: и та, которая страждет телесными недугами, и та, которая пронзена как бы острием суетной страсти, и та, которая хотя не достигла еще совершенства, но в то же время напряженно стремится к нему своим помыслом, и та, которая в некоторой степени уже достигла совершенства во многих добродетелях: (словом) всякая душа во власти Господа, и Христос для нас составляет все. Желаешь ли ты уврачевать рану — Он врач; подвергаешься ли ты приступам горячки — Он источник; страдаешь ли от несправедливости — Он справедливость; нуждаешься в помощи — Он помощь; боишься смерти — Он жизнь; стремишься к небу — Он путь; избегаешь мрака — Он свет; хочешь хлеба — Он пища. Итак, вкусите и увидите, как благ Господь; блажен человек, который уповает на Него (Пс. 33, 9). 100. Надеялась на (Господа) страдавшая крово- 150 течением и мгновенно сделалась здоровой; но это потому, что она приблизилась (к Нему) с верой (Лук. 8, 43 и след.). И ты, дочь, с верой прикасайся хотя бы к краю одежды Его. Поток суетных страстей, уже текущий подобно большому ручью, пересохнет от теплоты, (идущей от) спасительного Слова; но это — только в том случае, если ты подойдешь с верой, если ты при постоянном благоговении к божественной речи ухватишь хотя самый край одежды, если ты с трепетом припадешь к ногам Господа. Где же ноги у Слова, как не там, где и тело Христово? О, вера, превосходящая великолепие всех сокровищ! О, вера, отличающаяся большею крепостию, чем все телесные силы; о вера, более спасительная, нежели все врачи! Лишь только женщина подошла, как она ощутила силу, получила исцеление — (и это произошло) подобно тому, как глаз, обращенный к свету, освещается прежде, чем ты почувствуешь (силу света), подобно тому, как действие света упреждает его восприятие. Застарелое и неизлечимое страдание, пред которым оказались бессильными всякое применение искусства и денежные издержки, вылечивается одним только прикосновением к краю одежды. Итак, дева, и ты, приступая (ко Христу), должна соблюдать благоговение той женщины и в (своей) вере подражать ее благочестию. 101. А сколь велико дарование в той, которая, стыдилась показываться (людям) и не постыдилась, однако, открыто признаться в (своем) недостатке! Не скрывай и ты своих прегрешений, открыто признавайся в том, что (Господь) уже знает; не избе гай стыдиться того, чего не стыдились пророки. Послушай, что говорит Иеремия: Исцели меня, Господи, и исцелен буду (Иерем. 17, 14). Так сказала и эта женщина, прикасаясь к краю одежды: Исцели меня, Господи, и исцелена буду; спаси меня, Господи, и спасена буду, ибо Ты — хвала моя, ведь только та исцеляется, которую Ты исцелишь. 151 102. Если же кто-нибудь скажет тебе (так большею частью искушаются верные): Где Слово Господне? то пусть Оно приидет (там же, ст. 15); даже Господу — и то было сказано: Пусть теперь сойдет со креста, и уверуем в Него; Он уповал на Господа; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему (Мф. 27, 42, 43). Итак, если кто скажет тебе это с издевательством и пожелает вызвать тебя на пустой разговор, то не отвечай ему; и Христос ведь не пожелал отвечать таковым (людям). С одним только Христом беседуй; в самом деле, если будешь говорить с теми (людьми), они не поверят; а если спросишь, они не ответят тебе. Скажи только одному Слову: Я не утрудился, следуя за Тобой, и дня человеческого не возжелал (Иерем. 17, 16). 103. Так сказала та женщина, и кровь остановилась. Несмотря на свое изнеможение, несмотря на свою болезнь, она, долго искавшая Христа, однако сказала: Я не утрудилась, следуя за Тобой. И, действительно, последовательница Христова не утруждается, ибо Он призывает к Себе труждающихся, дабы упокоить их (Мф. 11, 28). Итак, последуем за Ним! И доколе будем следовать за Ним, мы не испытаем скорби, потому что нет несчастия во Иакове (Числ 23, 21). Также и у Исаии: надеющиеся на Господа….. потекут и не устанут (Ис. 40, 31). 104. Затем, когда Христос спросил о том, кто прикоснулся к Нему (Луки 8, 45), разве ты не видишь, что она сказала: «Для чего ты спрашиваешь меня, Господи? Ты знаешь: исходящее из уст моих — пред лицем твоим; поэтому-то я и не смущаюсь исповедоваться во грехах своих. Пусть постыдятся гонители мои, а я не постыжусь (Иерем. 17, 16).» 105. Не постыдился и Петр сказать: Выйди от меня, Господи, потому что Я человек грешный (Луки 5, 8); вот и он, — муж мудрый и твердый, ставший утверждением (firmamentum)l) Церкви и учителем ______________ 1) В некоторых рукописях: fundamentum — основание. 152 веры, — только и нашел для себя полезным то, чтобы не величаться исходом благого дела. И посему сказал: выйди от меня, Господи (2 Кор. 12, 7). Он просит не о том, чтобы Господь оставил его, а о том, чтобы ему не возгордиться. 106. И Павел также хвалится жалом (своей) плоти, которое дано ему, чтобы не превозноситься. Хвастовство ведь привлекательно: его боится даже Павел; оно опасно: и вот его остерегается даже Павел. Но тот, кто боялся превозноситься откровениями, (бывшими ему), не был удобопреклонен к падению; посему-то, как храбрый воин, он и радуется, что телесною раною научился приобретать душевное здоровье. Глава семнадцатая. 106. И ты, когда познаешь, что божественные дары излились на тебя и обитают в тебе в изобилии, взвешивай свои силы, воздавай благодарение Богу и смотри на тело свое, как на корабельный балласт, чтобы дуновение какой-либо гордости не закружило тебя в столь великих волнах этого мира. Когда мудрая пчела предвидит воздушные течения, она поднимается к прозрачным облакам, часто захватив с собой маленькие камешки для того, чтобы порыв ветра не нарушил легкого движения ее крыльев. Павел и Варнава сочли себя в затруднительном положении, когда заметили, что их обоготворяют (Деян. 14, 12. 13). И ты, дева, берегись по примеру этой пчелы, чтобы дуновение мира сего не направило слишком высоко полета твоих крыльев. 107. И душа имеет свои полеты. Поэтому и сказано: кто это летят как облака и как голуби с птенцами своими (Ис. 6о, 8)? Итак, душа имеет духовные полеты, она в короткое мгновение пробегает чрез всю землю; в самом деле, мысли разумных существ свободны; чем выше и ближе к 153 божественному они поднимаются, тем беспрепятственнее со стороны каких-либо земных тяжестей они несутся. Итак, прилепляясь к Богу и снова возвращая себе начертание небесного образа, душа, вознесшись полетом духовных крыльев в то эфирное и чистое место, где она может оградить свою жизнь от возмущения коней, с презрением смотрит на все, находящееся в этом мире; устремляясь к вечным силам, она парит над миром. В самом деле, правда — выше мира, любовь — выше мира, непорочность — выше мира, благость — выше мира, мудрость — выше мира; если даже и в этом мире она проявляется, все равно — она выше мира. 108 Превыше мира была правда, когда диавол предлагал (Господу) все царства мира и всю его славу (Мф. 4, 8). Выше мира был Тот, Который ни к чему мирскому не прикоснулся. Поэтому и сказано: Идет Князь мира сего и во Мне, говорит, не имеет ничего (Иоан. 14, 30). Итак, научитесь, пребывая в этом мире, быть выше его: и если вы во плоти, то пусть внутри вас парит (к горнему миру) птица. Превыше мира тот, кто носит Бога в теле своем. 109. Но Богу подражать мы не можем. Будем же подражать апостолам, которых мир принял с ненавистью, потому что они были не от мира сего (Иоан. 16, 19). Им подражай и за ними следуй. Но ты считаешь трудным подняться выше мира при помощи сил человеческих? Правильно ты рассуждаешь; ведь и апостолы, следуя за Христом, удостоились стать выше мира не в качестве сотоварищей, а в качестве учеников (Его). Будь и ты ученицей Христа, Его ревностной последовательницей: и за тебя молит Тот, Кто молился за апостолов. «Не за апостолов только прошу Я, сказал (Христос), но и за тех, которые уверуют в Меня по слову их; дабы все были едино». Итак, Господь желает, чтобы мы были едино, чтобы все мы были выше мира, чтобы была единая чистота (castitas), единая воля, единая благость, 154 единое милосердие. Этим именно и питается и ускоряется полет души. 110. Итак, не будем ленивы, и возвысимся над земным; ведь природа крыльев (наших) такова, что совершая движение, они тем самым приобретают себе крепость. Полет становится тем легче, чем больше услаждается им душа; если она всегда следует за Богом, если любит обитать в доме Господнем, если радуется Его радостью и питается чудесами небесных сил, то она прочь отбрасывает зависть, которой нет места среди ангельских ликов, она прочь отбрасывает и телесные страсти, которые не должны осквернять храм Божий. Так как именно мы составляем храм Божий, то поэтому отвергнем от себя мирские заботы. Глава восемнадцатая. 111. Может быть, кому-либо покажется, что говоря о колесницах, конях и крыльях души, мы позаимствовали (эти сказания) у философов и поэтов. Нет: скорее философы позаимствовали их у наших (писателей); ряд пророческих изречений показывает, что мы пользовались в данном случае самобытными вспомогательными средствами, — именно тем, что написано по данному поводу святым Иезекиилем: и бысть на мне рука Господня, и видех, и се дух воздвизаяйся и грядяше от севера, и облак великий бысть в нем, и огнь блистаяйся, и свет окрест его, яко видение илектра посреде огня, и свет в нем. и посреде яко подобие четырех животных (Иезек. 1, 3-5). 112. Таким образом, ты видишь, четыре животных уже указаны. (Теперь) мы должны обратить внимание на то, какого рода эти животные: Подобие, говорит, лиц их — лице человече, и лице львово одесную четырем, и лице тельчее ошуюю четырем, и лице орлее четырем. И крила их простерты. (ibid. ст. 10. 11). 155 113 Здесь — мы знаем — изображается также душа, у которой четыре животных, т. е. четыре душевные качества; но (она изображается) не в том виде, в каком представляются те души, которые мы указали выше: те только еще развиваются и совершенствуются, а здесь изображается (душа), уже достигшая совершенства. Кроме того, те души (еще только) призываются на небо, а эта (уже) находится на небе вместе со Словом Божиим. (Эта душа) и имеет четыре чувства, именно такие, которые можно приравнять к облику человека, льва, тельца и орла. Под такими же образами — мы знаем — представлены и свойства Евангельских книг. И здесь, следовательно, точно так же под образами животных отпечатлена особенность душевного расположения. Образ человека указывает на мышление, образ льва — на силу, образ тельца — на похотливость, и образ орла — на прозорливость. В самом деле, греческие мудрецы говорили, что во всяком разумном муже имеется способность мышления (λογιστικόν), способность силы (θυμηθικόν), способность пожелания (ἐπιθυμητικόν), способность разумения (διορατικόν); латинские же (мудрецы признавали) благоразумие (prudentiam), мужество (fortitudinem), умеренность (temperantiam) и справедливость (justitiam). И действительно, благоразумие принадлежит человеческому разуму (rationis), мужество заключает в себе некоторую силу стойкости и презрение к смерти; умеренность, благодаря узам священной любви и созерцанию небесных таинств, презирает чувственные удовольствия; справедливость же, как бы стоящая на каком-то возвышенном месте, все видит и все исследует; она рождена скорее для других, чем для самой себя; она имеет в виду не столько свои выгоды, сколько общественные преуспеяния. И душа, упражняющаяся в справедливости, вполне заслуженно изображается в виде орла, потому что она, избегая всего земного и всецело воз- 156 вышаясь и стремясь к небесной тайне, ценою правды достигает славного воскресения. Поэтому и сказано ей: Обновится подобно орлу юность твоя (Псал. 102, 5). 115. Следовательно, и по словам Давида, душа находит себе точку опоры в духовных крыльях, и ввиду этого именно (Давид) пожелал назвать ее летающей птицей, почему в другом месте он и говорит: Душа наша, как птица избавилась от сети ловящих (Псал. 123, 7). И в другом месте (говорит еще): На Господа уповаю, как же вы говорите душе моей: улетай на гору как птица (Псал. 10, 2). Итак, душа имеет свои крылья, при помощи которых она свободно может подняться с земли. Способность же крыльев летать зависит в них не от материального сочетания перьев, а от поступательного устроения добрых дел, каковое и было (делом) Господа, по отношению к которому хорошо сказано: И в тени крыльев твоих я укроюсь (Псал. 56, 2). Действительно, страсти волнующегося мира укрощают, как бы прохладной тенью вечного спасения, не только руки Господни, пригвожденные ко кресту и распростертые наподобие крыльев птицы, но также и небесные деяния. 116. Так как нам дарована способность полета, то посему пусть каждый из нас призовет на себя благодать Божию и, забывая заднее, простираясь вперед, пусть стремится к достижению цели (Фил. 3. 13). Пусть он будет вдали от служебных почестей, от соблазнов мира, чтобы, — как рассказывается в баснях об Икаре —, растаявший от солнечного жара воск и (вследствие того) отвалившаяся крылья не прекратили его полета. Правда, эти сказания не представляют (ничего) действительного, однако поэтическим остроумием они хотели показать, что для обладающих зрелостью разума безопасен полет по миру, а юношеское легкомыслие, подверженное страстям мира, вследствие потери крыль- 157 ев и утраты добрых дел благодаря забвению истины, с великой опасностью для себя ниспадает на землю. 117. Не для всех легок полет; при взаимном несогласии внутренних зверей путь человеческой жизни даже труден. Но если течение наших деяний согласуется с самим собою, то пророк и в нас увидит то единое колесо на земле, которое было соединено с четырьмя животными. Итак, снова увидит Иезикииль; ведь он еще видит, и живет, и будет жить. Увидит, говорю, пророк в средине колеса колесо, беспрепятственно катящееся по земле (Иезекииля 1. 15. 16). Колесо же на земле — это телесная жизнь, приуготованная для духовного подвига и соответственным направлением приуроченная к Евангельским заповедям; колесо в средине колеса — это как бы жизнь внутри жизни; (это значит), что жизнь святых не находится в противоречии сама с собой: какой была она прежде, такой же останется и на будущее время; или — что то же в этой те лесной жизни раскрывается образ жизни вечной. 118. Когда именно эти (животные) будут согласны, между собой, тогда раздастся божественный голос, тогда над подобием престола явится подобие, — как бы облик человека (Иезек. 1, 26). Этот человек — Слово, потому что Слово стало плотию (Иоанн. 1, 14). Этот человек — усмиритель наших животных, исправитель наших нравов; Он, по мере наших заслуг, восходит обыкновенно или на колесницу, или на гору, или на корабль, но только на тот корабль, на котором или плавают апостолы, или ловит рыбу Петр (Лук. 5, 3 и след.). И тот корабль, который отводится на глубину (Мф. 17, 1), т. е. удаляется от маловерных, не есть обыкновенный корабль. Почему же, спрашивается, для восседания Христа и научения народа избирается корабль? Конечно потому, что кораблем является Церковь, которая на полных парусах креста Господня, 158 при дуновении Святого Духа, благополучно плавает в этом мире. 119. На этом корабле Петр ловит рыбу; и в одно время ему повелевается ловить сетями, а в другое удочкой. Великое таинство! Очевидно, существует духовная ловля рыбы, при которой повелевается ему забросить в суетный мир удочку учения, чтобы прежде всего извлечь из моря того мученика Стефана, который в сердце (in interioribus) содержал достояние Христово; в самом деле, мученик Христов — это сокровище Церкви. Итак, этот мученик, который первым взошел из моря на небо, — этот уловленный Петром служитель алтаря —, извлекается не сетями, но удочкой; дабы он был вознесен на небо потоком своей крови. В устах его, когда он исповедовал и говорил о Христе, заключалось богатство. Какое же богатство присуще нам, как не Слово Божие? Следовательно, более совершенный у Бога уловляет и сетями и удочкой; сетями он ловит, а удочкой зацепляет (adurat), но сетями уловляется множество, а удочкой выбирается один. О, если бы и мне можно было проглотить эту удочку с тем, чтобы она воспламенила уста мои и ценою легкой раны даровала мне спасение! Глава девятнадцатая. 120. Итак, дочери, войдите в апостольские сети, которые расставляются не по воле человеческой, а по слову Божию; сети же духовной мудрости и учения — это небесное царство, ибо написано: Подобно царство небесное неводу, закинутому в море (Матф. 13, 47). 121. Вы слышали сегодня, как говорит Господь Иисус Симону: Отплыви на глубину и закиньте сети свои для лова (Лук. 5, 4). Прежде Петр не отплывал на глубину, а ловил рыбу в стоячей воде. И это было море, однако не глубокое (там 159 же 5): глубокого моря Писание не знает. Узнай же, что это за глубина: вода глубокая — мудрость в сердце мужа (Притч. 18, 4). Глубокое сердце — это муж, в котором нет ничего низкого. Итак, отплыви на глубину размышления и возьми весла веры своей, отплыви в сердце мужа. Этой притчей (Господь) призывает в Церковь Петра, которого по Матфею Он призвал такими простыми словами: Идите, и Я вас сделаю ловцами человеков (Матф. 4, 19). 122. Есть и другой таинственный смысл (в выражении): Отплыви на глубину. Раньше, когда (Христос) находился в синагоге, Он стоял на песчаном берегу. Не глубока была вода иудейская. Самарянка даже и колодец считала глубоким, когда говорила: колодец глубок, откуда же ты хочешь дать воды живой (Иоан. 4, 11). Итак, Петр не мог отплыть на глубину, когда он был одной веры с иудеями, которые даже из колодца не могли почерпнуть воды. Поэтому и говорится Петру: отплыви на глубину, т. е. иди ко Христу; ведь Христос глубок, о Нем Отец так говорит Иоанну: И ты, младенец, наречешься пророком Всевышнего (Лук. 1, 76). Итак, плыви ко Христу. И прекрасна та глубина, в которой бездна богатства премудрости и ведения Божия (Римл. 11, 33). Плыви на глубину: Тот, Кто высок, назирает глубину и возвышает. 123. Следовательно, там глубокие воды, — т. е. вера, — где Христос. Глубокие воды — это те, которые боятся Господа: Видели Тебя, Боже, воды, видели Тебя воды и убоялись (Пс. 76, 17). У иудеев вода была не глубока, потому что она была не в сердце мужа. Поэтому Господь и говорит: Люди эти чтут меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня (Мф. 15, 8). Христос любит пребывать в сердце: Ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи (Мф. 12, 40). 124. Наконец, знай, что в словах: отплыви на 160 глубину — говорится о вере; Петр говорит: Наставник, мы трудились всю ночь, и ничего не поймали; но по слову Твоему я закину сеть (Лук. 5, 5). Ночь проводил Петр прежде, чем увидел Христа; для него не наставал еще день потому, что он не видел истинный свет. Синагога это ночь, а день Церковь. Поэтому и Павел говорит: Ночь прошла, а день приблизился (Римл. 13, 12). Прекрасен свет, который разогнал тьму неверия и даровал день веры. И Петр стал днем, и Павел стал днем; поэтому, сегодня, в день рождения их, Дух Святой и провозгласил такие слова: день дню отрыгает глагол (Пс. 18, 3), т. е.: они прославляют веру Христову от глубины своего сердца. Прекрасен и тот и другой из этих дней, потому что они оба отрыгнули (evomuit) нам истинный свет. 125. Так мы читаем в Евангелии; и, может быть, такая же беседа между Христом и Петром сегодня происходит на небе о нас. Петр ежедневно ловит рыбу, и ежедневно Господь говорит ему: отплыви на глубину. Мне представляется, что я слышу, как говорит Петр: Наставник, мы всю ночь трудились и ничего не поймали. Ночь прошла, и немногие бодрствовали. Когда и наша преданность Богу ослабевает, за нас трудится Петр, трудится также Павел. Ведь вы слышали, что он говорит сегодня: кто изнемогает, с кем бы я не изнемогал (2 Кор. 11, 29.)? Но не делайте так, чтобы за вас трудились апостолы. Вот (апостолы) говорят (Христу): всю ночь мы трудились и ничего не поймали. Ни один из богачей, конечно, не постился, и им прекрасно сегодня отвечает Петр: В страхе проводите время странствования вашего, зная, что не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною кровию, как бы непорочного и чистого агнца Христа Иисуса (1 Петр, 1, 18. 19). Итак, не золото и не серебро освободило вас; но испытанная вера, которая гораздо драгоценнее золота гибнущего. 161 126. Добрый раб старается уплатить тот долг Господину, который за него уже уплачен. И ты, дочь, не собирай ни золота, ни серебра: ведь не этими богатствами искупил тебя Христос. Пусть плата будет (у тебя) готова. Не постоянно она с тебя взыскивается, но всегда ты должна иметь ее. Он заплатил кровью, и ты должна (уплатить) кровью же. Он за тебя уплатил, а ты за себя возврати Ему. Мы заложены были за грехи злому заимодавцу; мы были связаны (как бы) распиской (chirographum) в своем преступлении, мы должны были (уплатить) кровью; но пришел Господь Иисус и принес за нас Свою (кровь); но ты не в состоянии возвратить Ему (уплату) кровью. 127. Хороший раб должен, конечно, уплатить свой долг Господину своему; если же он не может возвратить долга, то пусть, по крайней мере, поступает так, чтобы не оказаться недостойным (этого) дара (искупления). И ты поступай так, чтобы тебе быть достойной столь великой цены (искупления), чтобы очистивший и искупивший тебя Христос, пришедши и обретши тебя во грехах, не сказал тебе: Что пользы в крови моей (Пс. 29, 10)? Какая польза тебе, когда я снисхожу к тлению (in corruptionem)? 128. И ты не удивляйся тому, каким это образом мог снизойти к тлению Тот, тело Которого, как написано в другом месте (Деян. 2, 24 и след.), не увидело тления. Конечно, снисходил в место тления Тот, Кто проник в преисподнюю, однако, как нетленный, не воспринял тления. Глава двадцатая. 129. Снова возвращаюсь, с вашего позволения, к тому, что было изложено выше, и прошу вас: молитесь, чтобы и мне было сказано: Отплыви на глубину и закинь сети свои для лова. В самом деле, 162 кто же без (помощи) Бога может ловить этот народ, особенно когда препятствуют этому столь великие бури и волнения этого мира? Но коль скоро Господь пожелает, Он повелевает закидывать сети, и вот тогда-то изловляется множество рыб; не только одна, но и другая лодка тогда наполняется; много церквей тогда наполняется непорочной толпою (народа). И хорошо, что Господь знал, что мы будем трудиться, и подал нам помощь в лице сотоварищей (sociis). Вот находится при мне рыбарь церкви Бононской (Bononiensis), искусный в ловитве этого рода. Господи! Ты даровал нам помощников, подай же нам и рыб! 130. Впрочем, мы пользуемся не своими сетями, а апостольскими. В эти изгибы (сетей) и как бы в не котором роде убежища ваши для апостольских размышлений пусть собирается, дочери, ваша семья. Да оживотворит вас, дочери, Петр; если он ходатайствовал даже за вдовицу (Деян. 9, 39. 40), то тем более он будет ходатайствовать за деву! Он не мог более переносить плача вдовиц, был тронут их слезами и восставил (их) кормилицу. Пусть оживотворит вас Павел, который заповедал почитать вас (1 Тим. 5. 3), и который говорит: Хорошо им оставаться как и я (1 Кор. 7. 8), (Христос) привлекает вас наградами, поучает Своею проповедью и призывает примером (Мф. 4, 20 и след.). Пусть оживотворит вас тот, кто оставил всех своих и последовал за Господом; таким последователем и был Павел, а также — Иоанн. 131. Посмотри, какую же пользу извлек этот ловец. В то время, как он искал свою добычу в море, он нашел жизнь всех. Оставив челн, он обрел Бога; покинув весла, он нашел Слово; развернув парус, он укрепил веру; свернув сети, он возвысил людей; он презрел море и приобрел небо. Итак, этот рыбарь, носясь по волнам бурного моря, утвердил на скале 163 свои мысли, колеблющиеся благодаря своей неустойчивости. 132. Будем же чаще размышлять об искусстве рыболова, дабы совершеннее познать добродетель. (Иоанн) был ничтожным работником и стал славным евангелистом; он был неимущим бедняком и стал весьма богат добродетелью; он был бесславен и стал драгоценен по (своей) вере. Насколько мало вверяется рыболову, настолько много вверяется ему (теперь): ведь он говорит не свое, а Божие. Народная толпа повинуется ему; она оставляет надежду на мирскую мудрость и более стремится к мудрости духовной. Он, не изучавший закона, но знавший (все) законное, сам для себя является законом; он, не изучавший закона и рассуждающий сверх закона, получил (этот дар) от Того, от Кого пришел и самый закон (Римл. 2, 14. 15). 133. Какая неожиданная честь? На горе Господней (Мф. 17, 1 и след.) два рыбака поставляются, с одной стороны, рядом с законодателем и, с другой — с исполнителем (этого закона). Посмотрите же, каков этот рыболов! Моисей, изведавший все земное и глубину земной мудрости, мыслию (своею) вознесся даже до неба и звезд; мысль же этого рыбаря не затемняется облаками, не ограничивается временем, не останавливается на таинствах небесной природы, но, возвысившись над всей материальной природой, увидела Слово у Бога и узрела, что само это Слово было Бог (Иоан. 1, 1); (и мысль) Петра, при всей своей слабости плотского смотрения, однако не устрашилась, но даже в человеке познала Сына Божия (Мф. 16, ст. 17); так что восприятие плоти, сочетавшись с божественной природой (jus) воспринявшего, стало именем Творца1). _____________ 1) Assumptio corporis, ad jus divinitatis assumentis adscita, in nomen transiret auctoris. 164 134 И когда Моисей говорит: И сказал Бог……. и совершил Бог (Быт. I, ст. 3 и след.), то он указывает в данном случае на Отца и Сына: я еще до сих пор не знал, а он (уже) знал. И, действительно, после закона народ блуждал, после же Евангелия уверовал. Велика благость Божия, являемая в разнообразных делах. В одном — за то, что мир описал, а в другом за то, что мира (он) не познал.