Амвросий Медиоланский, свт. О девстве и браке (6)

49. Но Церковь побеждает противные силы не оружием мира сего, а оружием духовным, каковым является сила Божия, разрушающая преграды и гордыню духовной немощи (2 Кор. 10, 5). Поэтому и жажда Сисары удовлетворяется чашей молока, так как он побеждается разумом; в самом деле, что для нас полезно употреблять в пищу, то для противной силы является причиной смертельного расслабления. Оружие Церкви — вера, оружие Церкви — молитва: они побеждают врага. 50. Итак, по историческому сказанию, женщина была судьей, чтобы возбудить дух женщин; женщина управляла, женщина пророчествовала, женщина получила триумф и, смешавшись с рядами бойцов, заставила мужей подчиниться приказанию женщины. В таинственном же смысле победа Церкви — в силе веры. 51. Итак, вы, женщины, не имеете права извинять себя ссылкой на свою природу. Вы, вдовы, не имеете оснований ссылаться в оправдание своей неустойчивости на слабость пола или на потерю супружеской помощи. Для каждой из вас найдется достаточно (собственной) защиты, если только добродетель не оставила души (вашей). Да и самое постепенное увеличение количества лет жизни служит для вдовиц ограждением целомудрия; и самая скорбь о потерянном мѵже, упражнение в труде, забота о доме, попечение о детях обыкновенно удерживают 90 от вредной для целомудрия веселости; а печальный образ жизни, похоронная обстановка, постоянный плач и скорбь, отражающиеся в глубоких морщинах печального лица, заставляют поникнуть взоры наглых людей, погашают страсти, отвращают сладострастные взгляды. Хороший страж целомудрия — благочестная скорбь: тогда и грех не подкрадется, особенно если не прекратятся заботы. Глава девятая. 52. Итак, вдовицы, вы постигли, что для вас нет нужды в помощи со стороны природы; что вы в состоянии подать здравый совет; что не нуждалась в частной помощи та, которая обладала высшей степенью общественной власти. 53. Но, может быть, которая-нибудь из вас скажет, что вдовство, правда, легко для той, которая находится в благоприятных условиях; но при неблагоприятных обстоятельствах вдовы скоро портятся и легко погибают. Действительно, это так, опыт жизни научает нас, что радости жизни для вдов опасны более, чем скорби жизни; но ведь Писание в целом ряде примеров научает нас (1 Тим. 5, 16), что для слабых вдовиц обыкновенно не бывает недостатка в помощи; им скорее, чем прочим, подается (помощь), как человеческая, так и небесная в том случае, если они хорошо воспитывают своих сыновей и дают наставления своим зятьям. Когда теща Симона была одержима сильной горячкой, то Петр и Андрей обратились из-за нее с просьбой к Богу: Подошед к ней, Он запретил горячке, и оставила ее; она же тотчас встала и служила им (Луки 4, 38. 39). 54. Она была одержима, говорит (Евангелист), сильною горячкою, и просили Его о ней. И ты также имеешь близких, которые могут помолиться за тебя. Ты имеешь близких в лице апостолов, близ- 91 ких в лице мучеников, если только, при самом общении с мучениками в благочестии, ты приближаешься к ним также и дарами милосердия, ведь ближний есть тот, который творит дела милосердия. Совершай и ты дела милосердия и будешь близкий к Петру (Луки 10, 37). Не кровные связи, а родство по добродетели делает близкими; ибо мы живем не по плоти, но по духу. Посему, люби родство с Петром и близость к Андрею, чтобы они помолились за тебя, и страсти твои отступили бы от тебя. Побуждаемая Словом Божиим, ты, лежащая на земле, воспрянь немедленно и служи Христу. Наше ведь жительство на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя Господа Иисуса (Фил. 3, 20). Ведь никто не служит Христу лежа. Служи бедному, и тем послужишь Христу: ибо, говорит Христос, что вы сделали одному из сих, то мне сделали (Мф. 25, 40). Итак, вдовицы, если вы изберете таких зятьев, таких покровителей вашего потомства, таких ближних, то вы будете иметь себе помощников. 55. Итак, Петр и Андрей просили за вдовицу. О, если бы восстал кто-либо такой, который мог бы также скоро попросить и за нас, и во всяком случае вот эти Петр и Андрей, брат его, которые просили за тещу (Симона)! Если и тогда они могли умолить за родственницу, то тем более теперь могут помолиться и за нас и за всех. Вы, конечно, видите, что повинная великому преступлению, она даже менее способна к тому, чтобы молиться за себя и, конечно, добиться желаемого для себя. Вот почему она и должна обратиться к врачу чрез других молитвенников. В самом деле, больные не могут просить за себя, если к ним не будет приглашен врач по просьбе других. Тело у них слабо, ум страдает и связан оковами греха, а дряхлые ноги не могут двинуться к седалищу этого Врача. Мы должны просить за себя ангелов, 92 которые даны нам для защиты; мы должны обращаться с просьбою к мученикам, и благодаря некоторому телесному залогу, который от них существует у нас, мы, по-видимому, имеем право на их покровительство. Они, собственною кровью омывши те грехи, какие имели, могут просить и за наши грехи; ведь они — мученики Божии, наши молитвенники, стражи нашей жизни и наших деяний. И мы не должны стыдиться обращаться к этим посредникам нашей немощи, так как они сами познали немощи плоти, хотя, впрочем, и победили их. 56. Итак, теща Петра нашла тех, которые могли за нее попросить. И ты, вдовица, найдешь таких, которые могут за тебя помолиться, если только ты, как истинная и одинокая вдовица, будешь уповать на Бога, будешь неотступно просить и пребывать в молитвах, будешь изнурять тело свое и тем как бы ежедневно умирать, дабы чрез смерть снова ожить; если ты будешь избегать веселая затем, чтобы и в болезни быть здоровой: ибо сластолюбивая заживо умерла (1 Тим. 5, 5. 6). 57 Отнят у тебя предлог выходить замуж; ты имеешь заступников за себя. Не говори: я покинута. Это жалоба той, которая стремится выйти замуж. Не говори: я одинока. Целомудрие ищет одиночества: целомудрие стремится в уединение, и только нецеломудренная стремится в собрания. Конечно, ты имеешь занятие, но ты имеешь также и посредника. Ты боишься врага, но пред судьей Господь является защитником твоим, со словами: Судите сиру и оправдите вдовицу (Ис. 1, 17). 58. Вот ты желаешь иметь попечение об отцовском наследстве. И наследство более к лицу целомудрию, им вдова распоряжается лучше, чем замужняя. Провинился раб — прости ему: лучше перенести ошибку другого, чем допустить свою. Вот ты желаешь выйти замуж. Допустим. Простое же- 93 лание еще не заслуживает осуждения. Я даже не спрашиваю о причине: зачем же ее выдумывать? Если, по твоему мнению, она достойна уважения, то открой ее; если же она неприлична, то умолчи. Не ропщи только на Бога, не ропщи на родственников, что у тебя нет защитников. О, если бы у тебя не было самого желания! И не говори, что ты заботишься о детях, у которых ты (в случае выхода замуж) отнимаешь мать. 59. Бывает так, что по (семейным) обстоятельствам (выйти замуж) можно, и только по летам нельзя. Но и тогда к чему устраивать свадьбы матерей во время свадеб дочерей, а большею частью после них. К чему взрослой дочери научаться стыдиться жениха своей матери прежде, чем своего? Признаюсь, мы советовали тебе переменить одежду, но не для того, чтобы надеть брачное покрывало; (мы советовали), чтобы ты возвратилась от могилы (мужа) не для того, чтобы устроить себе брачное ложе. Чего ты, новобрачная, желаешь себе, после зятьев? Как непристойно иметь детей моложе внуков! Глава десятая. 60. Но возвратимся к предположенному, и, страдая от ран грехов своих, не будем уклоняться от Врача, и, излечивая чужие раны, не будем увеличивать своих. Итак, пусть обращаются с прошениями к этому Врачу. Не бойся, что велик Господь и что Он, может быть, не удостоит прийти к больной: нет, Он часто приходит к нам с неба. Не только богатых, но и бедных, и даже слуг у бедных людей обыкновенно посещает Он. Приходит Он и теперь по просьбе к теще Петра, и подошед к ней, Он запретил горячке, и оставила ее. Она тотчас встала и служила им (Лук. 4, 39). (Это) чувство почтения (в ней) достойно, сколь- 94 ко упоминания, столько же и желания (подражать ему), и даже в каждом отдельном случае достойно Господней милости. И деяния (Господни) достойны удивления. Он не гнушается посещать вдовиц и входить в тесную внутренность бедной хижины. Он повелевает как Бог, посещает как человек. 61. Благодаря Евангелию и мы, не видев собственными глазами пришествия Христа в этот мир, но читая о Его деяниях, являемся как бы присутствующими при этом. Те, к которым приходил Христос, проникались верой в Него; Он может прийти и к нам, если только мы будем веровать в Его деяния. 62. Смотри, какие средства для исцеления употребляет Он? Он запрещает лихорадке, запрещает нечистым духам, а на иного Сам возлагает руки. Итак, не только словом, но также и прикосновением Он обыкновенно исцеляет больных. Посему и ты, разжигаемая разнообразными мирскими страстями, прельщающаяся или наружностью какого-либо мужчины, или деньгами, обратись с прошением ко Христу, призови Врача, протяни к Нему свор правую руку, пусть рука Божия касается твоих внутренностей, пусть благодать небесного Слова внимательно осмотрит внутреннее настроение души твоей, и десница Божия пусть прикоснется к тайникам (твоего) сердца. Чтобы даровать зрение, Творец всяческих у некоторых мажет глаза брением (Иоан. 9, 6. 7), и этим научает, что мы должны помнить о своей природе и познавать бренность (своего) тела. В самом деле, никто так хорошо не может созерцать божественные вещи, кроме того, который оказывается в состоянии проникнуться сознанием своего ничтожества. Иному отдается приказание показаться священнику затем, чтобы ему навсегда иметь возможность освободиться от струпьев проказы (Лук. 5, 14). Ведь один только тот может сохранить 95 чистоту своего ума и сердца, кто умеет показывать себя тому Священнику, Которого мы приобрели в качестве ходатая о грехах наших, — Тому, Которому сказано: Ты иерей во век по чину Мелхиседекову (Пс. 109, 4). 63. И не бойся, что как-нибудь замедлится исцеление. Не бывает препятствий для того, кто получает исцеление от Христа. И настоятельно необходимо, чтобы ты употребила то лекарство, которое получила; ведь лишь только Он дает повеление, как слепой уже сидит, расслабленный ходит, немой говорит, глухой слышит, страдающий горячкой начинает служить, лунатик освобождается (от своей болезни). Поэтому и ты, если изнемогаешь от непристойной страсти к чему-либо, умоляй Господа, обнаружь веру — и не бойся, что встретишь какое-либо замедление. Где есть молитва, там присутствуем и Слово, там страсть отбегает и похоть исчезает. Не страшись, что ты подвергнешься гневу за исповедание; напротив, еще более проникнись надеждою: ты, которая прежде страдала болезнью невоздержного тела, начнешь служить Христу. 64. Вот и в данном случае у тещи Петровой можно усмотреть тот пламенный порыв воли, от которого она восприяла в себя как бы семя будущего потомства. Ведь у каждого человека его собственная воля есть виновница потомства. От воли рождается и мудрость, которую мудрец приобретает себе в супружество, говоря так: я предположил взять ее себе в супружество (Прем. 8, 2). Итак, та воля, которая, будучи обуреваема горением различных страстей, первоначально была слаба, потом чрез служение апостольское восстала уже твердой для служения Христу. 65. Вместе с тем показывается, каков должен быть служитель Христа; он должен прежде всего не иметь склонности к различным страстям, избегать внутренней немощи души и тела, чтобы иметь 96 возможность совершать тело и кровь Христовы (ut corpus et sanguinem Christi ministret). В самом деле, болеющий своими грехами и совсем нездоровый человек не может приготовлять средства к бессмертной жизни. Смотри, что совершаешь, священник: не касайся тела Христова рукой, страдающей лихорадкой. Наперед позаботься о том, чтобы можно было тебе служить. Если и тем чистым, которые были раньше прокаженными, Христос повелевает явиться к священникам (Лук. 17, 14), то насколько более чистым должен быть сам священник! Следовательно, эта вдовица пусть не считает для себя оскорбительным то, что я не пощадил ее, так как я и сам себя не щажу. 66. Итак, теща Петра, — говорит, — встала и служила им (Лук. 4, 39). И хорошо, что встала; она ведь послужила образом освящения апостольскою благодатью. Надлежит также и служителям Христа быть бдительными согласно тому, что написано. Встань спящий и воскресни из мертвых (Ефес. 5, 14). Глава одиннадцатая. 67. Итак, мы говорим, что вдовицы, которые обыкновенно сами раздают, не нуждаются в средствах: они, во время величайших опасностей часто сами спасавшие войска мужей, не нуждаются в помощи; тем более, что они обычно легко снискивают себе также и родственные услуги или со стороны зятьев или со стороны близких родственников; им даже скорее оказывается и божественное милосердие. Поэтому, когда не представляется достаточно причин выйти замуж, то не должно и стремиться (к этому). 68. Впрочем, мы высказываем это в виде совета и не предписываем, как заповедь; мы (скорее) убеждаем вдову, а не связываем ее. В самом деле, мы не ставим препятствий второму браку, 97 но в то же время не даем и совета на него. Ведь иное дело рассуждение о слабости и иное дело красота целомудрия. Скажу более: мы не препятствуем второму браку, но не одобряем и частого повторения их; ибо не все то полезно, что позволительно: Все мне позволительно, но не все полезно (1 Кор. 6, 12). И вино можно пить, но очень много (пить) не следует. 69. Итак, выходить замуж позволительно, но лучше воздерживаться, ибо брак налагает оковы. Вы желаете знать, что это за оковы? Мужатая жена, живу мужу, привязана есть законом: аще ли же умрет муж ее, разрешится от закона мужескаго (Рим. 7, 2). Итак, показано, что брак — это оковы, которыми женщина связывается и сокрушается. Хороша приятность взаимной любви, но больше ее — рабство. Жена ведь не властна над своим телом, но муж (1 Кор. 7, 4). А чтобы тебе не могло показаться, что это рабство зависит собственно не от супружества, а от пола (далее еще прибавлено): равно и муж не властен над своим телом, но жена. Итак, вот сколь велика неволя (necessitas) супружества, коль скоро оно подчиняет другому даже более сильного! Действительно, в силу взаимной принудительности (супруги) находятся друг у друга в рабстве. И при этом воздержному нельзя даже освободиться от ярма (рабства), потому что он должен удовлетворять невоздержание другого. (Дорогою) ценою, — сказано, — вы куплены; не делайтесь рабами людей (там же ст. 23). Вы видите, как ясно определено супружеское рабство. Не я говорю это, а апостол, да и не он, а Христос, говоривший чрез него. И без сомнения, это рабство определил апостол по отношению к хорошим супругам. Ибо раньше сказано следующее: неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим (там же ст. 14). И ниже: Если же неверующий хочет развестись, пусть разводится. Брат или сестра в таких (случаях) не обязаны рабством (там же ст. 15). 98 Итак, если уже хороший брак — рабство, то что же тогда (представляет из себя) дурной брак; в этом случае супруги не могут взаимно освящать (sanctificare) друг друга, а только погубить. 70. Но склоняя вдовиц к дарам (ad gratiam) добродетели, мы также и замужних призываем исполнять церковную дисциплину; ибо Церковь образуется из всех. Хотя она и стадо Христово, однако одни (в нем) питаются кормом на пастбище, а другие еще до сих пор молоком. Эти вот люди и должны остерегаться тех волков, которые, скрываясь в овечьей шкуре, показывают вид воздержания, на самом же деле склоняют к гнусной невоздержности. И в действительности они собственно знают, что бремя целомудрия тяжко, и потому-то они требуют от других сверх меры, тогда как сами и пальцем дотронуться до него не умеют, не могут исполнить и самого обыкновенного, и падают даже под меньшею ношею. В самом деле, величина тяжести должна быть соразмерна с силами носильщика; иначе наложенный груз, вследствие недостатка сил у носильщика, упадет; точно так же и более твердая пища производит в горле детей удушение. 71. Толпа носильщиков не по силам меньшинства ценится, и на более сильных в виду слабости некоторых не наваливается тяжести больше; напротив, для каждого допускается брать тяжести столько, сколько он пожелает, и только преизбытком его сил обусловливается прибавка вознаграждения. Точно так же и на женщин нельзя набрасывать петлю, бремя более сурового воздержания не нужно налагать на них сверх сил; напротив, следует предоставлять каждой взвешивать свои силы, так чтобы она в этом случае руководилась не каким-либо авторитетом постановлений, а вызывала себя (на подвиг) сообразно с избытком (дарованной ей) благодати (gratiae). Вот почему за различ- 99 ныя добродетели назначена и различная награда. И ни одна (добродетель) не порицается в целях прославления другой. Напротив, все добродетели восхваляются, и только тем (добродетелям), которые лучше, отдается предпочтение. Глава двенадцатая. 72. Итак, брак честен, но безбрачие достопочтеннее, ибо выдающий замуж свою девицу хорошо делает, а не выдающий поступает лучше (1 Кор. 7, 38). А что хорошо, того не следует избегать; что же лучше, тому должно отдавать предпочтение. Итак, (безбрачие) не налагается (imponitur), а предпочитается (praeponitur). Поэтому и апостол прекрасно сказал: Относительно девиц я не имею повеления Господня, а даю совет (там же ст. 25). И в самом деле, заповедь дается подчиненным, а совет друзьям. Где заповедь — там закон; где совет — там благодать (gratia). Заповедь существует для того, чтобы возвратить (человека) к природе (ad naturam), совет же — для того, чтобы призвать его к благодати (ad gratiam). Поэтому, для иудеев был дан закон, благодать же была соблюдена для избранных. Закон (существует) для того, чтобы уклонившихся от пределов природы по увлечению (studio) преступлением отвлечь к сохранению природы страхом наказания; благодать же (дана) для того, чтобы избранных можно было призвать, как при помощи влечения (studio) их к добру, так и при посредстве обещанных наград. 73. Вот тебе разница между повелением (praecepti) и советом (consilii), особенно если ты припомнишь того, которому в Евангелии сначала заповедуется (Мф. 19, 18 и след.) не убивать, не прелюбодействовать, не лжесвидетельствовать. В самом деле, там уже — повеление, где есть наказание за грех. И вот когда (юноша) напомнил, что он испол- 100 продать и следовать за Господом; и именно это ему не приказывалось в форме повеления, а только предлагалось в качестве совета. Собственно существуют две формы повеления: форма приказания (praeceptiva) и форма предложения (voluntaria). Поэтому и Господь в одном случае говорит: не убий, — здесь Он повелевает безусловно; а в другом выражается так: если хочешь быть совершенным, продай все имение твое. Следовательно, свободен от (выполнения) заповеди тот, кому предоставляется свобода выбора. 74. Итак те, которые исполнили заповедь, могут сказать: мы рабы, ничего не стоящие, потому что мы сделали то, что должны были сделать (Лук. 17, 10). Но девственница этого не говорит, не говорит этого и продавший имение свое: он ждет себе как бы особенной награды, подобно апостолу, который сказал: Вот мы оставили все и последовали за Тобой: что же будет нам (Мф. 19, 27)? Ясно сознавая в себе веру и добродетель и не обращая внимания на свои заслуги, он ожидает себе награды не как непотребный раб, говоривший, что он все исполнил, что должен был сделать, но как тот полезный для господина раб, который вверенные ему таланты увеличил приобретенными процентами. Вот «почему вместе с другими ему было сказано: Вы, последовавшие за Мною, в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на престоле славы своей, сядете и на двенадцати престолах судить колена Израилевы (там же ст. 28). Напротив, тому, кто только сохранил таланты, Он хотя и обещает награду, но меньшую; Он говорит: так как в малом ты был верен, над многим тебя поставлю (Мф. 25, 21). Итак, верность ставится в обязанность, а милосердие признается заслуживающим награды. Кто вполне поверил, тот заслужил того, что и ему поверили; кто доставил (господину) выгоду, потому что не искал своей выгоды, тот достиг небесного. 101 Глава тринадцатая. 75. Вот почему, таким образом, дается не повеление, а совет; относительно чистоты (castitatis) дается повеление, относительно же целомудрия (integritatis) совет: не все вмещают слово сие, но кому дано. Ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так (Мф. 19, 11. 12); у этих людей нет добродетели чистоты (castitatis), но только необходимость природы. И есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами, разумеется: по желанию, а не по необходимости. И есть скопцы, которые оскоплены от людей. И потому-то велик в них дар (gratia) воздержания; именно потому, что воля образует в них воздержание, а не слабость. Действительно, приличествует сохранять дар божественного действия целомудренным. И, может быть, для них-то и является делом немаловажным то, что они (после оскопления) уже не находятся во власти телесных падений; правда, у них отнят победный венок за борьбу с необходимыми приступами плотских вожделений, но у них отнята также и причина, производящая опасность (падений); правда, они не могут быть увенчанными, но они не могут, по крайней мере, оказаться побежденными. Они обладают к тому же другими видами добродетелей, которыми должны себя заявить, именно — если у них будет твердая вера, изобилующая милосердием, чуждая корыстолюбия, исполненная милости. Да в них собственно и виновности-то нет никакой, потому что они сделались (скопцами) по неведению. 76. Не таково положение тех, которые сами прибегают к помощи оружия для своего оскопления, от чего мы благоразумно уклонились; и в самом деле, есть такие, которые считают добродетелью, если они обуздывают порок помощью железа. О таковых мы не желаем высказывать нашего мнения: ведь на 102 этот счет существуют постановления отцов; но пусть они, по крайней мере, поразмыслят, не совершают ли они это оскопление во исповедание своей слабости, и отнюдь не в прославление (своей) твердости. Итак, никто, тогда, не должен сражаться в тех видах, чтобы не оказаться когда-либо побежденным; не должен пользоваться услугами своих ног тот, кто боится подвергнуться опасности во время ходьбы; не должен также обращаться к услугам глаз и тот, кто боится пасть грехом вожделения. И что за польза отрезывать плоть, когда и в самом взгляде уже может заключаться преступление? Ведь и кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5, 28). Равным образом, и смотрящая на мужчину с вожделением уже прелюбодействует. Словом, нам следует быть чистыми, а не слабыми; следует иметь очи стыдливые, а не лишенные способности видеть. 77. Итак, никто, согласно мнению большинства, не должен оскоплять себя, а должен лучше побеждать: ведь Церковь принимает победителей, а не побежденных. Впрочем, зачем мне приводить доказательства, когда существует апостольская заповедь? Вот что написано: «О если бы были отсечены те, которые желают обрезать вас» (Гал. 5, 12)! Зачем, в самом деле, лишать человека возможности одержать победу и проявить добродетель; ведь он родился для похвалы, был уготован для победы и может скорее оскопить себя подвигами духа? Ибо есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для царства небесного (Mф. 19, 12). 78. Однако и это не всем повелевается, но только от всех требуется. В самом деле, тот, кто дает заповеди, всегда должен сохранять меру в своих решениях; и тот, кто распределяет труд, должен следить за равномерностью распределения; ибо неверные весы — мерзость пред Господом (Притч. 103 11, 1). Бывает, следовательно, вес меньше и вес больше, но ни тем, ни другим Церковь не руководствуется: вес велик и мал, и мера сугуба, нечиста пред Господом обоя (Притч. 20, 10). Существуют обязанности, которые распределяются мудростью и притом распределяются так, что принимаются во внимание и подвиг, и силы каждого в отдельности. Поэтому-то (Писание) и говорит: кто может вместить, да вместит (Мф. 19, 12). 79. В самом деле, Создатель всяческих знает, что у каждого свое особое душевное состояние; поэтому-то призвание к добродетели Он и соединил с обещанием наград, и слабых не связал оковами. Знает об этом и учитель языков (Римл. 7, 23 и след.), этот добрый кормчий наших нравов и как бы некий управитель наших душевных настроений, который на самом себе познал, что закон плоти противовоюет закону ума, и что тем не менее этот закон уступил (место) благодати Христа; этот учитель языков, говорю я, знает о противодействии различных искушений мысли; и потому, с одной стороны, он не старается настолько сильно побудить к целомудрию, чтобы уничтожить совсем дары (gratiam) брака; а с другой, не превозносит и брак настолько, чтобы уничтожить ревность (studia) к целомудрию. Напротив, начав с увещания о воздержании, он переходит затем к указанию средств, врачующих невоздержание; указав более сильным на награду за высшее призвание, он допустил, однако, что кто-нибудь может и ослабеть на пути (подвига); первых он одобряет, но так, что не презирает и остальных; ведь он и сам знал, что даже Господь Иисус одним предлагал ячменный хлеб, чтобы они не ослабели в пути (Иоан. 6, 5 и след.), а другим свое тело (Мф. 26, 26), чтобы они достигли царства (небесного). 80. И Сам Господь не положил заповеди, а возбуждал только свободную волю (к подвигу); 104 и апостол точно так же не установил заповеди, а дал только совет (1 Кор. 7, 25). И это не человеческий совет — соразмеряться с человеческими силами; (апостол) исповедует, что в нем заложен дар божественного милосердия, и что он с достоверностью познал первое1) предпочитать (praeferre), а второе2) постановлять (disponere). Вот почему он и говорит: признаю, а не предписываю; но признаю за лучшее по настоящей нужде (там же ст. 26). 81. Итак, не должно избегать брачного союза, как преступления, но в то же время нужно уклоняться от него, как от необходимого бремени. В самом деле, закон определил, чтобы жена в болезнях и печалях рождала детей, и чтобы было у ней обращение к мужу, так как он самый и есть господин над ней (Быт. 3, 16), Итак, на труды и болезни при рождении детей обрекается замужняя женщина, а не вдовица; и владычеству мужа подвергается одна только состоящая в браке, а не девица. От всего этого девица свободна; она любовь свою посвятила Слову Божию, она с факелами, т. е. с зажженным светильником своей доброй воли, ожидает благословенного Жениха (Мф. 25, 4). Вот почему она и призывается в форме советов, и не связывается оковами. Глава четырнадцатая. Но и вдова получает не повеление, а совет; совет же был дан не один раз, а был повторяем часто. И в самом деле, в первый раз (апостол) сказал: хорошо не касаться женщины (1 Кор. 7, 1); и во второй раз: желаю, чтобы все люди были, как и я (там же ст. 7); и в третий раз: благо им, если они будут пребывать, как и я (там _______________ 1) т. е. безбрачие. 2) т. е. брак. 105 же, ст. 8); и в четвертый раз: хорошо по настоящей нужде (там же, ст. 26); следовательно, по его словам, и это угодно Богу, и то почтенно. В конце же (апостол) высказал, что устойчивость в вдовстве есть состояние святое (beatiorem), и что это согласно не только с его мнением, но и с Духом Божиим. Итак, ужели какая-нибудь (из вдовиц) откажется от щедрот этого советника, который предоставляет воле свободу, и советует другим то, что он признает полезным на основании собственного опыта, — он, который не легок для понимания, но и не гнушается быть равным (нам)? Ужели какая-нибудь (вдовица) не пожелает стать святой и телом и духом, коль скоро и награда может превышать труд, дар (gratia) — потребности пользования, а плата — работу? 83. И я говорю это не для того, чтобы наложить петлю (безбрачия) на всех остальных, а для того, чтобы мне, трудящемуся на порученной мне ниве Церкви (Христовой), можно было узреть ее плодородие, как она-то украшается цветами целомудрия, то обогащается подвигами вдовства, то изобилует плодами брака. Правда, эти плоды различны, но они все же плоды с одного поля: (на нем) лилий садовых не столь много, сколько стеблей жатвенных и колосьев нивы, и притом большая часть полевых пространств отведена для семенных посевов, а не для парового отдыха, наступающего по снятии плодов. 84. Итак, хорошо вдовство, которое так много восхваляется в учении апостола; в самом деле, оно является наставницей веры и учительницей целомудрия. Вот почему и те, которые чтят прелюбодеяние и бесчестные поступки своих богов, за холостую жизнь и вдовство назначили наказания,— это затем, чтобы, ревнуя о преступлениях, им можно было наказать ревность к добродетельной жизни, конечно, под видом того, что они будто 106 бы желают (увеличить) плодовитость, на самом же деле потому, что стремятся искоренить обеты целомудрия. Но ведь и воин, окончив поход, складывает оружие и, оставив службу, которую он нес, отпускается в качестве ветерана в родную деревню, чтобы ему и самому можно было найти отдых от трудов утомительной жизни и чтобы других, чрез возбуждение в них надежды на будущий отдых, сделать более усердными к исполнению лежащих на них обязанностей. Точно так же и земледелец, достигши более зрелого возраста, передает ручку плуга другим, а сам, утомленный «трудом в молодые годы, предается заботам старческой предусмотрительности: еще способный подстригать виноградные лозы, но уже не выдавливать из них виноградный сок, он с целью уменьшить молодую пышную растительность, подрезывает бурную поросль косой, и этим научает, что даже и от виноградной лозы нужно требовать некоторой целомудренной умеренности в производстве плодов. 85. Подобна этому (земледельцу) и вдова; она, состарившись, как бы заслужила себе награду целомудрия; впрочем, она, хотя и слагает при этом оружие брака, но однако заправляет еще миром всего дома; она, хотя и свободна от ношения бремени, однако еще заботится о вступающих в брак детях; со старческой опытностью она распределяет, какое возделывание полезнее, где плоды могут быть обильнее и как их можно подвязать удобнее. Итак, если поля поручаются более зрелым людям, а не молодым, то почему же ты считаешь замужнюю (женщину) более полезной, нежели вдову? И хотя были гонители веры и даже гонители вдовиц, но последователям веры (Христовой) во всяком случае не должно из боязни наказания избегать вдовства; напротив, им должно содержать его в виду награды (за него). 107 Глава пятнадцатая. 86. Но, может быть, некоторым кажется необходимым повторить брак для того, чтобы приобрести детей. Допустим, желание иметь детей служит поводом к замужеству; но там, где дети уже имеются, этот повод совершенно не служит достаточным основанием. Да и в случае неимения детей, что лучше советовать: то ли, чтобы вдова пожелала снова добиваться чревоношения, которое она так бесплодно испытала, или же то, чтобы она прониклась желанием примириться с тем сиротством, которое и ты переносишь? Вот в каком виде представляется повод к вторичному замужеству для тех, которые не имеют детей. 87. В самом деле, неужели и той, которая имела и потеряла детей (ведь самое сильное стремление к замужеству бывает у той, которая питает надежду на чадорождение), — неужели, говорю я, не кажется ей, что во время самого заключения второго брачного союза она как бы совершает похороны (своих) потерянных детей? Неужели она, вторично намереваясь испытать то, что она уже испытала, не чувствует трепет, имея в виду хотя бы могилы своих обетов, образы понесенных ею потерь детей, звуки плача? А когда она проводит ночь при свете зажженных факелов, то неужели не приходит ей на мысль, что она приготовила собственно шествие похоронной процессии, а не спальный чертог? Словом, к чему тебе, дочь, снова домогаться тех скорбей, которых ты страшишься; а ты к ним стремишься собственно даже больше, чем к приобретению детей, на которых уже не питаешь надежды? Если скорбь тяжка, то следует даже избегать повода к ней, а не искать ее. 88. А какой совет подам тебе, имеющая детей? Какая у тебя причина к замужеству? Может быть, к нему побуждают (тебя) легкомысленное 108 заблуждение, невоздержность и чувство влюбленного сердца? Но ведь совет дается трезвым, а не опьяненным; поэтому и моя речь обращается к чистому чувству той, у которой не повреждено ни то, ни другое1). Влюбленной нужно лекарство, и только достопочтенной (вдовице) можно подавать совет. Что ты, дочь, говорю я, замышляешь? Для чего ты ищешь посторонних наследников, тогда как ты уже имеешь своих? Ты вожделеешь не сыновей, которых имеешь, а рабства, от которого свободна. Действительно, вот настоящее рабство для той, в которой (теплится) еще неостывшая любовь2), которую, как залог нерастленного девства, собственно питает только юность, исполненная святой невинности и прелести; вот рабство в ее состоянии, когда возможны и тяжкое оскорбление, и слишком подозрительная надменность, когда и согласие-то бывает сравнительно редко, так как его уже не поддерживает в данном случае годами приобретенная любовь и постепенно расцветающая красота. Тяжка любовь, когда ты боишься любить своих детей, стыдишься взглянуть на них; и вот здесь-то именно и зарождается повод к несогласию, при возникновении которого взаимная любовь обыкновенно смягчает чувства родителей. Ты хочешь рождать детей, которые будут не братьями для твоих сыновей, а врагами. Да что, собственно, значит рождать новых детей, как не обделять тех, которых ты уже имеешь? У них в одно и то же время отнимаются и долг любви, и сбереженные средства. 89. Божественный закон связал супругов между собою небесным авторитетом, но нелегко сохранить взаимную любовь. Бог взял ребро у мужа и создал жену, чтобы соединить их взаимно, сказав: И будут два в плоть едину (Быт. 2, 24). _______________ 1) т.е. чувство и сердце. 2) разумеется любовь к первому супругу. 109 Но это он сказал не о втором браке, а о первом; и, действительно, Ева не имела второго мужа так же, как и святая Церковь не познала второго мужа: тайна сия велика по отношению ко Христу и к Церкви (Ефес. 5, 32), вот почему и нужно ее соблюдать. И Исаак также не знал другой жены, кроме Ревекки (Быт. 24, 67), и отца своего Авраама он похоронил не с иной какой-либо, а именно с женой его Саррою (Быт. 25, 10). 90. Святая Рахиль была скорее таинственным прообразом, чем примером брака (Быт. 29, 28 и след.), однако и в ней мы имеем нечто такое, что может относиться к дару (gratiam) перваго брака: (Иаков) более любил ту, которую прежде избрал (себе) невестой; обман не охладил его чувства, и наступление брака1) не охладило любви к невесте2). Итак, святой патриарх научает нас, с каким уважением мы должны относиться к первому браку, коль скоро и он сам придавал такое большое значение первой брачной помолвке. — Итак, будьте осторожны, дочери, и не оказывайтесь бессильными в сохранении даров (первого) брака; не увеличивайте (своих) печалей. _______________ 1) с Лией. 2) т.е. к Рахили.