ГЛАВНАЯ | | ВХОД ПРИВЕТСТВУЕМ ВАС Гость | RSS
HIPERINFO MENU
БАННЕРЫ
СОЗДАНИЕ БАННЕРОВ


ВСЕХ ВИДОВ И ТИПОВ
ОТ ПРИМИТИВА
ДО ЭКСКЛЮЗИВА
СТРОИТЕЛЬСТВО


































 НОМИНАЦИЯ 
"СТРОИТЕЛЬСТВО"
 
| СТРОИТЕЛЬСТВО | СТРОЙКА | МОНТАЖНЫЕ | ДЕМОНТАЖНЫЕ | КЛИНИНГ | РАБОТЫ | ИНСТРУМЕНТ | МАТЕРИАЛЫ | ЛАНДШАФТ | СТРОЙМАТЕРИАЛЫ | ОБОРУДОВАНИЕ | СТОЛЯРНЫЕ | СТЕКЛО | САНТЕХНИКА | АРХИТЕКТУРА | ДИЗАЙН | КОМПАНИЯ | ФИРМА | БРИГАДА | МАСТЕР | СРО | ВЫВОЗ | МУСОР | ПРОРАБ | ПЕРЕПЛАНИРОВКА | ПРОЕКТНЫЕ | ЦЕНЫ | РАСЦЕНКИ | ПРАЙС | МАГАЗИНЫ | ЭЛЕКТРОМОНТАЖНЫЕ | РЕМОНТНЫЕ | ОТДЕЛКА | СРУБЫ | ДОМА | БАНИ | КОЛОДЕЦ | СВЕТИЛЬНИКИ | ШТОРЫ | КОРИДОР | ТУАЛЕТ | ПРИХОЖАЯ | ЗАЛ | ПЛИТКА | ОЦИЛИНДРОВАННОЕ | БРЕВНО | КЛЕЕНЫЙ | БРУС | КИРПИЧ | БЛОК | КАРКАСНЫЕ | БЕТОННЫЕ | КУХНЯ | ГИПСОКАРТОН | ШТУКАТУРНЫЕ | МАЛЯРНЫЕ | ОБЛИЦОВКА | ВЫСОТНЫЕ | БАЛКОНЫ | ЛОДЖИИ | КАМИНЫ | ВАННАЯ | САНУЗЕЛ | ОКНА | ДВЕРИ | ДИЗАЙН ИНТЕРЬЕРА | ПОТОЛКИ | ПОЛЫ | ФАСАД | ОХРАННЫЕ | СТЕНЫ | ГРУЗЧИКИ | ПОДСОБНИКИ | РАЗНОРАБОЧИЕ | ИНФРАСТРУКТУРА | КОПКА | КЕРАМИКА | ИЗОЛЯЦИЯ | ОБОИ | ОТДЕЛОЧНИК | ЭЛЕКТРИК | САНТЕХНИК | ПЛИТОЧНИК | ПЛОТНИК | ПРОЕКТЫ | ДАЧИ | ФУНДАМЕНТ | КАМЕНЬ | СТИЛЬ | МЕБЕЛЬ | ЗАБОР | ВОРОТА | БРИГАДИР | СМЕТА |
 
ПОЭЗИЯ


 НОМИНАЦИЯ 
ДЛЯ РЕФЕРАТОВ

Жизнь / Рождение / Смерть / Пространство / Место / Материя / Время / Настоящее / Будущее / Прошлое / Содержание / Форма / Сущность / Явление / Движение / Становление / Абсолютное / Относительное / Абстрактное / Конкретное / Общее / Единичное / Особенное / Вещь / Возможность / Действительность / Знак / Знание / Сознание / Означаемое / ОзначающееИскусственное / Естественное / Качество / Количество / Мера / Необходимое / Случайное / Объект / Субъект / Самость / Человек / Животное / Индивид / Личность / Общество / Социальное / Предмет / Атрибут / Положение / Состояние / Действие / Претерпевание / Понятие / Определение / Центр / Периферия / Вера / Атеизм / Априорное / Апостериорное / Агент / Пациент / Трансцендентное / Трансцендентальное / Экзистенциальное / Добро / Зло / Моральное / Нравственность / Прекрасное / Безобразное / Адекватное / Противоположное / Разумное / Безумное / Целесообразное / Авантюрное / Рациональное / Иррациональное / Здоровье / Болезнь / Божественное / Дьявольское / Чувственное / Рассудочное / Истинное / Ложное / Власть / Зависимость / Миролюбие / Конфликт / Воля / Потребность / Восприятие / Влияние / Идея / Философия / Гармония / Хаос / Причина / Следствие / Игра / Реальное / Вид / Род / Внутреннее / Внешнее / Инструмент / Использование / Цель / Средство / Модель / Интерпретация / Информация / Носитель / Ирония / Правда / История / Миф / Основание / Надстройка / Культура / Вульгарность / Либидо / Апатия / Любовь / Ненависть / Цинизм / Надежда / Нигилизм / Наказание / Поощрение / Научность / Оккультизм / Детерминизм / Окказионализм / Опыт / Дилетантизм / Отражение / Этика / Парадигма / Вариант / Поверхность / Глубина / Понимание / Неведение / Предопределение / Авантюра / Свобода / Зависимость / Смысл / Значение / Структура / Материал / Субстанция / Акциденция / Творчество / Репродукция / Теория / Практика / Тождество / Различие 
 
ИЩУ РАБОТУ
СТАТИСТИКА
ОНЛАЙН: 16
ГОСТЬ: 16
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: 0

 ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫХ 
ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ
НА САЙТЕ ГИПЕРИНФО
ВСЕГО : 2758
ВОЙТИ ЧЕРЕЗ :
GOOGLE
YANDEX
ВАШЕ МНЕНИЕ
Я ВИЖУ СЛЕДУЮЩИМ ПРЕЗИДЕНТОМ РФ
Всего ответов: 1389

   
ГЛАВНАЯ » СТАТЬИ » ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

Карл Густав Юнг. Об отношении аналитической психологии к поэзии. (15)
На самом деле, как для нас, так и для примитивного человека не существует дерева — внешнего объекта и дерева — внутреннего образа, которые могут считаться фотографиями друг друга. Цельная личность ориентирована на единую реальность, и ее изначальное ощущение той, по сути своей неведомой, части реальности, которую мы называем деревом, является символическим. Иными словами, острое ощущение символа с его смысловым содержанием есть нечто первичное и синтетическое; это унитарный образ одной части унитарного мира. С другой стороны, внутренние и внешние «перцепционные образы» вторичны и производны. доказательством является то, что наука, порожденная нашим изолированным и изолирующим сознанием, все еще находит остатки символов в наших перцепционных образах и стремится переместить нас в без-образный мир, воспринимаемый только посредством мышления. Но наша душа все равно упрямо продолжает воспринимать образы, а мы продолжаем ощущать символы, даже если теперь они являются научными и математическими. Однако величайшие из наших ученых и математиков воспринимают эти символические абстракции сознания, как нечто сверхъестественное; эмоциональный фактор в субъекте, ранее принципиально изгнанный из научного исследования, снова возникает «так сказать, в объекте. Развитие, по сути своей, неведомой субстанции неведомого и непредставимого единого мира несет с собой конфронтацию и дифференциацию; с помощью образов душа ориентируется в мире и адаптирует себя к нему таким способом, что становится способной к жизни и развитию. По этой причине мы называем эти образы «адекватными миру. Это развитие включает в себя символические образы, в которых видны части единой реальности. Последующий процесс дифференциации сознания, с его дуальной схемой внутреннего и внешнего, души и мира, рассекает унитарный символический образ на две части: на внутренний, «психический» и на внешний, «физический. Вообще-то, ни один из них не может быть производным от другого, поскольку оба они являются образами-частями изначального символического единства, рассеченного на двое. Внешнее дерево является таким же образом, как и дерево внутреннее. Внешнему дереву «соответствует» непредставимая часть унитарной реальности, которую можно ощущать в образе только с относительной адекватностью; а внутреннему дереву соответствует часть ощущаемой, живой субстанции, которая опять же воспринимается только с относительной адекватностью. Мы не можем воспроизвести внутренний неполный образ дерева из дерева внешнего, потому что последнее мы тоже воспринимаем как образ; мы также не можем произвести внешний неполный образ дерева из проекции внутреннего образа, поскольку этот внутренний неполный образ является таким же первичным, как и образ внешний. Оба они произрастают из первичного символического образа дерева, который более адекватен унитарной реальности, чем его неполные производные, — внутренний и внешний образы, существующие во вторичном, разделенном мире. Но «первичный символический образ» не сложен для нашего восприятия и не чкд ему. При определенном состоянии разума, которого можно достичь разными способами, объект vis-a-vis трансформируется для нас. Термин participation mystique имеет почти такое же значение, но был придуман для чего-то, очень далекого от ощущений современного человека. Когда вещь, пейзаж или произведение искусства, оживает или «становится прозрачной,7 это означает, что она трансформировалась в то, что мы называем «унитарной реальностью. То, что мы видим, становится «символическим» в том смысле, что оно говорит с нами по-новому, открывает нам что-то неведомое, само становится чем-то совершенно другим: категории «бытия» и «значения» совпадают. Приводимый ниже отрывок из «дверей Восприятия» Хаксли поможет понять, что я имею ввиду. Психическая трансформация, искусственно порожденная наркотиком мескалином, приводит автора к символическому восприятию единой реальности. «Теперь перед моими глазами был уже не просто необычный букет цветов. Я видел то, что видел Адам в утро своего рождения — чудо, поток мгновений обнаженного бытия. «Это приятно?» — спросил кто-то. (В ходе этой части эксперимента все разговоры записывались на диктофон и у меня была возможность освежить свои воспоминания о том, что говорилось). «Это не приятно и не неприятно, — ответил я. «Это просто есть’. «1вiеi» — не это ли слово так любил Мейстер Экхарт? «Естие’. То самое бытие, о котором говорит платоновская философия, — с той лишь разницей, что Платон совершил огромную, смешную ошибку, отделив Бытие от становления и отождествив его с математической абстракцией Идеи. Он, бедняга, так никогда и не увидел охапки цветов, сияющих своим собственным внутренним светом и почти дрожащих от напряжения значимости, которой они были заряжены; он так и не понял, что эта столь ярко обозначенная розой, ирисом и гвоздикой вещь была, не больше и не меньше, тем, чем они и были — мимолетной и, в то же самое время, вечной жизнью, постоянным исчезновением и, одновременно, чистым Бытием, охапкой мельчайших, неповторимых частиц, в которых, в силу какого-то невыразимого и при этом совершенно очевидного парадокса, можно было увидеть божественный источник всего бытия.8 Похоже на то, что это интуитивное восприятие символизма, предшествовавшего нашему сознанию, оправдывает наши теоретические отклонения. Ибо, оказывается, что видение и создание символического, как архетипического, так и природного, мира в религии, ритуале, мифе, искусстве и празднике включают в себя не только атавистический фактор и регенерирующий элемент, порожденные нашим эмоциональным зарядом. В определенном смысле они характеризуются тем фактом, что в них виден фрагмент унитарной реальности — более глубокой, более первичной и, в то же самое время, более полной, — реальности, которую мы совершенно не в состоянии объять нашим разделенным сознанием, потому что развитие его функций было ориентировано на предельно конкретное восприятие отдельных частей поляризованной реальности. дифференцируя сознание, мы поступаем примерно также, как человек, закрывающий глаза, для того, чтобы обострить слуховое восприятие, чтобы иметь возможность «превратиться в слух. В том, что его слух обостряется, нет никакого сомнения. Но отключив другие органы чувств, он воспринимает только сегмент общей, доступной чувствам, реальности, которую мы ощущаем более адекватно и полноценно только тогда, когда не просто слышим ее, но также и видим, осязаем, обоняем и пробуем на вкус. В символической унитарной реальности нет ничего мистического, и она не находится за пределами наших ощущений; это мир, который воспринимается там, где расслоение на внешнее и внутреннее, проистекающее из разделения психических систем, либо еще не вступило в силу, либо уже не действует. Это подлинный, завершенный мир трансформации, такой, каким его воспринимают творческие люди. II Каждый трансформативный или творческий процесс включает в себя стадии одержимости. Быть тронутым, увлеченным, завороженным — означает быть чем-то одержимым; без этой завороженности и связанного с ней эмоционального напряжения невозможны никакая сосредоточенность, никакой длительный интерес, никакой творческий процесс. Любая одержимость может быть справедливо истолкована и как однобокость, узость мышления, и как его активизация и углубление. Исключительность и радикальность такой «одержимости» представляют собой как преимущество, так и опасность. Но тот, кто не рискует, никогда не достигнет ничего великого, хотя «готовность рисковать, заложенная в мифе о герое, предполагает гораздо большую свободу, чем та, которой на самом деле обладает подавленное эго. деятельность автономных комплексов предполагает разъединенность души, интеграция которой является бесконечным процессом. Индивидуум совершенно не властен над миром и коллективным бессознательным, в которых он живет; самое большее, что он может делать — это ощущать и интегрировать все новые и новые их составные части. Но неинтегрированные факторы являются не только причиной беспокойства; но и источником трансформации. Зерна трансформации зреют не только в «великом» содержимом мира и души, судьбоносных вторжениях и архетипических ощущениях; «комплексы, неполные души, которые являются не только агрессивными смутьянами, но и естественными компонентами нашей души, играют также и положительную роль зачинщиков трансформации. Мы уже указывали, что, как правило, индивидуум адаптирует себя к культурному канону посредством налаживания связи между комплексами и архетипами. По мере развития сознания, связь души ребенка с архетипами постоянно заменяется личными отношениями с окружением, а связь с великими архетипами детства преобразуется в архетипический канон господствующей культуры. Это происходите результате усиления ориентации на эго, сознание и окружение. Мир детства, с его тяготением к общности, непосредственному контакту с «я, подавляется в угоду нормальной адаптации. И в творческом человеке возникает связь между личными комплексами и архетипическими образами. Однако, в отличие от нормального человека, у творческой личности эта связь не ассимилируется посредством адаптации к принципу реальности, представленному культурным каноном. Мы знаем, что психоанализ пытается доказать, будто творчество происходит от структурного дефекта. В порядке упрощения это можно было бы назвать чрезмерным либидо, которое приводит к тому, что личность не реализуется в своем детстве и задерживается в нем. Все применимые к обычному человеку схемы — доэдипова зацикленность, боязнь кастрации, образование суперэго и эдипов комплекс — без всяких изменений применяются и к человеку творческому; но чрезмерность его либидо и его предполагаемая «сублимация» объявляются причинами ненормального разрешения его детских проблем и его достижений. С этой точки зрения творческий человек представляется весьма двусмысленным вариантом человеческой природы; он фиксируется на детстве и никогда не выходит из донаучной стадии символизма. Тогда получается, что сублимация и признание коллектива означают готовность художника помочь всем наслаждаться своим очень хорошо скрываемым инфантилизмом. Это называется вторичным развитием. В искусстве люди дают выход своим собственны: детским комплексам, глядя, как Эдип, Гамлет или дон Карлос убивает своего собственного отца. (Но даже у нормальных людей эти схемы, в данном случае толкуемые личностно, связаны с гораздо более глубокими архетипическими комплексами.) И все же, вопреки мнению психоаналитиков, разница между творческим и нормальным человеком заключается не в избытке либидо, а в интенсивном психическом напряжении, которое с самого начала присутствует в творческом человеке. На самой ранней стадии в нем проявляются особое оживление бессознательного и такая же сильная ориентация на эго. Это сильное психическое напряжение и страдающее от него эго отражаются в особого рода обостренном восприятии творческого человека. Как правило, оно проявляется у него уже в детском возрасте, но это обостренное восприятие не тождественно рефлектирующему сознанию преждевременно развившегося интеллекта. детскость творческой личности как нельзя лучше выражают слова Гельдерлина: «и дремлет, грезя наяву «. В этом состоянии обостренного восприятия ребенок открыт миру и переполняющей все унитарной реальности, которая захлестывает его со всех сторон. Представляющий собой одновременно и надежное укрытие, и открытое пространство, этот сон наяву, в котором нет таких понятий, как внешнее и внутреннее, является бесценным даром творческого человека. Это период, в котором за любой болью и любой радостью стоит целостный и неразделенный мир, бесконечный и непостижимый для эго. В этом детском ощущении содержимое каждой личности связано с надличностным архетипическим содержимым и, с другой стороны, надличностное и архетипическое всегда располагаются в личности. Как только мы понимаем, что это значит — ощущать такое единство надличностного и личного, в котором эго и человек все еще являются одним целым, мы начинаем задумываться над тем, каким образом, способом и методом можно преодолеть и забыть это фундаментальное ощущение, подобно тому, как обычный человек успешно проделывает это с помощью образования; и мы перестаем восхищаться тем, что творческий человек задержался на этой стадии и в этих ощущениях. С детских лет творческая личность заворожена этим ощущением унитарной реальности детства; она вновь и вновь возвращается к великим иероглифическим образам архетипического бытия. Впервые мы увидели их отражение в колодце детства, и там они и останутся до тех пор, пока мы не вспомним о них, не заглянем снова в колодец и не отыщем их снова, вовеки неизменных. действительно, все нормальные тенденции присутствуют и в творческом человеке; он реализует их до определенной степени, но его индивидуальная судьба прерывает его нормальное развитие. Поскольку его природа не дает ему завершить нормальное развитие обычного человека, с его врожденной способностью приспосабливаться к реальности, то даже его юность, зачастую, является ненормальной, как в хорошем, так и в плохом смысле этого слова. Его конфликт с окружением начинается еще в раннем возрасте и отличается патологической остротой, ибо именно в детстве и юности творческое и ненормальное, или патологическое, тесно связаны друг с другом. Ибо, в противоположность требованиям культурного канона, творческий человек держится за архетипический мир и свою изначальную бисексуальность и целостность, или, иными словами, за свое я. Этот комплекс творческого человека в первый раз проявляется в зацикленности на детской компании, на судьбоносных персонажах, а также местах детства. Однако в данном случае, даже в большей степени, чем в детстве других людей, личное перемешано со сверхличностным, конкретная местность с невидимым миром. И это не просто «детский» мир; это истинный, настоящий, или, как его называл Рильке, «открытый» мир. Ребенок, измены тайной жертва, любви — тирана становясь рабом нц будущим своим утрачивает власть. После полудня, оставленный в покое, он все слоняется меж зеркалами и всматривается в них, терзаясь собственного имени загадкой и вопрошая «Кто я? Кто я?» Но вот вернулись домочадцы, нарушили и подавили то, что вчера доверили ему окно, тропинка, запах пыльного комода. Он — снова собственность родни. Побеги вверх потянутся. Вот также и желанье из клубка семьи однажды вырвется, покачиваясь в воздухе прозрачном. Лучистый взгляд ребенка, устремленный ввысь, Тускнея день за днем в подвале, куда привычно заперт он роднёю, Находит лишь собак да более высокие цветы, И время замирает, — и снова начинает бег.10 Но открытость — в данном случае мы говорим о мальчике, творчество которого легче понять, чем творчество девочки — всегда совпадает с женственностью. У творческого человека этот женский принцип, этот мотив трансформации, который у нормального взрослого человека проявляется, как «анима, как правило, ассоциируется с образом матери.11 Он делает ребенка восприимчивым, открытым как страданиям, так и величию и мощи мира; он не дает пересохнуть бьющему из него источнику. Не составляет никакого труда понять, что такой комплекс должен быть насыщен конфликтами и осложнить адаптацию, если только природа не проявила особую милость в сочетании его элементов. В любом творческом индивидууме, вне всякого сомнения, с самого начала выделяется компонент восприятия, но мы не должны забывать, что тот же компонент превалирует и в ребенке, и зачастую только в ходе ожесточенной борьбы он подавляется образованием, ориентированным в половом отношении на однобокие культурные ценности. Но, с другой стороны, сохранение определенной восприимчивости, в то же самое время, является сохранением индивидуальности человека, его осознания собственного «я» — воспринятого, как ноша, как миссия или как необходимость — которое вступает в конфликт с миром, с общепринятыми нормами, с культурным каноном, или, в соответствии с древними правилами мифа о герое, с традиционным образом отца. И, поскольку доминирование изначально первичного архетипического мира сохраняется и не заменяется доминированием мира культурного канона, развитие личности и сознания творческого человека идет по иным законам, чем развитие человека нормального. доминирование архетипа матери у огромного количества писателей и художников не адекватно объясняется отношениями ребенка с его конкретной матерью. Мы находим как хорошие, так и плохие отношения; мы видим матерей, умерших молодыми, и матерей, доживших до глубокой старости; среди матерей нам встречаются как выдающиеся, так и незначительные личности. Психоаналитики признают, что причина доминирования архетипа матери заключается в том, что определяющим фактором являются отношения с матерью, в которых находится с матерью эго ребенка, а не взрослого человека. Но отношения маленького ребенка с его матерью формируются архетипом матери, который всегда смешивается с образом матери, субъективным образом ощущения конкретной матери. В ходе нормального развития значение архетипа матери уменьшается; обретают форму конкретные отношения с конкретной матерью и с их помощью индивидуум развивает способность к налаживанию отношений с миром и собратьями. Там, где эти отношения ослаблены, возникают неврозы и зацикленность на фазе изначальных отношений с матерью, когда отсутствует что-то, необходимое для здорового развития индивидуума. Но если архетипический образ матери остается доминирующим, а индивидуум при этом не становится больным человеком, то мы имеем дело с одним из фундаментальных комплексов творческого процесса. Мы уже указывали на значение архетипа матери для творческого человека; здесь я только хочу подчеркнуть, что добрая (или Грозная) Мать, помимо всего прочего, является символом определяющего влияния архетипического мира, как целого, влияния, которое может доставать до биопсихического уровня. Превалирование архетипа Великой Матери обозначает превалирование архетипического мира, который является основой всего развития сознания, мира детства, в котором филогенетическое развитие сознания и эго онтогенетически повторяется на основе первичного архетипического мира. Переход от личностного комплекса через исключительно архетипический мир фантазий к сознанию, как правило, приводит к ослаблению тяготения индивидуума к цельности в пользу развития эго, следующего за культурным каноном и коллективным сознанием — суперэго традиций предков и интроекцированного сознания. Однако творческий человек заклеймен своей неспособностью отказаться от тяготения его «я» к цельности в угоду адаптации к реальности окружения и доминирующим в нем ценностей. Творческий человек, подобно герою мифа, вступает в конфликт с миром отцов, то есть с доминирующими ценностями, потому что в нем архетипический мир и направляющее его «я» являются такими мощными, живыми, непосредственными ощущениями, что их просто невозможно подавить. Нормальный индивидуум освобождается от миссии героя образованием, ведущим его к отождествлению с архетипом отца, и, в результате, становится лояльным членом своей патриархально настроенной группы. Однако неопределившееся, мятущееся эго творческого человека, с его доминирующим архетипом матери, должно встать на достойный подражания архетипический путь героя; оно должно убить отца, низвергнуть устоявшийся мир традиционного канона и отправиться на поиски таинственного учителя, того самого я, которое так трудно ощутить, неведомого Небесного Отца. Если подходить к творческому индивидууму с мерками приземляющего анализа, то, вне зависимости от биографических подробностей, у него почти неизбежно будут обнаружены зацикленность на матери и отцеубийство, то есть, эдипов комплекс; «семейная романтическая история, то есть поиски неизвестного отца; и нарциссизм, то есть сохранение повышенного внимания к самому себе в противоположность любви к окружающим и внешнему объекту. Отношение творческого человека к самому себе включает в себя живучий и непреодолимый парадокс. Этот тип врожденной восприимчивости заставляет его очень остро переживать собственные личные комплексы. Но в силу того, что он всегда ощущает свои личные комплексы вместе с их архетипическими соответствиями, то это его страдание с самого начала является не только частным и личным, но и, по большей части, бессознательным экзистенциальным страданием от фундаментальных человеческих проблем, которые группируются в каждом архетипе. Соответственно, индивидуальная история каждого творческого человека почти всегда балансирует над пропастью болезни; в отличие от других людей, он не склонен залечивать личные раны, полученные в ходе развития, с помощью все большей адаптации к коллективу. Его раны остаются открытыми, но страдание от них достигает глубин, из которых поднимается другая целительная сила, и этой целительной силой является творческий процесс. Как гласит миф, только исстрадавшийся человек может быть целителем, врачом.12 Благодаря своим личным страданиям, творческий человек ощущает серьезные болезни своего коллектива и своего времени, в глубине себя он несет регенерирующую силу, способную исцелить не только его, но и общество. Эта сложная восприимчивость творческого человека увеличивает его зависимость от общего центра, «я, которое своими непрерывными попытками компенсации усиливает развитие и стабильность эго, которое должно стать противовесом доминированию архетипического мира. В условиях постоянного напряжения между активным угрожающим архетипическим миром и эго, усиленным во имя компенсации, но не пользующимся поддержкой обычного архетипа отца, эго может опираться только на «я, центр всего индивидуума, который, однако, всегда бесконечно больше самого индивидуума. Один из парадоксов существования творческого человека заключается в том, что он воспринимает свою привязанность к собственному эго почти как грех по отношению к надличностной силе архетипов, сжимающей его в своих объятиях. Тем не менее, он знает, что только эта привязанность можетдать ему и повелевающим им силам возможность обрести форму и выразить себя. Этот фундаментальный факт подтверждает глубокую личную амбивалентность творческого человека, но благодаря ей он достигает индивидуации в своей работе, поскольку, если он хочет существовать, он вынужден вечно искать центр. Если послушная диктату эго-идеала жизнь нормального человека требует подавления тени, то жизнь творческого человека формируется как страданием, которое знает само себя, так и настроенным на удовольствие творческим выражением общности, доставляющим наслаждение способностью творческого человека позволять всему, что есть в нем низкого и высокого, жить и обретать форму. Этот феномен выделения формы из целого не имеет ничего общего с «сублимацией» в обычном смысле этого слова; попытка свести эту общность к инфантильным компонентам также бессмысленна. Как, например, попытка объяснить склонностью к эксгибиционизму тот фундаментальный факт, что творческий человек выражает самого себя и что в его работе проявляется существенная часть его индивидуальной субъективности. Подобное приземленное толкование не более оправданно, чем грубая и абсурдная попытка объяснить привычку Рильке «годами носить материал при себе, прежде чем придать ему окончательную форму и расстаться с ним» с помощью анально-сексуальной теории. Ибо те установки, которые в младенце и ребенке появляются на физическом плане, как универсальные человеческие феномены, а в больном человеке фиксируются на этом плане в форме извращений и симптомов, в творческом человеке прекращают либо вообще, либо по большей части, выражаться на этом плане. Они достигают совершенно другого и нового уровня психического выражения и значения; они не только несут в себе иной смысл, но и сами становятся иными. Почти сорок лет тому назад Юнг установил, что предрасположенность ребенка обладает не полиморфной, а поливалентной устойчивостью, и что, как он выразился, «даже у взрослого человека остатки детской сексуальности являются зернами жизненно важных духовных функций.14 Сегодня, по причинам, которые слишком долго объяснять, я предпочитаю говорить не о детской сексуальности, а о детских ощущениях на плотском плане. Подобные ощущения всегда содержат в себе как архетипические, так и земные факторы. Ибо для ребенка, как и для первобытного человека, не существует чего-то такого, как «чисто» плотский фактор; его ощущение унитарного мира регулярно включает в себя то, что мы потом назовем символически важными элементами. Нормальному индивидууму доступны те же ощущения, например, на сексуальном плане, где личное и архетипическое, плотское, психическое и духовное ощущаются, как нечто единое, по крайней мере, на какое-то мгновение. Это усиленное ощущение единства аналогично ощущению ребенка и творческого человека. Творческий процесс — синтетичен, а именно: надличностное, то есть вечное, и личное, то есть мимолетное, сливаются и происходит нечто уникальное: вечное творчество реализуется в эфемерном произведении. Задумайтесь: все исключительно личное — мимолетно и незначительно; все исключительно вечное — изначально нас не касается, потому что нам недоступно. Ибо каждое ощущение надличностного является ограниченным откровением, то есть проявлением соответствующим возможностям нашей, подобной сосуду, способности к пониманию происходящего. для творческого человека это фундаментально — вне зависимости от того, осознает он это или нет. Он открывает себя надличностному; можно выразиться даже точнее — только творческий человек и открыт надличностному, он не ушел из детства, в котором открытость надличностному является чем-то самим собой разумеющимся. Следует добавить, что это не имеет ничего общего с интересом к детству или осознанным знанием этого факта. То, что в творческом человеке всегда считалось проявлением детскости, как раз и является его открытостью миру, открытостью тому, что мир каждый день создается заново. И именно это заставляет его постоянно помнить о его обязанности очищать и расширять себя, как сосуд, адекватно выражать то, что наливается в него, и смешивать архетипическое и вечное с индивидуальным и эфемерным. Например, у Леонардо, Гете, Новалисе или Рильке, обретают новую жизнь ощущения ребенка, в нормальном человеке безмолвствующие, и архетип Великой Матери, нормальному человеку известный только из истории примитивных народов и религии. Они больше не совпадают с архаическим образом первобытного человека и включают в себя все последующее развитие человеческого сознания и духа. Образ архетипа матери, которому придана творческая форма, всегда проявляет архаические, символические черты, которые отличают и образ матери первобытного человека, и образ матери первых лет детства. Но богиня природы и Святая Анна Леонардо, природа и Вечный Женский Принцип Гете, ночь и мадонна Новалиса, ночь и возлюбленная Рильке-все это новые творческие формы Единого; все это новые высшие и абсолютные формулировки. За ними стоит «вечное присутствие» архетипа, но, также, и творческий человек; в этом и заключается его достижение — ощутить эту «вечность» и придать ей форму, как чему-то, вечно меняющемуся и принимающему новые формы, и посредством чего, в то же самое время, меняется его эпоха и он сам.
Категория: ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ | Добавил: CIKUTA (04.02.2011)
Просмотров: 632
ОТЗЫВ / КОММЕНТАРИЙ / ПОЖЕЛАНИЕ: 0
avatar

ВАШ КОММЕНТАРИЙ / YOUR COMMENT | ВОЙДИТЕ ЧЕРЕЗ СОЦ СЕТЬ / SIGN IN VIA SOCIAL NETWORK
ПОИСК САЙТА
НОМИНАЦИЯ

























ЗАКАЗАТЬ
ПРОИЗВОДСТВО БАННЕРОВ


СОЗДАНИЕ И МОНТАЖ
РЕКЛАМНЫХ
ВИДЕОРОЛИКОВ
НЕДВИЖИМОСТЬ




































 НОМИНАЦИЯ 
"НЕДВИЖИМОСТЬ"
 
| НЕДВИЖИМОСТЬ | СТРОЕНИЕ | ПОМЕЩЕНИЕ | КОТТЕДЖ | ДОМ | КВАРТИРА | КОМНАТА | УЧАСТОК | ЗЕМЕЛЬНЫЙ | ЗЕМЛЯ | КУПЛЮ | ПРОДАМ | СДАМ | СНИМУ | АРЕНДА | КУПЛЯ - ПРОДАЖА | ОБМЕН | РИЭЛТОР | АГЕНТСТВО | ДОСКА | ИПОТЕКА | ЗАГОРОДНАЯ | ЗАСТРОЙЩИКИ | АГЕНТ | УПРАВЛЯЮЩАЯ | КОМПАНИЯ | ИНВЕСТИЦИИ | КОММЕРЧЕСКАЯ | ПОСТРОЙКА | БРОКЕР | ОБЪЯВЛЕНИЯ | НОТАРИАЛЬНЫЕ | НОТАРИУС | ЗА РУБЕЖОМ | ГОСПОШЛИНА | ПАЙ | БАЗАКРЕДИТ | ЮРИСТ | АДВОКАТ | ЮРИДИЧЕСКИЙ | ЭКСПЕРТ | БАНК | ГАРАНТИЯ | БТИ | ВЛАДЕНИЕ | ВЫПИСКА | РЕЕСТР | ДАРЕНИЕ | ДОВЕРЕННОСТЬ | ДОГОВОР | ДОЛЕВАЯ | СОБСТВЕННОСТЬ | ЕГРП | ЖИЛИЩНЫЕ | СЕРТИФИКАТ | УДОБСТВА | ЗАДАТОК | ЗАЕМ | ЗАЛОГ | СДЕЛКА | КУПЧАЯ | МУНИЦИПАЛЬНАЯ | НАЛОГ | НЕУСТОЙКА | ОПЕКА | ОРДЕР | ПОДРЯДЧИК | ПОЛЬЗОВАНИЕ | ПОРУЧЕНИЕ | ПРИВАТИЗАЦИЯ | РАЗЪЕЗД | РЕГИСТРАЦИЯ | ПРОПИСКА | РЕНТА | СУБАРЕНДА | ДОЛЖНИК | ФОНД | УСТУПКА | ХОЗЯЙСТВУЮЩИЕ | ЦЕЛЕВОЕ | ЭКСПРОПРИАЦИЯ | ПЛАТЕЖ | УСЛУГИ | ОБЕСПЕЧЕНИЕ | ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ | ОБЯЗАТЕЛЬСТВО | ЛИЦО | ОПЕРАЦИЯ | ЖИЛОЙ | НЕЖИЛОЙ | ДОКУМЕНТ | ОБЪЕКТ | СТРАХОВОЕ | ЦЕННАЯ | БУМАГА |
 
РИТОРИКА


 NOMINATION 
FOR ABSTRACTS

Life / Birth / Death / Space / Place / Matter / Time / Present / Future / Past / Contents / Form / Essence / Appearance / Motion / Formation / Absolute / Relative / Abstract / Concrete / General / Single / Special / Thing / Opportunity / Validity / Sign / Knowledge / Consciousness / Signified / Signifier / Artificial / Natural / Quality / Amount / Measure / Required / Random / Object / Subject / Self / Human / Animal / Individual / Personality / Society / Social / Subject / Attribute / Position / Condition / Action / Enduring / Concept / Definition / Centre / Peripherals / Believe / Atheism / A priori / Posteriori / Agent / Patient / Transcendent / Transcendental / Existential / Welcome / Evil / Moral / Morality / Nice / Ugly / Adequate / Opposite / Reasonable / Crazy / Expedient / Adventurous / Rational / Irrational / Health / Disease / Divine / Devil / Sense / Rational / True / False / Power / Addiction / Peacefulness / Conflict / Will / Need / Perception / Influence / Idea / Validity / Harmony / Chaos / Cause / Effect / Game / Realities / View / Genus / Internal / External / Instrument / Use / Goal / Tool / Model / Interpretation / Information / Media / Irony / True / History / Myth / Base / Superstructure / Culture / Vulgarity / Libido / Apathy / Love / Hate / Cynicism / Hope / Nihilism / Punishment / Promotion / Scientific / Occult / Determinism / Occasionalism / Experience / Dilettantism / Reflection / Reality / Paradigm / Option / Surface / Depth / Understanding / Ignorance / Predestination / Adventure / Freedom / Addiction / Sense / Value / Structure / Material / Substance / Accidents / Creation / Reproduction / Theory / Practice / Identity / Difference / Centre / Periphery
 
ЕВАНГЕЛИЕ
НАПИСАТЬ ОБРАШЕНИЕ
РАССКАЗАТЬ О ПРОБЛЕМЕ
 
 
ОТПРАВИТЬ ПИСЬМО
 
 
ГИПЕРИНФО ПУБЛИКУЕТ
ВСЕ ОБРАЩЕНИЯ.
МЫ ЗНАЕМ !!!
КАК СЛОЖНО
ДОБИТЬСЯ СПРАВЕДЛИВОСТИ
ОТ ЧИНОВНИКОВ
 
 
НЕ МОЛЧИТЕ!
"СТУЧИТЕ, И ОТВОРЯТ ВАМ" -
СКАЗАЛ ХРИСТОС.
С УВАЖЕНИЕМ К ВАМ
АДМИНИСТРАЦИЯ САЙТА.
     HIPERINFO © 2010-2015
07:42 | 25.04.2017