0001-FF-022.png (200×25)  


 
 
   ГЛАВНАЯ | | ВХОД ПРИВЕТСТВУЕМ ВАС Гость | RSS   
MENU SITE
ИЩУ РАБОТУ
ПОЭТ И ПИСАТЕЛЬ
ВАШЕ МНЕНИЕ
Я ВИЖУ СЛЕДУЮЩИМ ПРЕЗИДЕНТОМ РФ
Всего ответов: 1706
ПАТРИАРХИЯ
РУССКАЯ
ПРАВОСЛАВНАЯ
ЦЕРКОВЬ

МОСКОВСКАЯ ПАТРИАРХИЯ

119034, Москва, Чистый пер., 5
Телефон: (495) 637-43-18
E-mail: info1@patriarchia.ru
САЙТ: PATRIARCHIA.RU
СТАТИСТИКА
ОНЛАЙН: 25
ГОСТЬ: 25
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: 0

   
ГЛАВНАЯ » СТАТЬИ » ЭТО ИНТЕРЕСНО

Троицкие Листки (163)
692. Церковное пение «Пойте Богу нашему, пойте... пойте разумно» (Пс. 46; 7, 8) Херувимы и Серафимы непрестанными гласы взывают: Свят, Свят, Свят Господь Бог Саваоф! Полны суть небеса и земля величества славы Твоея! Вот первая, известная нам песнь первых певцов первого хора в Божием мире — это песнь бесплотных Сил Небесных! Этот чудный хор ликовал от радости уже тогда, когда Господь еще только полагал основание земли (Иов. 38; 7). Немолчно славословит он Господа этой песнью и доныне. Его Трисвятую песнь слышал в Откровении Исаия пророк. Слышала пение этого небесного хора и грешная земля. Когда в смиренном граде Вифлееме родился от честнейшей Херувимов Девы Марии Господь наш Иисус Христос, хор Ангелов-певцов сошел на землю и в тишине ночной вифлеемские пастыри услышали чудную песнь: Слава в вышних Богу и на земли мир: «в человецех благоволение!» (Лк. 2; 14). Прошло 440 лет и снова человек услышал ангельскую песнь над землей. В Царьграде, во время страшного землетрясения, совершался крестный ход; вдруг при тихой погоде поднимается сильный вихрь и на глазах всех уносит одного мальчика за облака. Все считают мальчика погибшим, но через несколько минут он невредимо опускается на землю и рассказывает всем о чудной, неслыханной дотоле песни Ангельской, которую он слышал на небе. Песнь эта "Святый Боже, святый Крепкий, святый Бессмертный!" Весь народ единодушно воскликнул тогда: "Помилуй нас!" И бедствие прекратилось. Вот две ангельские песни во славу Господа. Самая древняя, известная нам, песнь человека Богу записана в самой старинной книге, какая только существует на свете, и ей мы славословим Господа почти три с половиной тысячи лет. Богодухновенный составитель и первый певец этой песни был великий пророк Божий Моисей. Он воспел ее по переходе народа Божия через Чермное море, а народ повторял ее, припевая за ним: Помощник и Покровитель бысть мне во спасение: сей мой Бог, и прославлю Его: «Бог Отца моего и вознесу Его» (Исх. 15; 2). Не смолкла еще эта торжественная песнь Моисеева, как выходит на средину народа Божия его сестра-пророчица Мариам и поет: «Поим Господеви, славно бо прославися: коня и всадника вверже в море» (Исх. 15; 1). И запели с нею все женщины и дети еврейские. Тот же пророк Моисей оставил нам молитву-псалом 89-й: Господи, прибежище был ecu нам в род и род. Прекрасную песнь воспела святая Анна, мать пророка Божия Самуила, когда Господь разрешил ее неплодство, и она привела своего первенца-младенца в храм на служение Господу (читай в 1 Книге Царств, глава 2). А сколько оставил нам дивных песнопений-псалмов славный царь и пророк Божий Давид! Всех Ангелов, всех людей, всякое творение Божие призывает он к прославлению Господа. Хвали, душе моя, Господа, — поет он, — «восхвалю Господа в животе моем, пою Богу моему, дондеже есмь» (Пс. 145; 1-2). Пойте Богу нашему, пойте, пойте Царю нашему, пойте (Пс. 46; 7). Хвалите имя Господне, хвалите, рабы Господа (Пс. 134; 1-2). Хвалите Господа с небес, «...Царие земстии и вси людие, князи и вси судии земстии, юноши и девы, старцы и отроки с юнотами» (Пс. 148; 1,11, 12). Всякое дыхание да хвалит Господа! Царь-певец составил хоры искусных певцов, которые пели его псалмы в храме Божием. Славили Господа псалмами и дома, и в пути. Вот отовсюду несметными толпами идут израильтяне в свой святой город Иерусалим на праздник Пасхи. И стар, и млад поет псалмы царя Давида. Вот они увидели вершины гор Иерусалимских. «Возведох очи мои в горы, — поют они, — отнюдуже приидет помощь моя... Не даждь во смятение ноги твоея» (Пс. 120; 1, 3). Вот выделяется из прочих гор славная гора Сион. Надеющиеся на Господа, — поют путники, — как гора Сион, не подвигнутся... А вот виден и храм Божий, — и забыты путниками усталость и трудность пути. Сеявшие со слезами, — поют они, — будут пожинать с радостью. Исполнилось, наконец, заветное желание путников: они уже в обширных притворах храма Соломонова, и из уст их раздается торжественно умилительная песнь: Се ныне благословите Господа все рабы Господни, стоящие в храме Господнем, стоящие в притворех дома Бога нашего! Не только днем, но и ночью простирайте молитвенно руки ваши к святилищу Божию, и благословляйте Господа! Так во времена ветхозаветные славили Господа во всякое время и на всяком месте. К прежним песнопениям пророки присоединяли и свои вдохновенные песни. Пел богоглаголивый Аввакум, пел дивный Исаия; пел Иона во чреве китове; пели в пещи отроки, Троице равночисленные, среди пещного пламени: Благословен Ты, Господи Боже отцев наших, препетый и превозносимый во веки! Воспел Господа и праведный Захария, отец Предтечев. Занялась заря Нового Завета. Уже Архангел возвестил Преблагословенной Деве Марии зачатие от Нея Сына Божия, Спасителя мира. Вот спешит Она радостно к своей праведной родственнице, святой Елисавете, матери Предтечевой, и на ее Богодухновенный привет: Благословенна Ты в женах, и благословен Плод чрева Твоего, — по внушению Духа Божия отвечает прославлением Господа в этой дивной песни, которую и доселе повторяет Святая Церковь почти ежедневно на утрени: «Величит душа Моя Господа, и возрадовася дух мой о Бозе Спасе Моем» (Лк. 1; 39-56). Наконец, пел псалмы Давидовы и Сам Господь наш Иисус Христос со Своими святыми апостолами, когда закончилась Тайная Вечеря, и пошел Он из горницы Сионской в Гефсиманию на Свои вольные страдания за нас, грешных. И святые апостолы заповедали христианам поучать и вразумлять друг друга псалмами и духовными песнопениями, во благодати воспевая в сердцах своих Господу (1 Кор. 3; 16). Видите, братие, что церковное пение есть святая обязанность каждого христианина, а не одних только певчих и псаломщиков. Это дело Божие, Богу угодное. Поют на небе Ангелы Божии, пели пророки, пела Матерь Божия, пел Сам Господь наш Иисус Христос с Своими святыми апостолами. Вот почему за каждой службой и молится Церковь за поющих. Еще молимся, — взывает она, — о плодоносящих и добродеющих во святем и честнем храме сем, труждающихся, поющих и предстоящих людех, ожидающих от Тебе великия и богатыя милости! Есть даже особые молитвы за поющих, например: Твоя песнословцы, Богородице, живый и независтный (неоскудевающий) источниче, лик себе совокупльшия духовно, утверди в Божественней Твоей славе, венцев славы сподоби! Так Святая Церковь молит Богородицу, чтобы Она своих певцов сподобила в будущей жизни венца славы. А эта такая неоцененная награда от Господа, ради которой следует отдать и всю нашу земную жизнь со всеми ее радостями. Ведь участвовать в Божественной славе Богоматери, приукрашенной Божественной славой, получить в награду венец этой славы — есть полное совершенное Царство Небесное. Но и здесь, еще на земле, Господь не оставляет без награды поющих во славу Его святого имени. Так, один угодник Божий видел во время службы, как Ангел Господень возлагал на главы искренно молящихся по цветку дивной красоты, а на главы благоговейно поющих возлагал он по прекрасному венку из этих дивных цветов. Вспомните также умилительный рассказ об Иоанне Кукузеле, которому Сама Матерь Божия подарила златницу за его усердное пение во славу Ее (читайте листок № 290). Златница эта и поднесь находится в одном Афонском монастыре. Вот какое богоугодное дело — церковное пение! С каким же благоговением должны вы исполнять его, братие-певцы церковные! Сказано в Святом Писании: проклят всяк, творяй дело Божие с небрежением! Напечатлейте слово сие святое на сердцах своих. Помните, что вы исполняете в храме Божием послушание Ангельское. Пойте же Богу разумно, благоговейно, с сердечным вниманием к тому, что поете, с усердием, с любовию ко Господу Иисусу и Пречистой Его Матери и угодникам Божиим. К несчастию, нельзя не сказать слова правды о тех певцах недостойных, которые только оскорбляют Церковь Божию своим самочинием, неприличием в пении и поведении. Забывают они, что церковь Божия — не театр, не место какого-либо зрелища, что это место — святое, дом Божий, где Ангелы Небесные со страхом предстоят Престолу Божию, благоговея пред совершаемым Таинством Тела и Крови Господней. В храме стояще славы Твоея, на небеси стояти мним, Богородице, — поет Церковь в своих молитвенных песнопениях. Значит, храм — небо земное, жилище Божие. И вот, в этом жилище Божием, в этом святилище нередко видишь, как певцы стоят задом к алтарю, пересмеиваются, как их регент машет руками; слышишь, как они выкрикивают недостойные храма Божия ноты, употребляют напевы, чуждые слуху православных русских людей, да еще потом требуют себе платы за такое пение! Не оскорбление ли это храма Божия? Уж пусть бы лучше пел один певец — какой-нибудь старый дьячок, чем эти "любители" пения: по крайней мере, мы слышали бы привычное церковное пение и не соблазнялись бы чуждыми сердцу нашему напевами. А еще лучше, если бы в наших храмах пели православные, общенародно, как это и повелось в некоторых церквах у нас на Руси. Как много говорит душе это общее, простое, иногда не совсем стройное, но такое задушевное, от сердца идущее пение! Слышатся тут и нежные детские голоса, и чистые, сильные голоса юношей и дев, и слабый, дрожащий, но так же, как и сильный, до Бога доходящий голос старца, преклонного летами. Душа слышится в этом общем церковном пении: не звуки тут слушаешь, а голос сердца, голос верующей, Бога призывающей, Бога славящей души. Чувствуется, что этих людей к пению наставляет Божия благодать, что они просят у Господа этой благодати, чтобы достойно воспевать Отца и Сына и Святаго Духа гласы преподобными, благоговейными, вышния Силы подражающе. О, если бы во всех церквах наших все верующие единым сердцем славили Господа, не было бы тогда нужды в этих разных певчих-любителях, не было бы надобности тратить церковные лепты, подаваемые добрыми прихожанами на свечку Богу, — на подачки этим "любителям"... Увы, называют себя "любителями пения", а за пение просят подачки: что же это за любители? Они не пение церковное любят, а вот эти подачки... И допускать таких любителей на клирос не подобало бы... Братие-читатели мои! По милости батюшки царя теперь везде заводятся школы церковные, а в этих школах наравне с Законом Божиим обучают детей и церковному пению. Бог даст, пройдет немного лет и все, кто в этих школах обучается теперь, будут певцами в доме Божием, будут и других учить церковному пению. Учитесь же и вы пению церковному, пойте хвалу Богу в церкви Божией, пойте все совокупно, и стар, и млад, мужчины и женщины, и вы сами сердцем почувствуете, как это душе сладостно, и еще усерднее будете ходить в храм Божий, чтобы петь там во славу Божию! Оглавление 693. Первородное исчадие греха Пришел однажды Иисус Христос в Капернаум, вошел в дом и стал поучать народ с такой сладостью, с такой силою, что привлек почти весь город в тот дом: «И абие собрашася мнози, якоже ктому не вмешатися при дверех» (Мк. 2; 2). Здесь исцелил он расслабленного одним всемогущим Словом Своим: «возстани, и возми одр твой, и иди». Вместе с здравием телесным подал ему и здравие душевное: «отпущаются тебе греси». Чем же отблагодарили Его за все это жители Капернаума? Народ весь удивляется, славит Бога. А книжники, блюстители закона, осуждают Его как богохульника: «что Сей тако глаголет хулы?» Христос учит, Христос творит чудеса, а книжники соблазняются, говорят, что Он богохульствует... Что это значит? Откуда такие речи? — Это говорит зависть, ненавидящая все доброе. Зависть, порицающая и слова, и чудеса воплотившегося Бога! Зависть есть семя всякого зла, первородное исчадие греха, первая ядовитая скверна, растлившая небо и землю, первый тлетворный пламень, от которого зажжен огонь вечной муки адской. Завистью помрачился великий начальник Ангелов, верховный денница. Увидел он неизреченную красоту трисолнечного Божества и позавидовал, и возомнил в сердце своем: «Взыду выше облак, буду подобен Вышнему» (Ис. 14; 14). Но вместо неба, он ниспал в преисподнейшую бездну, был Ангелом света и стал страшным диаволом тьмы, променял высочайшую честь на вечные муки и стал противником Богу, сатаною. Ничего не успел он против Бога и обратил свое оружие против образа Божия — человека. Увидел он человека в раю сладости, царем всей видимой твари, славою и честью увенчанным, — и уязвился завистью, соблазнил, прельстил праотцев наших, и возрадовался, когда увидел, что они изгнаны из рая и осуждены на смерть. Но когда опять увидел, что Адам и Ева не тотчас умерли после нарушения заповеди Божией, то напоил ядом зависти сердце Каиново, вооружил его против брата Авеля, и начала земля оскверняться человеческой кровью. Так, завистью диаволею вниде в мир смерть. Слышал диавол, что человек приговорен Богом на смерть, и не мог дождаться исполнения этого, и научил Каина убить Авеля. И пусть бы еще умер отец — Адам прежде сына: нет, сын умирает раньше отца. Но пусть бы он умер естественною смертью: нет, он умирает насильственно. Но пусть бы убил его кто-нибудь чужой, а не родной брат: нет, убивает родной брат. Видите, сколько зла в одном зле? Видите, что может делать зависть? Как диавол удовлетворил своей ненасытной злобе! Итак, все зло, какое произошло на небе между ангелами, — что пал денница в бездну, что погубил с собой множество духов, что воспламенился в аде огонь вечных мук — все это произошло от зависти! Что наши праотцы изгнаны из рая сладости, что Адам осужден в поте лица есть хлеб свой, а Ева в болезнях рождать детей, что они — бессмертные — стали смертными, что мы, их несчастные потомки, наследовали их грех, а за грехом и Божий гнев, Божию клятву — все это произвела зависть! Что брат возненавидел брата и бесчеловечно убил его, что осквернил он кровью невинной чистую землю — все это сделала зависть, эта начальница противления Богу, учительница преслушания, мать братоубийства, ходатаица смерти, корень всех зол. Зависть, говорит святой Василий Великий, есть печаль о благополучии ближнего. Есть семь грехов смертных: гордость, сребролюбие, чревоугодие, уныние, блуд, злопамятство и зависть. И хотя каждый из сих семи грехов извергает яд, убивающий душу, однако яд зависти пагубнее всех других. Все другие смертные грехи имеют в виду какое-нибудь удовольствие, например, гордый хочет, чтобы его прославляли, сребролюбец желает обогатиться, чревоугодник — послаще есть, ленивый — ничего не делать, блудник — наслаждаться грехом, злопамятный — отомстить. А завистник ничего себе не ищет: он только имеет в виду одно зло ближнему, желает видеть почитаемого в бесчестии, богатого — убогим, счастливого — несчастным. Все другие смертные грехи доставляют какую-нибудь радость грешнику, а зависть не только не доставляет никакого удовольствия, но еще томит человека печалью. Что Иаков получает благословение и честь первородства от отца, — это печалит Исава, который ищет убить Иакова. Что Лия многочадна, — это печалит бездетную Рахиль, которая сетует на мужа и хочет от печали умереть. Что Иосиф видит пророческие сны о своей будущей славе, — это печалит его братьев, и они продают его в рабство, чтобы он больше не был у них на глазах. Что Давид убил Голиафа и тем прославил народ свой, — это оскорбляет завистливого Саула, который не раз покушается на его жизнь: то бросает в него копьем, то гоняется за ним и, конечно, убил бы его, если бы не сохранил его Божий покров. Что Христос Спаситель проповедует истину, исцеляет больных, прощает грешных, — это огорчает завистливых книжников и фарисеев, которые называют его богохульником. Приходит к Иисусу Христу женщина, страдающая 18 лет: она скорчена, не может поднять головы, едва дух переводит. Господь сжалился над ней и исцелил ее. Народ радуется милости Божией, но начальник синагоги гневается: "Шесть дней есть на то, чтобы приходить и исцеляться, а не в день субботний". Да разве в день субботний запрещены были чудеса? Разве в субботу закон запрещал больным лечиться? — Вовсе нет, но начальник синагоги завидует славе Чудотворца. Сатана, который прежде связал эту женщину болезнью, переходит теперь в этого лицемера и вяжет его завистью. Но то счастие, которое ожидало Иосифа, не было ли счастьем и для братьев его? А слава Давидова разве не была в то же время и славою Саула, врагов которого он побеждал? Или чудеса Иисуса Христа разве не были благодеяниями для самих евреев? Но завистник не смотрит даже на собственное добро, а смотрит только на добро чужое, какое ему видно, и печалится, и старается превратить это добро в какое-нибудь зло, и только в этом находит утеху в печали своей. Горел в пламени неугасимом тот немилосердый богач, о коем повествует в притче Своей Господь. Возвел он очи свои и увидел убогого Лазаря на лоне Авраамовом и воззвал жалобно: Отче Аврааме, помилуй мя, — пошли Лазаря, чтоб он, омочив конец перста своего в воде, пришел хоть немного прохладить язык мой! Братие мои! Эта просьба богача кажется мне подозрительной. Для человека, который весь горел в пламени, дышал пламенем, что была бы за прохлада от той капли воды, которой Лазарь смочил бы свой перст? Все воды источников и рек не могли бы прохладить его пламени, а он так мало просит воды... Нет, ему хочется чего-то другого. Это объясняет святитель Златоуст: "Видит он, что Лазарь, когда-то нищий и убогий, теперь во славе, когда-то обиженный и весь в ранах, теперь во свете Божественном наслаждается вечной жизнью, когда-то желавший насытиться от крупиц, падавших с его стола, теперь блаженствует на лоне Авраама, — видит он все это и горит от зависти своей больше, чем от всего пламени геенского. И вот он зовет Лазаря к себе, по-видимому, — для того, чтобы прохладить его язык, а на самом деле — для того, чтобы и он с ним мучился в геенне, и если бы это сбылось, то он, действительно, получил бы себе некую отраду". Слышит богач от Авраама, что это невозможно, и начинает снова просить: «Молю тя, отче Аврааме, посли его в дом отца моего». Как бы так говорил: если уж нельзя прислать его сюда, чтобы он мучился со мной, то, по крайней мере, пошли его в прежнюю жизнь, в прежнюю бедность, только чтоб он был удален от тебя, не блаженствовал более на лоне твоем! Не лучше ли бы этому богачу самому проситься на лоно Авраамово, нежели звать Лазаря к себе в муку? Конечно, лучше. Но завистник сей не думает о своем благе, — как бы самому стать счастливым; он думает о зле, как бы другого сделать несчастным. Он лучше желает видеть Лазаря во аде, чем себя в раю. Почему? Да потому, что зависть есть печаль при виде благополучия ближнего. Вот почему богословы говорят, что для грешников самое большое мучение будет видеть блаженство праведных и славу Божию, коей они будут лишены. Эта мука будет для них мучительнее всякой другой муки. Из всех грехов зависть есть самый, так сказать, несправедливый и вместе самый справедливый грех. Он несправедлив потому, что творит зло другим, он справедлив потому, что мучит самого завистника. Так называет ее святой Григорий Богослов. Ржавчина не съедает так железа, как зависть терзает сердце завистника. Какая это несчастная душа, душа завистника, которая мучится и в здешней и в будущей жизни! Не нужно завистнику никакого наказания в настоящей жизни, не нужно и никакой муки в будущей. Довольно с него, чтобы видел он счастие ближнего. Довольно, если он будет смотреть на блаженство праведных так, как смотрел богатый на блаженство Лазаря в недрах Авраамовых. Одного мудреца спросили: какие глаза лучше видят — мужские или женские, человеческие и скотские? Он отвечал: глаза завистливых людей, ибо они видят дальше всех, видят самые малые вещи, видят даже то, чего нет, одного только не видят — добра, или, лучше сказать, видят и добро, но тогда плачут, и чтобы не видеть его, закрываются. Прячься, куда хочешь, запирайся в своем уединении, беги в пустыню, — и там достанут тебя глаза завистника и увидят, что ты делаешь. Нет человека, самого добродетельного и святого, который не имел бы какого-нибудь недостатка. Один Бог без греха. И эти ничтожные недостатки видят глаза завистника. Но пусть бы уж видели только то, что есть. Нет, они видят и то, чего нет. Но довольно. Я сказал то, что мог, пусть докончит слово святой апостол Павел: «Не бываим тщеславни, друг друга раздражающе, друг другу завидяще. Всякий знай самого себя, не осуждай другого, не завидуй ему. Аще же друг друга угрызаете и снедаете, — говорит он, — блюдитеся, да не друг от друга истреблени будете» (Гал. 5; 26, 15). И если мы друг на друга будем вооружаться, то не нужен будет для нашей погибели даже диавол, как говорит святитель Златоуст... Братие мои! Не станем заниматься пересудами о пороках и грехах ближнего, друг друга раздражающе, друг другу завыдяще, чтоб не радовались враги наши, как видимые, так и невидимые. Будем больше молчать, прощать, иметь доброе расположение к ближнему. А зависть — она умеет только порицать, раздражать, осуждать. Кто питает ее, тот недостоин называться человеком, не стоит имени христианина. Аминь. (Из "Поучительных слов" святителя Илии Минятия) Оглавление 694. Осенние думы Есть что-то невыразимо грустное в созерцании осенней природы. Тоска невольно щемит сердце при виде пожелтевших и опустевших полей, при виде леса, потерявшего свою пышную летнюю одежду, при частом ненастье, при свисте и завывании ветра... Давно ли веселили сердца яркие, сияющие дни, — и вот теперь нависло серое небо, обложили его низкие, тяжелые, мрачные тучи. Давно ли я наслаждался в знойный полдень прохладой могучего бора, его свежим, чистым воздухом, в котором раздавалось пение птиц? Как приятен был шелест листьев, когда ветер пробегал по вершинам деревьев! Но вот старые деревья давно облетели, и только кое-где на молодых еще мелькают увядшие желтоватые листочки, как бы напоминая о минувшем лете. Лишь изредка заблестят они румянцем и золотом, когда коснутся их лучи невысокого осеннего солнца... Давно ли разноцветный ковер расстилался на лугах под ногами, веселя зрение и услаждая обоняние? И вот теперь на земле всюду — иссохшие листья, мягкие и пухлые от сырости, да пожелтевшая трава... Унылая пора! Но отчего же тем не менее эта навевающая тоску осенняя природа так много говорит сердцу, — гораздо яснее, чем светлые летние дни? Не правда ли, есть какое-то своеобразное наслаждение в этом зрелище осеннего замирания? В самом деле, природа не говорит ли нашему сердцу больше и сильнее в грустные дни? Или, быть может, невольно чувство грусти, навеваемое осенней природой, более сродни нашему сердцу, чем беззаботное веселье, и слезы полезнее, чем смех? Стоишь, не отрываясь очами от грустной дали потемневших полей, слушаешь — не наслушаешься завываньем осеннего ветра, — и мысль невольно устремляется к грустным, печальным сторонам жизни, в душе возникают образы и картины давно минувшего, вновь звучат отголоски каких-то забытых, но хорошо знакомых вздохов и стонов... Невольно вспомнишь о всем том, что крушит и омрачает твою жизнь, о дорогих, невозвратимых утратах, о горьких разочарованиях и разбившихся в прах мечтах, и невольно припомнишь слово Премудрого: суета сует! Не пойдут на ум в это время веселые песни — нет! Скорее вспомнишь слово другого мудреца, который утверждал, что доля каждого человека есть скорбь и страдания... Так, бесспорно, скорбь и страдания — наш удел на земле. Но посмотри внимательно кругом: среди омертвелых полей ты заметишь свежую зелень новых посевов — залог будущей жизни. Пройдет осень вместе с зимой, и природа воскреснет к новой жизни. Так и христианин, среди горя и страданий земной жизни, не должен забывать о великих обетованиях Божиих. Скорби и страдания очищают душу и приготовляют ее к новой жизни, где уже не будет ни печали, ни воздыхания. Вспоминай это чаще, христианин, и твоя скорбь растворится радостью, и ты согласишься с тем, что никогда нет такого горя, в котором не было бы и радости. Научившись безропотно переносить страдания, ты приобретешь то терпение, то спокойствие духа, которые не возмутятся земными невзгодами, потому что взор твой сквозь свинцовые тучи скорбей проникнет туда, где сияет вечно солнце, где царит мир и невозмутимая радость. Тебе грустно смотреть на увядающие цветы, на облетевшие листья? Все это напоминает тебе об увядшей красоте, об отлетевших надеждах? Но кто же сказал тебе, что вся жизнь твоя будет одной вечной весной, непрерывающимся праздником, что ты живешь только затем, чтобы есть, пить и веселиться? Если уж о чем жалеть и сокрушаться, то вовсе не о потерянных благах, а скорее о том, что ты не сумел, как следует, воспользоваться ими. Может быть, при виде поздней осени, ты вспомнишь о ранней весне твоей жизни — о счастливом детстве? Может быть, при виде убогих хат, темнеющих вдали, ты вспомнишь о тихом родительском крове, и в душе твоей промелькнет кроткий образ любящей матери, склонявшейся над твоим изголовьем, отца, который так заботливо, с такою любовью внушал тебе строгие правила истинно христианского поведения? Вспомнишь, может быть, и о том, как ты был чист и незлобив душой в невозвратимые дни золотого детства? О, ты будешь счастлив, если эти светлые воспоминания не омрачатся тотчас же другими, — горькими, печальными... Но много ли таких счастливцев? Много ли таких, которые могут сказать о себе, что они рано научились ценить любовь родительскую, что они не причинили им горя непокорностью, грубостью, самоволием, дурными привычками? Многие ли сумели ценить труды и заботы родительские, отвечая на них добрым поведением и нежнейшим чувством благодарности? Не чаще ли дети смотрят на заботы и жертвы для них родителей, как на что-то должное и необходимое, и не умеют понять и почувствовать истинной, чистой и бескорыстной любви? Слезы матери, ее бессонные ночи, ее беспокойные мучительные думы... О, как я желал бы теперь исправить и загладить все горе, причиненное родителям в моем детстве, с какой любовью приник бы к сердцу матери, с какими сладкими слезами целовал бы ее руки, не знавшие усталости в уходе за детьми! Увы, все это невозвратимо и непоправимо... Дети, берегите дни детства! Только раз в жизни мы вкусим нежные ласки матери, считайте минуты этих ласк за великое счастие, дорожите им. Только раз в жизни все дышит в нас чистотой сердца, невинностью. Постарайтесь на всю жизнь сохранить эти свои добрые качества, без которых нам не отверзутся райские двери, да не омрачат ясного неба души вашей мрачные тучи нечистых помыслов, да не возмутят его ваши капризы — эти зародыши сердечной порчи, и тогда вы избегнете горечи поздних слез раскаяния и сожаления о невозвратимом прошлом, этих жгучих мучительных слез. Без конца тянутся по небу мрачные осенние тучи, гонимые ветром, вереницей встают воспоминания... Была пора детства, настала весна юности. Как в природе в майские дни все дышит полнотой жизни, так душа в юные годы была полна надежд и стремлений... Молодые силы как бы рвались на простор. Чудные, прекрасные годы! Сколько было хороших планов, благих предначертаний! Но вместе с добрыми порывами незаметно развились во мне дурные наклонности, вырвались на волю страсти, и сколько сил потрачено совершенно бесплодно! И вот, когда настала пора зрелого возраста, то у меня не оказалось ни достаточно терпения, ни трудолюбия, ни самых необходимых познаний, ни сознания долга, ни любви к ближним... Это грустное поле, на котором так еще недавно красовалась нива, — теперь пустое, оно представляется мне верным образом моей жизни. Но ведь с этого поля уже собрали плоды. Вон там, близ жилья, темнеют высокие одонья и скирды хлеба, которыми будут кормиться люди до будущего урожая. Где же плоды моей деятельности? Где те планы и мечты, которыми так красна была весна моей жизни? Где добросовестное исполнение своего долга? Где добрые посевы для будущего? Увы, их очень немного или и вовсе нет! Как увядшие листья, отлетели когда-то гордые надежды и мечтания, и вместо них тянется ряд серых будничных дней — с жалкими самолюбивыми расчетами, с мелкими интересами, со всей бестолковой суетой нашей жизни, с нажитыми дурными привычками, с темными пятнами на совести... И говорит мне замирающая осенняя природа, что и этому скоро настанет конец, и это все скоро так же исчезнет для тебя, как исчезнут под снежным покровом зимы эти иссохшие листья, эти пожелтевшие поля... И тебя самого пожнет неумолимый серп смерти, подобно колосьям, когда-то весело шумевшим на этом поле... Грустно! Но не падай духом, не приходи в отчаяние! Бесконечно милосердый Отец Небесный еще длит дни твоей жизни и не отвергает пришедшего к Нему даже и в единонадесятый час. Постарайся, по крайней мере, дорожить остальными днями и, умудренный горьким опытом, исправь, что возможно: вытри, если можешь, слезы обиженных, поддержи ослабевшего брата, а главное — принеси слезы искреннего раскаяния и моли, моли со всей силой и теплотою души, чтобы всемогущий Творец помог тебе провести остальные годы твоей жизни в мире и покаянии, в мире с Богом и с ближними, и сподобил тебя честной старости. Смотри, — это помертвелое поле вновь оживет и зашумит светлыми колосьями, этот обнаженный лес вновь оденется в недавнюю красу и вся природа пробудится к новой жизни. Моли же Господа, чтобы и для тебя настала весна новой жизни, чтобы, очистившись от всего земного, тленного и грешного, и ты воскрес для новой блаженной и никогда не стареющей жизни. (Из "Душеполезного чтения", 1893)
Категория: ЭТО ИНТЕРЕСНО | Добавил: CIKUTA (07.12.2017)
Просмотров: 10
 
ПОДЕЛИТЬСЯ / РАЗМЕСТИТЬ НА СВОЕЙ СТРАНИЦЕ СОЦ СЕТИ

Всего комментариев: 0
avatar

ВАШ КОММЕНТАРИЙ / YOUR COMMENT | ВОЙДИТЕ ЧЕРЕЗ СОЦ СЕТЬ / SIGN IN VIA SOCIAL NETWORK
ПОИСК
ВХОД НА САЙТ
БАННЕР
СОЗДАНИЕ БАННЕРОВ


ВСЕХ ВИДОВ И ТИПОВ
ОТ ПРИМИТИВА
ДО ЭКСКЛЮЗИВА
НОМИНАЦИЯ

 НОМИНАЦИЯ 
ДЛЯ РЕФЕРАТОВ

Жизнь / Рождение / Смерть / Пространство / Место / Материя / Время / Настоящее / Будущее / Прошлое / Содержание / Форма / Сущность / Явление / Движение / Становление / Абсолютное / Относительное / Абстрактное / Конкретное / Общее / Единичное / Особенное / Вещь / Возможность / Действительность / Знак / Знание / Сознание / Означаемое / ОзначающееИскусственное / Естественное / Качество / Количество / Мера / Необходимое / Случайное / Объект / Субъект / Самость / Человек / Животное / Индивид / Личность / Общество / Социальное / Предмет / Атрибут / Положение / Состояние / Действие / Претерпевание / Понятие / Определение / Центр / Периферия / Вера / Атеизм / Априорное / Апостериорное / Агент / Пациент / Трансцендентное / Трансцендентальное / Экзистенциальное / Добро / Зло / Моральное / Нравственность / Прекрасное / Безобразное / Адекватное / Противоположное / Разумное / Безумное / Целесообразное / Авантюрное / Рациональное / Иррациональное / Здоровье / Болезнь / Божественное / Дьявольское / Чувственное / Рассудочное / Истинное / Ложное / Власть / Зависимость / Миролюбие / Конфликт / Воля / Потребность / Восприятие / Влияние / Идея / Философия / Гармония / Хаос / Причина / Следствие / Игра / Реальное / Вид / Род / Внутреннее / Внешнее / Инструмент / Использование / Цель / Средство / Модель / Интерпретация / Информация / Носитель / Ирония / Правда / История / Миф / Основание / Надстройка / Культура / Вульгарность / Либидо / Апатия / Любовь / Ненависть / Цинизм / Надежда / Нигилизм / Наказание / Поощрение / Научность / Оккультизм / Детерминизм / Окказионализм / Опыт / Дилетантизм / Отражение / Этика / Парадигма / Вариант / Поверхность / Глубина / Понимание / Неведение / Предопределение / Авантюра / Свобода / Зависимость / Смысл / Значение / Структура / Материал / Субстанция / Акциденция / Творчество / Репродукция / Теория / Практика / Тождество / Различие 
 
ХРАМ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ
Храм Святой Троицы
HRAMTROITSA.RU
ИВАНОВО-ВОЗНЕСЕНСКАЯ 
ЕПАРХИЯ
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ 
ЦЕРКОВЬ


Контакты :
Адрес Епархиального
управления:
153000 Иваново,
ул. Смирнова, 76
Телефон: (4932) 327-477
Эл. почта:
commivepar@mail.ru
Для официальной:
iv.eparhiya@gmail.com
Епархиальный склад:
Телефон: (910) 668-1883
ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ

МИТРОПОЛИТ ИОСИФ
НАПИСАТЬ ОБРАЩЕНИЕ
РАССКАЗАТЬ О ПРОБЛЕМЕ
 
 
ОТПРАВИТЬ ПИСЬМО
 
 
ГИПЕРИНФО ПУБЛИКУЕТ
ВСЕ ОБРАЩЕНИЯ.
МЫ ЗНАЕМ !!!
КАК СЛОЖНО
ДОБИТЬСЯ СПРАВЕДЛИВОСТИ
ОТ ЧИНОВНИКОВ
 
 
НЕ МОЛЧИТЕ!
"СТУЧИТЕ, И ОТВОРЯТ ВАМ" -
СКАЗАЛ ХРИСТОС.
С УВАЖЕНИЕМ К ВАМ
АДМИНИСТРАЦИЯ САЙТА.
 
 

     
     
     
     


 
 



   HIPERINFO © 2010-2017  12:42 | 11.12.2017